Шаман
Шрифт:
– Станислас.
Старичок сверился с каким-то списком, невидимым Пенске, и произнес:
– Проходите.
На восьмой этаж молодой человек поднимался на вместительном лифте. Все подтверждало его первоначальное наблюдение - родители Хелены были состоятельными людьми. Оказавшись около дверей квартиры и нажав кнопку звонка, Пенске ждал очень недолго. Дверь почти сразу же распахнулась. Его встречала сама Хелена. Судя по ее радостной улыбке, благородный граф неплохо поработал эти дни. Его подход к особам противоположного пола на порядок превосходил отношение прежних поклонников девушки.
– Привет!
– сказала Хелена, - Пойдем. Родители уже ждут.
В ответ Станислас вручил один из букетов цветов и разразился пышной фразой, состоящей из полушутливых комплиментов. А потом, пройдя в гостиную, предстал перед родителями.
Мать девушки, Альбена Евгеньевна, слегка полноватая женщина лет пятидесяти со сверкающей брошью на синей кофте, благосклонно приняла оставшийся в руках у Пенске букет цветов. Она производила впечатление милой и слегка простодушной особы. Отец Хелены, Эмиль Николаевич, напротив, был подтянут и казался решительным и суровым человеком. Обращала на себя внимание его прическа, вернее, отсутствие таковой вследствие ярко выраженного недостатка волос.
– Присаживайтесь, - сказал он, обращаясь к Станисласу, - Рад увидеть причину странного поведения свой дочери.
– Папа!
– Хелена нахмурилась, но ее отец как ни в чем не бывало продолжал речь:
– Последние дни только и слышу как она по телефону отказывает во встречах всем своим... гм.. знакомым. До этого за ней такого не наблюдалось.
Неизвестно, имел ли Эмиль Николаевич целью смутить Станисласа, но девушка слегка покраснела. Будь Пенске прежним, он бы, возможно, тоже почувствовал некоторую неловкость, однако сейчас был спокоен как танк.
– Тут все не так просто, - пожал плечами Пенске, - Зависит от цели. Когда обычная женщина кому-то отказывает, она хочет, чтобы о ней забыли. Но когда то же самое делает такая прекрасная, как ваша дочь, это приводит к тому, что о ней думают постоянно.
– Вас вряд ли обрадует то, что количество поклонников у Хелены не будет уменьшаться, - улыбнулся Эмиль Николаевич.
– Это меня нисколько не волнует, - тоже улыбнулся Станислас, - Красивая женщина должна выбирать среди большого числа мужчин всю жизнь. Я смогу лишь гордиться тем, если она постоянно будет выбирать меня.
– Однако вы за словом в карман не лезете, - рассмеялся Эмиль Николаевич.
– Стас, я еще никого не выбираю, - тут же откликнулась Хелен, - Может, поговорим на более нейтральную тему? Не обо мне.
– Странно стоять в Лувре напротив шедевров изобразительного искусства и говорить не о них, - галантно ответил Пенске, - Но если тебе это угодно, то я попытаюсь.
Француз и Помор были тут как тут. Первый замечательно справлялся с комплиментами, а второй придавал некоторым из них глубину.
– Мой отец любит поболтать о своей работе, - смягчилась девушка, - Вот и пообщайся с ним пока, а мы с мамой сейчас придем.
– Чем вы занимаетесь?
– вежливо спросил Станислас, когда женщины вышли.
– Работаю в мэрии, - ответил Эмиль Николаевич, - В строительном секторе.
Одна эта фраза сказала о мужчине все. Должность, связанная с выдачей разрешений на строительство или с приемкой объектов, в любой мэрии в любой стране очень прибыльна. Уровень прибыльности зависит лишь от степени контроля за чиновниками. В Руштале всякий контроль отсутствовал. По самым минимальным оценкам Пенске, отец Хелены должен быть миллионером. В честность и скромность руштальских чиновников молодой человек не верил.
– Вам нравится ваша работа?
– спросил он.
– Она мне кажется удобной, - последовал вежливый ответ, - Приятно видеть, как моими стараниями город преображается в лучшую сторону....
Дальнейшие разглагольствования Станислас старался не слушать. Было понятно, что его собеседник не просто ворует, но при этом искренне считает, что приносит огромную пользу. С точки зрения Пенске, у Хелены оказался не очень удачный отец. Но в его глазах привлекательность девушки не меркла. Похоже, что ему придется примириться с фактом существования таких родственников.
– А где работаете вы?
– наконец поинтересовался Эмиль Николаевич, видимо, устав от монолога, восхваляющего себя.
– Так получилось, что я пока что на распутье, - объяснил Станислас, - Работал на одну крупную компанию, но собираюсь увольняться. Разочаровался в профессии.
– А кто вы по специальности?
– Инженер по телекоммуникациям.
– С чем связана эта профессия?
– В принципе, со всем, что может быть подключено друг к другу, - улыбнулся Пенске, - С телефонными станциями, например, или даже с интернетом.
– Широкая специализация. Почему работа не понравилась?
– Она слишком беспокойная. Приходится идти куда-то, встречаться с людьми... Я бы хотел что-нибудь потише.
– Тогда иди в политику, - с иронической улыбкой предложил Эмиль Николаевич, - Там необходимо очень сильно поработать в самом начале, чтобы получить должность, а потом уже можно вообще ничего не делать. Многие так и поступают.
– Нет, спасибо. Политика мне точно не подходит, - Станислас не мог исключить того, что отец Хелены говорил о себе.
Женщины вернулись. Весь вечер Пенске разыгрывал из себя образцового молодого человека, уважающего мнение старших и удерживающегося от радикальных высказываний. Ради своей девушки он был готов еще и не на такие подвиги. Отец Хелены оказался въедливым типом. В промежутках между самовосхвалениями он внимательно расспрашивал Станисласа о многих вещах. Молодому человеку пришлось рассказать о своих родителях, собственном образовании, даже о том, по какому принципу он выбирал место жительства. Эмиля Николаевича интересовало все, связанное со строительством, а особенно, с землей, на которой это строительство расположено. Пенске потакал ему в этих разговорах, как мог.