Республика «Туле»

В ушах стоял противный пульсирующий писк. Свинцовая тяжесть наполняла всё тело. Слипшиеся веки никак не хотели раскрываться. Искусственный интеллект капсулы не стал дожидаться приказа и впрыснул в кровь коктейль из стимуляторов. Мысли ворочались медленно и лениво.

В какой уже раз меня будит ИИ за время дрейфа в открытом космосе?

Организм неохотно расставался с заторможенностью после искусственной комы, но стимуляторы начали действовать, не давая шансов телу впасть в блаженное оцепенение без мыслей и действий. Сделав усилие, я вывел на сетчатку информационную сводку. Перед глазами пробежали столбики цифр, разноцветные графики и блоки срочных уведомлений.

Новость номер один: ресурсы капсулы на исходе. Ещё одно или два пробуждения в течении месяца, или три месяца в пассивном режиме, и всё. Конец. Финита ля комедия. Новость номер два: капсула запеленговала сигналы находящиеся в зоне досягаемости коммуникатора, но это не слишком ободряет, прошлые девять пробуждений оказались ложными. И техника бывает не идеальна, что тут сказать…

– Всем, кто слышит! Сигнал «SOS». Я – спасательная капсула номер два десять альфа пять, приписанная к научно-исследовательскому борту «Острог». Прошу помощи! Ресурсы капсулы на исходе. Повторяю: сигнал «SOS». Я – спасательная капсула номер…

Закончив передачу, я облизнул сухие потрескавшиеся губы и запустил трансляцию сообщения в записи. Техника бывает не идеальна. Взявшийся словно из пустоты астероид в долю секунды разрушил половину корабля «Острог». Датчики зафиксировали приближение опасного объекта тогда, когда уже ничего нельзя было сделать. Прошло уже семь месяцев моего дрейфа в открытом космосе на окраине изведанной части космоса.

Шансы на то что меня всё-таки услышат, стремились к нулю. ИИ скорее всего вновь выдал ложную реакцию.

– Капсула номер два десять альфа пять, мы вас слышим! – раздался из коммуникатора хрипловатый мужской голос, прерываемый помехами. – Идём на сближение! Ждите!

Я не поверил своим ушам и воспроизвёл сообщение снова. Свершилось! Захотелось двигаться, кричать и бегать, но тесный саркофаг капсулы давал разве что возможность почесать нос. Непроизвольно навернулась слеза. Я не умру в этой консервной банке посреди чёрной пустоты!

Спустя два томительных часа на спроецированной картинке окружающего капсулу пространства показался видавший виды корабль чёрно-серой расцветки. Датчики считали информацию, а ИИ после недолгого анализа вывел отчёт по судну: транспортник среднего грузоизмещения класса CGH15. На выведенной схеме ИИ подсветил нехарактерные элементы для такого вида судов: плазменная турель которой обычно комплектовались лёгкие боевые крейсера, а также лазерный щит против физических объектов класса «рой».

Довольно серьёзная и не типичная начинка для потрёпанного жизнью транспортного судна.

Через полчаса корабль приблизился и выпустил из своего нутра щупальце манипулятора. Подгоняемый двигателями манипулятор, походивший на трехпалую бескостную птичью лапу оперативно приблизился, а лёгкая встряска и скрежещущий звук подсказал что захват прошёл успешно. Я начал отсчитывать минуты до момента, когда я вырвусь из объятий этого опостылевшего гроба.

Раздался сигнал предупреждения и часть капсулы пошла вверх, освобождая верхнюю половину туловища. Я зажмурился. Непривычно яркий свет резал глаза. Чьи-то сильные руки подхватили моё ослабшее от месяцев искусственной комы тело и словно пушинку выдернули наружу. Зрение, ещё не освоившееся в новых условиях, вырывало из окружающего пространства лишь три неясных человеческих силуэта.

Поддерживающие меня руки куда-то пропали и пошатнувшись я с трудом опёрся на капсулу в которой пропутешествовал долгих семь месяцев, чуть не упав на пол отсека.

– Спасибо! – выдохнул я, окончательно почувствовав себя в безопасности.

– Спасибо на углепласт не намажешь, – флегматично усмехнулся в ответ низкий грубый голос.

Я пошатнулся и начал сползать по борту капсулы на пол. Сильная рука вновь схватила меня за плечо, приподняла, встряхнула и прислонила к борту.

– Виолетта, его бы того, – произнёс тот же низкий голос, – а то сознание потеряет.

– Сейчас, – голос был женским и довольно высоким.

В плечо вонзилась игла и впрыснула в организм что-то неизвестное. Реакция не замедлила последовать. Зрение прояснилось, тело вновь наполнилось энергией. Стимуляторы.

Передо мной стояло три человека. Справа была худая женщина лет тридцать с ярко рыжими волосами державшая в руках инъекционный пистолет. За ней высился скалой двухметровый бугай с квадратной челюстью и коротким ёжиком светлых волос. Он смотрел на меня слегка затуманенным взглядом, медленно двигая челюстями пережёвывая непонятную субстанцию ядовито-зелёного цвета.

– Так-то оно теперь лучше, – усмехнувшись пробасил бугай.

– Кх-кх, – прокашлялся шатен с короткой бородой, рваным шрамом на левой щеке и откровенно бандитской рожей, стоявший напротив, – я рад вас приветствовать на земле демократической республики Туле. Я – Архип Юсупов, президент республики. Это, – Юсупов указал подбородком на женщину, – Виолетта, министр здравоохранения. А вот это, – подбородок обратился на бугая, – Крюгер, наш патриарх. По всем духовным вопросам к нему.

– Эм… понял… – слегка ошарашенно протянул я.

Ни черта я не понял…

– Спешу вам сообщить, – продолжил Юсупов голосом завзятого бюрократа, не обращая внимания на мою реакцию, – что вам выставлен счёт, за проведённую спасательную операцию в размере трёхста тысяч афедронок, внутренней валюте республики. Курс внутренней единицы расчёта к общепринятой всегда можно узнать, сверившись с актуальным курсом в информационной сети республики. В связи с вашим положением, – он окинул меня взглядом, – нами принято решение изъять транспортное средство «спасательная капсула» в счёт погашения вашего долга перед республикой.

Президент корабля-государства остановился, ожидая каких-либо возражений с моей стороны. Я молчал.

– Также, хочу сообщить, что вы должны республике три тысячи афедронок за введённый вам препарат, – сообщил мне президент, говоря похоже про инъекцию стимулятора.

Конец ознакомительного фрагмента.