Пропащие девицы
Шрифт:
– Я сам передам, позже.
– Только постарайся без неожиданных визитов, не хочу, чтобы она опять выносила мне мозг.
На том конце скептически хмыкнули, не поверив в то, что Патриции Бэйтман вообще возможно что-то вынести без летальных последствий.
– До завтра. Адрес скину в сообщении, – попрощалась девушка так, будто вопрос с фотосетом был и так решен.
В постели Джоан оказалось полнейшим бревном. Поэтому, когда Том кончил ей на живот и лег рядом, пытаясь отдышаться, ему показалось, что он не просто трахался, а пытался сдвинуть с места огромный камень, который упорно не хотел поддаваться. И продолжалось это так долго, что сам секс перестал приносить наслаждение гораздо быстрее, чем наступил оргазм.
– Ты был восхитителен, – прошептала девушка, проводя пальцами по блестящей от пота груди Тома. – Если хочешь, можешь остаться на ночь. Утром мне не нужно рано вставать.
– К сожалению, мне нужно, – ответил Том, отодвигаясь от Джоан на край кровати. – Я уезжаю.
– Счастливого пути, – усмехнулась она, потянувшись к пачке сигарет, которая лежала на маленькой тумбочке.
Но Томас не услышал. Или сделал вид, что не услышал. Единственное, что действительно интересовало его в данный момент – включила ли Робин Уильямс свой проклятый телефон!
Как только дверь квартиры Джоан, образ которой начал стараться из памяти уже через несколько минут, закрылась за его спиной, Том спустился по лестнице и достал из кармана джинсов «айфон». Набрав номер Робби, он услышал на другом конце тихое и сонное:
– Да…
– Привет, Робин, – мужчина улыбнулся, почувствовав себя на мгновение очень счастливым.
– Угу, – угрюмо отозвалась девушка. – Что тебе нужно?
– Увидеть тебя, – Влашиха со времен первой школьной влюбленности не ощущал себя таким идиотом, как сейчас.
– Не знаю, как тебе помочь, – с тоской проговорила Робин. – Я просто сегодня не…
– Можешь не продолжать, – перебил Том. В его голосе прозвучало раздражение.
– Когда ты уезжаешь на свои съемки? – повисшую напряженную тишину первой прервала Роббс.
– Завтра, – ответил Том холодно.
– Ладно, – она громко вздохнула. – Тогда, пока.
– Пока?
– Ну да, пока…
– И это все, что ты можешь сказать?!. – Том злился на себя, нее и весь ебаный мир вокруг.
– Мне нравится твой Якен, – немного неуверенно произнесла Уильямс. – Он мне, правда, нравится.
– Я хочу увидеть тебя, Робби, – Том пытался говорить как можно нежнее.
– Пока, Том, – ответила девушка перед тем, как повесить трубку.
И это было последним из того, что окончательно убедило Тома Влашиху – он ненавидит ЛосАнджелес.
И больше никогда не позвонит ей.
Собрать суперкоманду для фотосета за полдня – это вам не Капитана Америку полвека изо льда доставать. Задача трудо-и нервозатратная, и если что-то пойдет не так, то даже суперрегенерирующая сыворотка не спасет. Но у Патриции Бэйтман была нехилая мотивация, богатое воображение, сверхъестественная способность помыкать людьми всеми возможными средствами от манипуляции до террора, и тайные мотивы.
Робин Уильямс надо было срочно вытаскивать из депрессии, пока ее в таком состоянии не увидел Марк Джейкобс и не передумал с контрактом. Робин Уильямс надо было срочно спасать от болезненного фанатения по Джеку Уайту, пока тот не разрушил к хуям ее тонкую душевную организацию. Ничто так не отвлекает от одного мужика, как другой мужик, да еще и влюбленный как последний мальчишка. Даже если чувства не взаимны, то самолюбие должно быть удовлетворено, а следом за ним, кто знает, чем это может обернуться. А уж хороший секс как лекарство от печали и проблем вообще всем известная формула.
Сама Патти после Нью-Йорка не успела никого убить, а в свете всех рабочих вопросов и некомпетентности ассистентки это было, по меньшей мере, аномально. Это все Майкл, он заразил Бэйтман своим ирландским пофигизмом.
– Да, Рэй, я в курсе, что это сложно… Что значит «нереально»?! Эта коллекция Mellerio dits Meller сейчас в ЛА, и ты куратор выставки. Что может быть невозможного в аренде нескольких украшений? Не нервируй меня своими бюрократическими отмазками, мы раньше прекрасно улаживали дела со страховкой задним числом. Рэй!
В кабинет вошла Минни, подрывая и так слабые остатки той самой пресловутой невозмутимости, чтобы покаяться в очередном провале.
– Gucci сказали что-то там о конфликте интересов и предложили обратиться к Hugo Boss, – пролепетала она, точно не замечая, что шеф занята. – Я тут подумала, что это может нас вполне устроить.
Патриция Бэйтман подняла на ассистентку недобрый взгляд, и прикрыла трубку рукой, прежде чем крикнуть:
– Ага, выпиши, блядь, нам несколько костюмов коллекции 1934 года вместе с несколькими офицерами СС. Если они избавят меня от твоих мелочных проблем, это может нас вполне устроить. А теперь закрой двери. С той стороны. Съебись!
Девушка подождала, пока желание убивать немного поутихло, и продолжила разговор с Рэем, главным ключиком к незабываемой съемке. Она готова была предложить ему все, вплоть до секса на рабочем столе, но очередной гей фешн-индустрии на такое явно не купился бы. Зато купился на упоминание об «Игре престолов» и тут же вызвался лично уладить все вопросы и доставить комплекты на съемки. Кто бы знал, что жестокое средневековое порно с обилием насилия открывает так много дверей.
С чувством выполненного долга Патриция покинула редакцию намного позже, чем рассчитывала. Телефон по-прежнему молчал, и девушке это совершенно не нравилось. Робби Уильямс никогда не игнорировала социальные ленты дольше нескольких часов. Бэйтман недоумевала, что же могло произойти.
Свернутая клубочком безразмерная худи, в которой где-то затерялась Уильямс, и разбросанные бумажные упаковки от китайской еды немного прояснили ситуацию. А играющая с ноута заглавная тема «Секса в большом городе» и вовсе довершила образ девушки в тяжелой любовной печали.
– Хей, Роббс, смотри, что я принесла.
Патти поставила на стол коробку с трюфелями, загораживая экран ноута. Никакой реакции.
– Знаешь, я тут разговаривала с одним парнем, очень встревоженным твоим состоянием, – Бэйтман улыбнулась, когда увидела заинтересованность в глазах подруги. – Том крепко в тебя втрескался, раз согласился на фотосет, только чтобы я передала тебе, как он беспокоится.