Владимир Губайловский (родился в 1960 г.) – поэт, критик, эссеист. Окончил мехмат МГУ им. Ломоносова, по специальности дискретная математика. Почти 20 лет работал программистом. В настоящее время – заведующий отделом критики и публицистики журнала «Новый мир». Первое стихотворение опубликовано в 1985 году. В 1993 году в издательстве «ИМА-Пресс» вышла первая и единственная книга «История болезни». Стихи публиковались в «Новом мире», «Дружбе народов», «Арионе» и других периодических изданиях. Лауреат премии журнала «Новый мир» (2001 г.).
Предисловие
Говорить о любимом поэте так же сложно, как о мире. Способ выражения о нем осложнен не только объемом смысла, но едва ли не более – опасностью банальности.
Есть стихи, которые растут как водоросли, подвешенные в пустоте, питающиеся взвесью, – но не у Губайловского. Поэзия Губайловского похожа на симфонию потому, что каждое следующее стихотворение укоренено и произрастает из языковой почвы, обогащенной предыдущими.
В стихах есть драматическая непрерывность развития темы.
Математическая ясность, текучая связность и будоражащая парадоксальность. Пронзительная горечь, чуткость, ум и изощренная взвешенность первого лица. Просодия, насыщенная и размеренная могучим временем живого, божественного, страшного и безумного Языка. Правое полушарие поэта, через кульбит кладущее на обе лопатки левое – математика. Кристальная сложность, так непохожая на глубокую простоту.
Как выпускник мехмата МГУ – поэт прекрасно знает, что такое новая информация. Как целое невычислимо становится больше, чем прямая сумма строк, его, это целое, составляющих. Знает настолько хорошо, что чтение его поэзии приучает с каждым новым стихотворением, ведущим по своему пространству легко и свободно, все время быть начеку, знать, что очевидная прозрачность слов ближе к концу стихотворения приобретет уникальную оптическую форму, через которую ударит луч, сдвигающий твое собственное место предстояния, выводящий в состояние неравновесности, выход из которого непредсказуем.
«Шел июльский дождь, слепой и теплый, как грудной котенок», – говорит поэт в одном из самых страшных своих стихов.
Частный опыт отдельно взятого существования – меры ноль в метрическом пространстве вечности – сжат и посеян в Русском Языке – как хлебное зерно.
Александр Иличевский
«Судьба человека состоит…»
Судьба человека состоит:из пройденного пути,последнего шагаи троичного выбора:остаться на месте,сползая в зыбучий песок,сделать еще один шаг,труднейший, чем предыдущий,или прервать путь.
Занятия философией
…люди, которым нечего сказать, но которые делают вид, что говорят нечто, выражают это в поэтической форме, как, например, Эмпедокл.
Аристотель Стагирит. «Риторика»
«Припомни свое опустевшее детство…»
Припомни свое опустевшее детство.Немного растерянно пробормочи:Что, милый, тебе перепало в наследство?Пронзительный запах кошачьей мочи.Колени и локти в порезах и цыпках,и след от шнуровки мяча на лице.Мне это сыграют на ангельских скрипках,Мне именно это сыграют в конце.
Дорога на Спасск
Снег выпал ровно на Покров.Еще листва не облетела,и по снегу она желтелапод розой северных ветров.И я на тракторной тележкеповез дубовые полешкии два куба сосновых дров.Снег выпал ровно на Покров.Мороз, как следует, ударил.Старушке я дрова запарил.Опохмелился будь здоров.Не сам, с ребятами, конечно.Напарник мой – мудила грешнай,как пионер, всегда готов.Снег выпал ровно на Покров.Оторопевшая природасменила за ночь время года,перевела, как ход часов.Внезапно замерло пространство,но перерывы постоянствабывают только в мире слов.Снег выпал ровно на Покров,обычай строго соблюдая.Я помню, я читал у Даля,об этом пишет Снегирев.Так долго истлевало летои только на излете где-тооборвалось в конце-концов.Снег выпал ровно на Покров.Сад полон листьями, как в мае.но этот цвет не узнаваем,он вышел из других миров.И есть в его происхожденьеединство смерти и рожденья,и стоит снег живых цветов.Снег выпал ровно на Покров.Язычество второго родаздесь явлено без перевода.Впечатан распорядок строф,как в почву тракторный протектор.Земля лежит, как мертвый Гекторили поверженный Патрокл.Снег выпал ровно на Покров.
Античные строфы
1
Он так уютен, так понятен,почти лишенный белых пятен,стоический суровый мир!Промыты Логосом деталии представления. Едва лиздесь место есть для черных дыр.
2
В словах Хрисиппа и Зенонатак много истинного тона.Круговорот не есть тупик.Скорей, симметрия пространства,чье движимое постоянствоспособен выразить язык.
3
Классический Платонов полис —единственный, по сути, полюсдля эллина, когда бы онни жил. Но Аттика Периклараспалась так же, как возникла,на краткой паузе времен.
4
Как хорошо под этим небомприсесть на гальку. Пресным хлебомнасытить голод, отхлебнутьвина из новенького мехаи думать о природе смехаи слез, нащупывая суть.
5
Прибой дотянется, оближетбосые ноги. То, что движетволной и ветром, движет мной.Мы слиты общим постиженьем,одним дыханьем и движеньем,и замкнуты на круг земной.
6
Но в предопределенном мире,конечно, уже или ширешагнуть нельзя, и потомунам достается так немного,что каменистая дорогапо силам даже одному.
