Чтение онлайн

Ответ был получен: в первые шесть месяцев Англия отправит на помощь союзнице две немоторизованные дивизии и 150 самолетов. Черчилль саркастически замечает: «Нужно признать, что, если Боннэ искал предлогов для того, чтобы покинуть чехов на произвол судьбы, его поиски оказались небезуспешными» 336.

Двенадцатого сентября накануне встречи с Гитлером в Берхстесгадене Н. Чемберлен так определил перспективу: «Я сумею убедить его, что у него имеется неповторимая возможность достичь англо-немецкого понимания путем мирного решения чехословацкого вопроса. Обрисую перспективы, исходя из того, что Германия и Англия являются двумя столпами европейского мира и главными опорами против коммунизма, и поэтому необходимо мирным путем преодолеть наши нынешние трудности… Наверное, можно будет найти решение, приемлемое для всех, кроме России» 337.

Еще в середине августа Политбюро приняло решение сконцентрировать на границе с Польшей и Румынией до тридцати пехотных и десяти кавалерийских дивизий, чтобы продемонстрировать готовность защитить Чехословакию. Предполагалось, что Польша не пропустит войска, но Румыния при соответствующей позиции Лиги Наций — пропустит.

Сталин делал все возможное, чтобы удержать ситуацию. Однако после встречи британского премьера с фюрером 15 сентября в Берхстесгадене на совещании английских и французских министров в Лондоне был выработан план «разрешения чехословацкого вопроса».

Вот его основные пункты: Судетская область передается Германии, новые границы Чехословакии определяет международная комиссия, договоры Чехословакии с Францией и СССР аннулируются, но взамен Чехословакия получает международную гарантию с участием Англии и Франции.

Девятнадцатого сентября план был передан Бенешу. Чехи возмутились.

Двадцатого сентября чехословацкий посланник в Москве З. Фирлингер запросил, готова ли Москва оказать «незамедлительную и действенную помощь, если Франция останется верной пакту». Ответ был утвердительным. Сталин еще питал надежду.

И Прага отвергла предложенный план.

В ночь на 21 сентября Чемберлен связался с Даладье и направил Бенешу ультиматум: либо Чехословакия принимает план, либо остается без защиты в случае германского нападения.

Двадцать первого сентября чехословацкое правительство дрогнуло.

В дальнейшем еще произошли встреча Чемберлена с Гитлером, споры и согласования, но, по существу, дело было закончено. Как писал Майский, Запад купил себе мир «за счет третьей стороны».

Для подтверждения того, как влияла национальная стратегия на ситуацию 1938 года, обратимся к свидетельству советского посла в Великобритании. Майский телеграфировал в МИД: предыдущий премьер Болдуин посетил Чемберлена и сказал ему: «Вы должны избежать войны ценой любого унижения» 338.

Что касается унижения, то Чемберлен признал «закономерность колониальных требований Германии».

Тем временем германские генералы все же решили воспрепятствовать разжиганию Гитлером войны, которая, как они считали, окончится трагически. В заговор вошли начальник Генерального штаба Л. Бек, заместитель начальника Генерального штаба и первый обер-квартирмейстер Франц Гальдер (который и разработал план военного переворота), главнокомандующий сухопутными войсками Вальтер фон Браухич, генералы Отто фон Штюльпнагель, Гаммерштейн-Экворд, Эрвин фон Вицлебен, Эрих фон Брокдорф-Алефельд, командир 1-й дивизии генерал-майор Хопнер, а также президент Рейхсбанка Ялмар Шахт, офицеры разведки и полиции.

Общественное настроение в Германии достигло тревожного уровня. Немцы поддерживали Гитлера, пока шел интенсивный рост экономики, но терпеть военные невзгоды не желали. Они не понимали, почему надо проливать кровь за Северную Богемию.

Переворот намечалось провести одновременно с началом операции «Грюн» против Чехословакии.

Двадцать второго сентября была приведена в боевую готовность артиллерия в Берлине и на чехословацкой границе.

Двадцать четвертого сентября была закрыта граница с Францией.

Двадцать седьмого сентября Гальдер получил телефонограмму о приведении в готовность войск на чешской границе.

В тот же день войска командующего 3-м военным округом генерала Вицлебена (участник заговора) по приказу Гитлера прошли в полной боевой выкладке по улицам Берлина. Публика вместо восторгов мрачно молчала.

Двадцать восьмого сентября Гальдер отдал приказ о перевороте. Но тут выяснилось, что Чемберлен и Даладье выезжают в Мюнхен для подписания соглашения. Война откладывалась. Предполагаемый арест Гитлера как военного преступника не мог состояться. Теперь он был не преступник, а триумфатор.

Двадцать девятого сентября в Мюнхене было подписано соглашение между Германией, Великобританией, Францией и Италией «относительно уступки Судето-Немецкой области». Его подписали Гитлер, Даладье, Муссолини, Чемберлен.

Тридцатого сентября Англия и Германия заключили соглашение о ненападении и консультации. Тогда же было признано право Польши и Венгрии на «территориальное урегулирование» с Чехословакией. Все подписавшиеся не думали, что открывают ящик Пандоры и отныне государственные границы, в том числе и их собственные, могут быть перекроены. Лживый Версаль породил порочный Мюнхен.

Шестого декабря была подписана декларация о ненападении между Францией и Германией.

Румыния же, единственный европейский поставщик нефти, подписала с Берлином новое, благоприятное для него соглашение, поднявшее долю поставок нефти в Германию до огромной величины в 45 процентов. Надо сказать, что Румыния, видя дипломатические маневры Лондона и Парижа, балансировала между великими государствами и к СССР была настроена враждебно, так как захват ею Бессарабии в 1918 году не признавался Москвой.

В англо-германской декларации говорилось, что принятое соглашение символизирует желание двух народов «никогда более не воевать друг с другом» и что «метод консультаций» станет основой для устранения «возможных источников разногласий». В реальности это предвещало новые «Мюнхены».

Принципиальный противник соглашения приводит убедительное свидетельство:

«Мы располагаем сейчас также ответом фельдмаршала Кейтеля на конкретный вопрос, заданный ему представителем Чехословакии на Нюрнбергском процессе: