Превосходство

Немая сестра и трое братьев стояли на вершине невысокой горы в ожидании грандиозного события. Последнего события в истории Земли. Через четверть часа Церера столкнётся с планетой, уничтожив всё живое. Ни одна, даже самая живучая бактерия не сможет уцелеть.

Четыре судьбы, запертые в одном теле, — на языке обывателей: «раздвоение личности». Полная чушь! Дар небес, прикосновение Всевышнего, если хотите, но никак не диагноз, вынуждающий надевать рубаху с длинными рукавами!

Стоит ли говорить об испытаниях, выпавших на голову маленького Андрея? Каждый сталкивается с несправедливостью и жестокостью — кто-то в большей мере, кто-то в меньшей. Однако ему «повезло» значительно сильнее других. Несколько лет он сопротивлялся, отчаянно сражаясь с судьбой, но в итоге проиграл и закрылся от целого мира.

Нападки продолжались. И в тот момент, когда черепаший панцирь смирения дал трещину, на свет появилась Немезида — защитница, способная изменять реальность по своему усмотрению. Каждого обидчика настигла кара — никто не ушёл безнаказанным. Раз за разом «случайности» убивали и калечили глупцов, решивших нарушить покой беззащитного ребёнка.

Почувствовав себя в безопасности, Андрей начал поглощать знания этого мира, словно шахтёр, выбежавший из затхлой пещеры на свежий воздух и пытавшийся отдышаться. Параллельно внутри него развивалась мизантропия, подпитываемая верой в свою избранность, своё превосходство. Остальных людей он рассматривал лишь как материал для экспериментов. А в редкие ясные дни — как забавных хомячков, за которыми интересно наблюдать.

Знания постепенно перестали умещаться в его памяти. Тогда-то и появился Икар — библиотекарь, стратег, голос разума и рационализма. Новый компаньон подчинил себе подсознание. Ему удавалось заниматься исследованиями, не тревожа Андрея, лишь изредка помогая ему советом и показывая правильный путь.

Вся последующая жизнь проходила под руководством Икара, однако более древние, неразумные части мозга начали бунтовать. Пробуждение Сатира было делом времени, как и половое созревание у любого здорового человека. Похоть и жажда приключений то и дело овладевали Андреем. Ему с трудом удавалось отбивать постоянные нападки младшего брата.

По итогу многолетней войны троица пришла к мирному соглашению: Сатир брал на себя всё, что касалось чувств, эмоций и неразрешимых экзистенциальных вопросов, а взамен получал полную свободу на несколько дней в году. В эти дни обычному человеку, а особенно красивой, пышногрудой девушке желательно было остаться дома. Сатир всегда получал своё, чего бы это ему ни стоило.

— А если не получится? — спросил младший брат, за свои выходки прозванный Сатиром.

— Поздно об этом думать. Что сделано, то сделано, — ответил Андрей.

— Я всё просчитал! — гордо заявил Икар. — Вероятность неудачного исхода ниже двадцати семи процентов.

— Большие шансы на провал, однако, — вновь посетовал Сатир. — А я ведь столько ещё мог натворить в этом мире, что вам и не снилось!

— Нас и так уже разыскивают в шести странах за твои выходки! — недовольно буркнул Икар. — В любом случае, скоро всё это перестанет иметь какое-либо значение. Но даже если я ошибся… — Он выдержал недолгую паузу. — Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать ничего и прожить жизнь в неведении.

— Полностью с тобой согласен, — сказал Андрей. — Хоть я и не думал, что Немезида справится, но рад, что всё обернулось именно так. Без неё у нас не было бы ни единого шанса. Спасибо тебе, сестрёнка! Спасибо за всё, что ты для нас сделала!

Церера неумолимо приближалась.

Солнце скрылось за её телом, не желая наблюдать за концом человечества. Оно одаривало теплом и светом каждого, вне зависимости от его положения в обществе. Но теперь, когда люди сами навлекли на себя гнев вселенной, Светило, подарившее жизнь и процветание, отвернулось от своих детей. Всё кончено.

— Вот и всё, — негромко произнёс Андрей. — Всегда мечтал увидеть нечто подобное.

— Наверняка это будет очень больно? — спросил Сатир.

— Не переживай, ты испаришься быстрее, чем почувствуешь боль, — поспешил утешить его Икар. — Расслабься и насладись дарами Немезиды.

Облака над центральной частью России испарились вместе с атмосферой. Церера пробила земную кору и вошла внутрь мантии, а затем утонула в ней, словно камень, брошенный в воду. Поднявшаяся волна сорвала со своих мест города, леса и поля, отправив их в недолгий, но стремительный полёт.

Оставались секунды до того, как вздымающееся одеяло достигнет Уральских гор. Каждый занимался в этот момент чем-то своим: одни находились под властью страсти, другие молили богов о милосердии, но были и такие, кто смирился и просто наблюдал за концом человечества.

— Как же это красиво! — воскликнул Андрей.

Огненное зарево отражалось в его расширенных до предела зрачках. Смерть была уже близко — неминуема и необратима.

— Обезумевшие самоубийцы! — завопил Сатир. — Я не хочу умирать!

— Я не мог ошибиться… — Слова Икара стали последними.

Весь Уральский хребет покинул Землю и взмыл вверх, угрожая упасть на пока ещё нетронутую часть планеты. Как и предсказывал Икар, тело Андрея испарилось за доли секунды. Никакой боли — лишь тьма и неизвестность.

Всего на мгновение в пустом и безжизненном мире блеснула одинокая мысль, не принадлежащая никому и ничему, покинутая всеми, оставленная в одиночестве:

— Это конец?

Громкий удар вкупе с сильным толчком разбудили Андрея. Открыв глаза, он увидел привычное синее небо, за одним небольшим исключением: шестую часть небосклона занимал светло-серый шар. Попытка приглядеться и рассмотреть его получше спровоцировала головную боль и онемение всего тела (на самом деле оба симптома появились задолго до пробуждения, но почувствовал он их только сейчас).

Андрей с трудом смог заставить свой мозг подумать:

«Что со мной? Я умер? Жив? Что вообще происходит?»