Чтение онлайн

– Конечно, все знают, но в июне девяносто второго Ельцин стал президентом РФ, а Горбачёв стал лидером государства без государства и вскоре подал в отставку...

– А что потом?

– Господин профессор, потом было столько событий, что нам не хватит и месяца разговоров...

Пожилой человек вдруг обернулся к Диме:

– А что Вы скажете, молодой человек, у моего пациента психическое расстройство или мы с Вами психи?

– Я думаю, что не то, не другое, история на каком-то этапе пошла параллельным путём, скорей всего, мы с Вами застряли в старом...

– Разумно, я тоже пришёл к этому выводу, но это ведь из области фантастики и мне трудно в это до конца поверить, хотя наш герой излагает всё достаточно аргументированно.

И уже ко мне:

– А если без деталей, просто перечень дат и событий, детально разберёмся попозже, когда вы изучите кипу газет, начиная от марта девяносто первого. Мой коллега Оболенский Вам в этом поможет, как и во многом другом...

Мы с Димой переглянулись, и каждый из нас понял, в нашей судьбе ожидаются кардинальные перемены.

– Ельцин отбыл на своём посту два неполных срока, с наступлением двухтысячного года он передал власть премьер-министру Путину, который занимал этот пост неполных полгода.

Ельцин, как мы выяснили, умер у вас и у нас, Горбачёв доныне здравствует в двух параллельных измерениях, а про других спрашивайте, я ведь не помню все события того и более позднего времени, Вы сами отлично осознаёте, что я для своего поколения знаю и так немало...

– Батенька, у нас до сих пор республики Прибалтики, Закавказья, Молдавия и в какой-то степени Украина недовольны присутствием в СССР, что у вас на сей счёт?

– У нас все бывшие республики СССР являются самостоятельными государствами. Страны Прибалтики полностью отошли от влияния России, из республик Закавказья только Армения поддерживает тесное содружество, Средняя Азия живёт бедно и во многом по старым традициям, хотя Казахстан относительно цивилизован и сохраняет тесное содружество с нашей страной.

Беларусь с батькой, наверное, самый надёжный партнёр, но у них своя выгода, потому что с западом отношения не клеятся.

А, вот Украина, это вопрос особый, там разворовали всю страну, а три с половиной года назад Россия присоединила к себе Крым после референдума, состоявшегося на полуострове, но это отдельная тема. Украина и почти весь мир против нашего решения, да и внутри существует брожение. И для полноты картины скажу, что Донецкая и Луганская области насильно отделились от Украины и в этом тоже обвиняют Россию...

От своего монолога я изрядно устал, ведь мне надо было дать независимую картину нашего времени, на оценку которого я тоже имел свою точку зрения. Мои слушатели пребывали в шоке, а у меня чесался язык спросить, что происходит в их измерении, хотя понял, что Советский Союз продолжает своё существование в полном объёме.

– Молодой человек, Вы нас просто шокировали, а ведь мы ещё не углублялись в международные отношения, не сравнивали уровень жизни, да и по многим другим аспектам жизни хотелось бы пройтись, хотя бы фронтально.

Я не буду от Вас скрывать, что Ваш случай неординарный, и если даже это психическое расстройство, то оно отличается от всего того, что я встречал за свою многолетнюю практику. Давайте поступим так, мы за Вами понаблюдаем, пообщаемся на примерно таком же уровне, а там посмотрим. В этом отделении Вам делать нечего. Я Вас переведу в нервное, там режим намного отличается от здешнего, туда же переведу работать и доктора Оболенского, он будет вашим лечащим врачом. Мои рекомендации такие - свежий воздух, бассейн, массажи и гипнотический сон. На выходные пациенты этого отделения отпускаются к семьям, а вот что делать с Вами в этом случае, не знаю...

Со своего места вскинулся Дима:

– Товарищ профессор, так он может у меня проводить выходные, мама моя будет рада такому развитому и серьёзному гостю.

– Эх, батенька, я не возражаю, но учтите, он не должен ни с кем вести беседы на темы, касающиеся изучаемого нами предмета. Версия такова: он массажист, приехавший в наш город на стажировку, понятно?

– Понятно, но всё равно он будет в нашем доме желанным гостем...

– Хорошо, на этом пока и порешим, Вы свободны, сейчас буду писать распоряжение на счёт Виктора Соколова...

Ещё одну ночь мне пришлось переночевать в отделении для тяжело психических больных, но это уже вовсе не расстраивало, завтра меня ожидали серьёзные перемены, а главное, возможность хоть как-то окунуться в действительность, в которую я попал волей проведения.

Дима в крайне взволнованных чувствах, закончив дежурство, ушёл домой. Его тоже завтра ожидали кардинальные перемены, ведь с ординаторов не часто попадают сразу в лечащие врачи и при том к пациенту, которого ведёт сам профессор с мировым именем.

Для меня Дима стал светом и проводником в новый открывающийся мир, но и я для него был лучше любой книги из области фантастики, ведь я был живой экспонат.

Ранним утром я опять проснулся от прикосновения к моему телу холодного градусника. Надо мной нависла груда тела Регины Матвеевны:

– Я слышала, милок, что тебя из психов в нервные определили, а по мне ты здоровей всех здоровых. Мне не надо долго изучать и вести длинные разговоры, посмотрела в глаза и всё понятно. У тебя они были весьма разумными изначаль. Правда, тут слыхала в коридорах шепчутся, что эта придурашная красавица Лидочка утверждает, что профессор с тобой совершает огромную ошибку, она считает, что ты не просто больной, а больной с особо опасными наклонностями, с затаённой агрессивностью и с раздвоенной личностью.

Знаешь, на этот раз многие врачи ей верят и поддерживают, считая, что наш Владлен Евграфович от старости теряет квалификацию.

Давай, милок, принимай душ, сейчас принесу тебе более подходящую одежку, после завтрака тебя переводят в нервное отделение...

Регина Матвеевна самостоятельно вела меня в моё новое место пребывания. На сей раз я был облачён уже не в стыдную одежду. Хотя нижнее бельё было того же фасона, но на мне красовалась с атласным отливом пижама по моему росту и размеру, и тапочки были по ноге.