Чтение онлайн

В своё время на эту тему велась продолжительная дискуссия между радикально настроенными экономистами. Был предложен ряд интерпретаций, исходя из марксовой теории кризиса, по которой кризис вызывается перепроизводством, то есть противоречием между производительными силами и рынком. Так, Роза Люксембург утверждала, что военные расходы обеспечивают капиталу возможность реализовать прибавочную стоимость. Это предположение оказало влияние на таких «неомарксистов», как Михаил Калецкий и Пол Суизи(Kalecki, Sweezy).

В то же время «ортодоксальные» марксисты критикуют данное предположение, как ошибочное. Быть может, говорят они, необходимо учитывать всеохватный характер мирового капиталистического хозяйства. Точка зрения неомарксизма верна только применительно к доминирующей стране, которая в состоянии черпать выгоду из своего превосходства над вассальными странами. В обоих случаях права госпожа Райс. Однако таким, как она, противостоит широкое движение и ряд политических деятелей, которые развернули борьбу за то, чтобы конвертировать военные расходы государства в гражданскую сферу. Некоторые полагают даже возможным проведение политики «Нового курса» (New Deal) во всемирном масштабе.

Увы, правительства неизменно отдают предпочтение военным расходам. Эта тенденция особенно усилилась в эпоху господства неолиберализма. Роза Люксембург объясняет это предпочтение так: «Государство самый выгодный покупатель, а поставки для государства являются отличной сделкой для капитала. В случае поставок военного характера необходимо прибавить в качестве чрезвычайно важной выгоды (сравнительно с государственными расходами на социальные цели, вроде школ, дорог и т. п.) постоянные технические улучшения и непрерывный рост расходов». Тем более, что оружие используется, как «инструмент борьбы за «национальные» интересы с прочими чужестранными группам, а также в качестве гарантии классового господства внутри страны». Таким образом, завершает свою мысль Роза Люксембург, «милитаризм является самым выгодным и необходимым видом инвестиции». По прошествии столетия, ситуация не изменилась. Так что и в данном случае права госпожа Райс.

Цена нефти утроилась после 11 сентября и в результате последовавших войн. Исследование двух израильских экономистов Джонатона Нитцана и Симона Бихлера(Jonathan Nitzan, Shimshon Bichler), опубликованное на страницах «Глобал Рисёрч», показывает, что за последние тридцать лет конфликты, прямо или косвенно обусловленные борьбой за нефтяные ресурсы, обладают постоянной характеристикой: вслед за каждым эпизодом борьбы за энергетические ресурсы наступает период, когда прибыли преодолевают планку многолетних средних показателей. Только за исключением 1996–1997 годов, подчёркивают израильские экономисты, благодаря конфликту за овладение энергетическим ресурсом, прибыли нефтяных компаний всегда преодолевают среднюю планку. Как видим, и в этом случае, впрочем, как всегда, права Райс. Не случайно она имеет опыт работы в нефтяной отрасли.

Наряду с нефтяным Клондайком процветает также международная торговля оружием. Например, некоторое время назад группа аналитиков Уолл-Стрита опубликовала прогнозы на 2007 год. Специалисты предвидят неплохой рост прибыли в этом сегменте рынка. Позитивное развитие событий они связывают с увеличением экспорта ракет и боевых самолётов в арабские и азиатские страны. В своё время французская «Монд» советовала инвесторам не упустить выгоду. Однако в наиболее краткой и броской форме на эту тему высказалась «Уолл-Стрит Джорнэл»: [351] «Война — это самая важная выставка новых видов вооружения и подхлёстывает продажи». Выходит, Райс права и на этот раз.

Производство оружия

Теперь перейдём к военно-промышленному комплексу. Точнее, к его составной части, подлинному мотору американской экономики — производству оружия. Впервые на тему военно-промышленного комплекса заговорил президент США Дуайт Эйзенхауэр. С тех пор ВПК претерпел существенную эволюцию, благодаря информационно-электронной составляющей. Речь идёт о совершенно особой отрасли экономики. При капитализме она обеспечивает агрессивную и репрессивную функцию. И не только. Со временем отрасль превратилась в неотъемлемый компонент капиталистического воспроизводства. Данная отрасль в состоянии регулировать цикл рецессии, выполнять функцию стимулятора спроса и абсорбировать перепроизводство. Тем не менее, нельзя не учитывать, что спрос, поддерживаемый государством, приводит к увеличению государственного долга и только временно откладывает наступление кризиса перепроизводства. Отсюда потребность перманентного роста расходов на вооружение. Для того чтобы оправдать эти расходы, необходима перманентная война.

Данная отрасль обладает также ещё одной характерной особенностью. Она играет роль инструмента в военном управлении экономическим циклом в целом. Ведь принадлежащий ей рынок целиком и полностью зависит от политических решений. Спрос на этом рынке формирует государство. Он может быть расширен до гигантских размеров всякий раз, когда возникает потребность в его расширении. В силу этой причины в США столь часто одни и те же лица ретируются в качестве политиков, военачальников и руководителей крупнейших корпораций.

Благодаря военным расходам, можно и в мирное время искусственно создавать благоприятные условия для подъёма экономики, подобные тем, какие обычно имеются в военное время. В этом главная задача внешней политики. Она заключается в том, чтобы поставлять на рынок СМИ необходимое оправдание военным расходам. В настоящее время в качестве основного оправдания используется антиисламизм — наследник по прямой линии антикоммунизма эпохи холодной войны. В те, не столь отдалённые времена на эту тему высказывался Джоан Робинсон(Joan Robinson), один из крупнейших экономистов XX столетия: «Холодная война показала, что рецессии возможно избежать только посредством военных расходов, но поскольку для оправдания гонки вооружений следует поддерживать международную напряжённость, постольку лекарство оказывается хуже самой болезни». [352]

Действительно, неоднократно проводились подсчёты прироста ВВП, обеспеченного военными расходами США. Например, согласно Ротембергу и Вудфорду(Rotemberg, Woodford), [353] которые проанализировали период 1947–1989 годов, рост расходов на оборону приводит к подъёму производства в большей мере, чем это могло бы произойти при увеличении реальной заработной платы. По материалам Эдельберга, Айхенбаума и Фишера(Edelberg, Eichenbaum, Fischer, 1998) из Нортвестернского университета, каждый доллар, отданный Пентагону в течение года, способен поднять ВВП на 3,5 доллара при последующем на протяжении трёх лет снижении прибыльности. Исследование, проведенное Рэми и Шапиро(Ramey, Shapiro), [354] показывает, что в периоды наибольшего роста оборонных расходов политические решения правительства в состоянии обеспечить до 50 % формирование ВВП. Согласно анализу Перотти и Бланшара(Perotti, Blanchard), [355] один доллар в Пентагоне увеличивает ВВП на 2,43 доллара в течение года, причём на долгосрочную перспективу.

Практически все исследования подтверждают эффективность экономической функции милитаризма. Правительство США, поколебленное в 2001 году самым тяжёлым после 1929 года кризисом, ещё раз использовало рычаги экономического милитаризма. Подчеркнём, что благодаря неолиберализму, причём вопреки официальному отказу от кейнсианства, данная функция милитаризма возрастает. Как пишет Самир Амин(Samir Amin), управление глобальным спросом по-прежнему прочно находится в руках администрации США, которая вывела государственные расходы из гражданского сектора, инвестировав в военно-промышленный комплекс». Лучано Вазаполло (Luciano Vasapollo) [356] также полагает, что роль военной промышленности при капитализме состоит не только в «обеспечении безопасности на границах империи», но и в регулировании экономического цикла при помощи «военного кейнсианства», способного пережить даже неолиберальную эпоху — вплоть до появления на арене Буша, называющего себя «президентом войны». Однако собственно милитаристская функция и экономическая функция милитаризма, как мы уже видели, не обязательно совпадают.