Unknown
Шрифт:
вылетели в район города Эзраа.
— Мертинзен, помни: наша задача — прикрывать разведчика, а не... — начал было
старший лейтенант, но прикусил язык: слишком заманчивая цель внезапно открылась
внизу.
По дороге двигалась колонна вражеских войск.
— Снижаемся! Огонь!
Англичане заметили вражеские самолеты и в свою очередь открыли огонь.
— У них зенитные орудия. Мертинзен, осторожней...
Пьер не закончил: самолет его товарища вспыхнул в воздухе. Пьер заложил крутой вираж,
выпустил пулеметную очередь по вражеской колонне и поднялся на четыре тысячи
метров.
Впереди была другая цель — Дамаск.
Солнце поднялось в зенит — близился полдень. Заходя со стороны солнца, D.520
обнаружил «Харрикейн» и мгновенно атаковал его.
Англичанин потерял управление и пошел к земле. Пролетев над ним еще раз, Ле Глоан
добавил вторую очередь, а затем вернулся на аэродром.
15 июня 1941 года, Сирия
D.520 Ле Глоана снова в воздухе.
В районе Дера шестерка «Девуатинов», возглавляемая Ле Глоаном, прикрывает
бомбардировщики LeO.451.
А вот и неприятель: старенькие бипланы «Гладиатор». На что они рассчитывают, эти
антикварные машинки? Против цельнометаллического моноплана, стремительного и
злого!..
Вот один уже упал и загорелся. Очень хорошо. Пьер заходит для атаки... но ловкий
маленький «Гладиатор» ускользнул, сделал петлю и оказался выше и сзади «Девуатина».
Ле Глоан не успел ничего предпринять — англичанин всадил ему очередь в хвост, затем
прошил борт и начал прижимать к земле.
Ле Глоан увидел, что самолет дымится, и спустился ниже. Оставалось лишь сесть, только
вот где? Он над позициями английских войск!
Ле Глоан уже знал один из фокусов, которые применяли пилоты «Гладиаторов»: старый
биплан мог имитировать беспорядочное падение. Надо попробовать проделать то же
самое на «Девуатине».
Пьер посадил самолет и долго еще приходил в себя. Вот это посадочка... В голове все
гудело.
Наконец он выбрался из D.520 и скрылся в лесу.
...Спустя пять дней, избежав английских патрулей, Пьер Ле Глоан вернулся на свой
аэродром.
— Ты везунчик, — встретили его товарищи.
8 сентября 1943 года, Сирия
«Аэрокобра» оставалась для Ле Глоана чужим самолетом. Он привык к машинам
французских конструкторов. Но выбора нет.
После вторжения союзников в Северную Африку армия вишистов не стала оказывать
сопротивления и перешла на сторону бывших врагов.
Ле Глоан, формально оставаясь верным присяге, еще раз «сменил сторону».
Теперь эскадрилья называется «Россильон» и летает на этих чертовых «Аэрокобрах».
Работа рутинная — патрулирование. Ле Глоан чувствовал себя стариком.
...На подлете к аэродрому двигатель отказал.
— Сажусь на брюхо, — передал летчик. — Сейчас сброшу подвесной топливный бак...
С самого начала он знал, что рано или поздно этот самолет убьет его. Подвеску
заклинило, шасси не выпускалось, самолет не садился, а просто падал.
Один из лучших летчиков Франции Пьер Ле Глоан погиб при взрыве самолета, пытаясь
совершить аварийную посадку на свой аэродром.
1 января 1979 года, Тулуза
Восьмидесятишестилетний старик встречал Новый год.
Огромная жизнь за спиной.
Он поставил недопитый бокал шампанского, перевел взгляд на стену, где висели
фотографии. Не красивые пейзажи, не портреты любимых женщин или актрис — нет, то
были фотографии построенных им самолетов.
«Девуатин-510» — новаторская машина, вызвавшая интерес во всем мире, в том числе и в
Советском Союзе. Всех интересовала мотор-пушка. Он чуть заметно улыбнулся.
Лучший истребитель Франции времен Второй Мировой — «пятьсот двадцатый».
Как хорошо вернуться домой, слышать французскую речь! После капитуляции Франции
Девуатин хотел покинуть страну и открыть бизнес в Америке. Но его задержали. Сочли
отъезд непатриотичным.
В отличие от летчиков Сражающейся Франции, авиаконструктор не мог жить под
смертным приговором, с клеймом изменника родины. Он остался. Даже что-то строил,
модифицировал учебный самолет Ar.96 — Arado.
Компромиссы редко ведут к чему-либо хорошему. После окончания войны начались
поиски виноватых. Эмиль Девуатин получил свой приговор — двадцать лет
исправительно-трудовых работ за коллаборационизм.
Он был уже не молод. И не согласился с приговором. Он уехал сначала в Испанию — где
пытался модифицировать свой D.520 (D.600), но быстро потерял заказ.
Оттуда пришлось перебираться за океан — в Аргентину. Долгие годы на чужбине.
Они не прошли даром — Эмиль Девуатин построил для приютившей его страны первый в
Латинской Америке реактивный самолет.
И только на старости лет решился вернуться в Европу. Сперва в Швейцарию. А потом,
когда все сроки истекли, — в Тулузу, где прошли самые продуктивные годы его жизни.
Время работы над D.520, время пробных полетов Марселя Доре, время поисков,