Пропащие девицы
Шрифт:
Схватив растерявшегося от неожиданности Майкла за край пиджака, Джек оттолкнул его и со злостью прохрипел:
– Ублюдок, я убью тебя!..
Со всей силы Уайт ударил мужчину кулаком в челюсть, заставив потерять твердую почву под ногами. Фассбендер ударился спиной о стоящий позади него столик с закусками. Послышался звон стекла. На этот раз Джек слышал, как закричала Патриция. Но это лишь сильнее завело его. Вновь приближаясь к Майклу, который пытался прийти в себя, Джек схватил его за воротник рубашки и ударил в живот, заставив согнуться пополам. Актер издал хриплый стон и упал на колени.
– Ради Бога, Джек, перестань!.. – он слышал, как Патти в очередной раз пыталась остановить его, но лишь сильнее злился.
Майкл тем временем попытался распрямиться, но тут же получил еще несколько ударов. Теперь Фассбендер беспомощно осел на пол, пытаясь перевести дыхание. Он скрипел зубами от боли и унижения.
Вокруг все просто замерли. И теперь эта некогда оживленная вечеринка больше напоминала дом ебаных восковых фигур.
– Эй, Джек… – Уайт поучаствовал, как рука Джареда ложиться ему на плечо, осторожно сжимая его. – Успокойся. Успокойся, иначе нам придется вызвать полицию.
Беззвучно рассмеявшись, Джек резко обернулся и одним коротким ударом рассек Джею губу. Лето отшатнулся, чувствуя, как теплая кровь начинает сочиться из царапины, падать вниз, пачкая белоснежный ковер Патриции.
– Какой же ты ублюдок!.. – выкрикнула Бэйтман. Она стояла всего в нескольких шагах от Уайта. Губы девушки дрожали. Она выглядела испуганной и одновременно жутко злой. Казалось, еще немного и Патти сама бросится на Джека. – Ты просто долбаный урод!.. Я ненавижу тебя! Ненавижу тебя, слышишь?!.
– Ты дерьмовая актриса… – бросил ей в ответ мужчина, пытаясь отдышаться.
– Заткнись!.. – Патриция обхватила голову руками. – Убирайся отсюда!.. Убирайся отсюда ко всем хуям, пока я не вызвала охрану!..
Он хотел всего лишь заглянуть в глаза той женщине, ради которой был здесь все это время.
Патриция бросилась к Джареду.
– Патти… – начал Джек, чувствуя, как внутри вновь расправляет свои огненные крылья проклятая ревность.
– Кажется, тебе лучше уйти, приятель… – с усмешкой произнес Майкл, который к тому времени уже поднялся на ноги. – Нам всем лучше уйти.
С этими словами Фассбендер подошел к Патриции и тихонько произнес:
– Вечеринка была классной…
Все вновь затаили дыхание, глядя на то, как Майкл проходит мимо Джека, направляясь к выходу. Но ничего не произошло.
– Хочешь сказать, что тебе по душе все эти клоуны?!. – Джек несколькими шагами сократил расстояние между собой и Патти. Девушка испуганно отстранилась. Ее примеру последовал и Джаред.
Заметив это, Уайт громко рассмеялся. И если бы его смех больше не напоминал последние попытки сдержать подступающие к горлу рыдания, можно было бы подумать, что он сошел с ума. Долбаный Джек Уайт слетел с катушек!
Еще с несколько секунд он просто смотрел на Патрицию. И в его взгляде ненависть граничила с безумием, которое таила в себе любовь. Любовь… Что же она знала о любви?.. Маленькая упрямая девочка.
– Джек!.. – вырвалось у Патриции, когда мужчина бросился к выходу.
И она едва не кинулась следом за ним, подавшись внезапному порыву. Но в эту минуту рука Джея до боли стиснула ее холодную влажную ладонь.
– Патти, все хорошо, – прошептал Лето. – Все хорошо…
Оглянувшись, Бэйтман увидела, как Робин сделала то, что всегда раньше делала она сама – убежала с вечеринки вслед за Джеком Уайтом.
Робин бежала вниз по ступеням лестницы вслед за Джеком. Она неуклюже хваталась за перила, чтобы удержаться на своих каблуках. И кричала. Достаточно громко, чтобы он услышал ее и остановился.
Музыкант выскочил из подъезда жилого комплекса, в котором всего несколько часов назад Патриция Бэйтман начала праздновать свой день рождения. Она пригласила друзей, была заботливой и внимательной хозяйкой.
Сплюнув, Джек отдышался и взглянул на свое отражение в тонированном стекле припаркованной рядом машины. Теперь на его рубашке не хватало нескольких пуговиц. Он слышал, как Робби кричала ему вслед, стук ее маленьких каблуков преследовал его. И теперь, чтобы закончить все это, нужно было всего лишь запрыгнуть в первое проезжающее мимо такси и навсегда, навсегда забыть.
Как же он ошибался, как же глупо заблуждался, поверив, что она может стать лучше. Мысли играли на опережение. Но перед глазами все еще стояла проклятая картинка, точно кто-то забыл сменить слайд: Патриция, пьяно посмеиваясь, обнимала Майкла, пока тот, не стесняясь присутствия мудака Лето, прятал свои ладони в ее одежде.
Отчаяние и злоба душили его. Было еще много всего. Внутри. Но в эту самую минуту Джек не чувствовал ничего, кроме желания навсегда стереть из памяти все, что когда-либо связывало его и Патрицию. Она, безусловно, свой выбор сделала. Собственно, она сделала его уже довольно давно. Еще в тот день, когда по телефону сообщила ему о том, что уходит. Каким же идиотом он был!..
Поставил все на ее любовь: свой чертов брак, свою гордость… Он даже перестал думать о том, что скажут в прессе, лишь бы видеть ее рядом, лишь бы она принадлежала ему. А что у него осталось теперь?! Ничего… Она все разрушила. Эта тупая сука решила сломать его. Но у нее не выйдет, ничего не выйдет… Ничего не выйдет… Ничего…
– Джек!.. – схватив за руку, Робин наконец, удалось остановить мужчину. – Джек, что, мать твою, происходит?!.
Бросив на нее пустой равнодушный взгляд, Уайт отдернул руку и вновь зашагал прочь, точно Робин вообще не было рядом.
– Джек, пожалуйста, подожди!.. – ее раскрасневшееся от бега лицо и огромные испуганные глаза всего в нескольких сантиметрах от его собственного лица. Продолжая упорствовать, Уильямс вновь вцепилась в его руку и умоляюще прошептала: – Прошу тебя, не уходи!.. Давай поговорим, давай просто поговорим!..
Сердце девушки колотилось, как бешенное. И снова этот взгляд. Она хорошо знала этот взгляд. Их первая ночь в Нью-Йорке научила ее бояться. Теперь этот страх возвращался к ней, ведь в его глазах ненависть мешалась с безумием.