Чтение онлайн

Урза был поглощен работой над прототипом человека из металла транов, когда услышал сигнал тревоги.

Он поднял голову, его драгоценные глаза вспыхнули недовольством. Всякий раз, когда Джойра и Тефери отлучались со своих рабочих мест, сигналы тревоги звучали почти непрерывно. Закрыв глаза, Урза потер виски, хотя в этом вроде бы не было большой необходимости. Конечно, у него не должно было остаться болевых рефлексов смертного человека. Наверное, его голова все-таки еще восприимчива к психосоматическим болезням типа мускульной невралгии или спазмов сосудов. Он снова открыл глаза. Наполовину смонтированный металлический человек безучастно смотрел на него.

Новый прототип не работал. Металл транов увеличивался в размерах, расплывался. «Ну как еще это назвать?» Урза прежде не знал об этом его свойстве. Раньше он считал, что кулоны Джойры изначально сделаны разными по величине. Теперь обнаружилось, что большие кулоны в виде ящериц выросли из маленьких. Пока Урза сидел, рассматривая медленно деформирующийся механизм, громкий лязг возвестил о внезапном катастрофическом повреждении распорки в бедре прототипа, и пластина в области паха отвалилась.

Урза ссутулился в своем кресле, мучаясь вопросом, как долго будет реветь эта ужасная сирена. Мана-установка по своим акустическим свойствам походила на гигантское ведро, в котором шум усиливался до тех пор, пока не становился абсолютно невыносимым. Где-то в глубине сознания Урзы начала зарождаться и пульсировать неуловимая пока еще мысль… что-то о выравнивании увеличивающихся частей нового механизма, согласно геометрии роста, так что части могли расширяться совместно быстрее, чем порознь… Форма круглой или овальной сферы с внутренними механизмами, расположенными в совмещенных корпусах, учла бы рост каждого уровня и всей структуры в целом.

Невзирая на раздражение, вызванное нарастающим ревом сирены, он даже усмехнулся, почувствовав некую иронию в сходстве проблем проектирования нового оружия с проблемами Фирексии, вспомнив ее вложенные друг в друга планеты-уровни. Пристальный взгляд Урзы блуждал по забытым чертежам корабля из металла транов, висевшим тут же. «Корабль имел яйцеобразную форму. Возможно, он смог бы использовать концентрический организационный чертеж, чтобы структурировать… чтобы позволить металлу транов… организоваться с… сделать растущим…»

– Хватит! – вскричал Урза в вибрирующий потолок.

Тревога внезапно стала громче, ворвавшись в комнату через черный ход. Урза сердито обернулся и увидел серебряного человека, согнувшегося в маленьком проеме.

– Что случилось?

– Гоблины. Гоблины повсюду. Три племени. Виашино несут потери, – быстро проговорил Карн.

– Ах так, – гневно прорычал Урза, вскакивая и мгновенно превращая свое штатское одеяние в военные доспехи.

Перо, которое он держал в руках, обратилось в мерцающий посох, и он зашагал впереди серебряного человека, направляясь к месту сражения.

В кузнице царили разгром и побоище. Рабочие виашино в кожаных комбинезонах сражались бок о бок с возбужденными, растрепанными учениками Урзы. Гаечные ключи сверкали среди двухлезвиевых мечей, кинжалов и метательных топоров. Поредевшие отряды людей-ящериц отчаянно боролись, проявляя чудеса героизма и боевой ловкости, и не уступали шумной орде гоблинов, теснивших их к большим пылающим печам. Серые Граббиты толклись в первых рядах. Они рубили топорами и грызли все, что попадалось на их пути. Красно-чешуйчатые Дестроу сгрудились позади своих низкорослых товарищей и угрожали рогатыми таранами, надетыми на их головы. Они забрасывали крючья и цепляли человека или ящерицу, насаживая жертвы на острые серые рога Позади всех несколько серебрянокожих Тристоу метали огненные молнии в ряды защитников.

Виашино явно проигрывали. Под ногами наступающих гоблинов уже семнадцать рабочих и четыре воина лежали в лужах серой крови. Граббиты с жадностью набрасывались и поедали мертвые тела. Еще два воина-ящерицы повисли на стенах раскаленных печей. Через несколько минут их тела превратились в угли. Два ученика-человека тоже погибли. Тело одного лежало, проколотое мечом, а другого раздавило под натиском воинов Граббитов. Оставшиеся защитники, уступающие нападавшим по численности и плохо вооруженные, страдали возле раскаленных печей, зажатые между огнем и копьями.

Диаго Диирв опустил гаечный ключ на голову Граб-бита перед собой и раскроил череп нападающего животного. Чтобы отвлечь гоблинов от своей персоны, он толкнул убитого в кучу его собратьев, готовых сожрать любой труп.

– Где Джойра? – прокричал он рабочим, сражавшимся рядом. – У нее возникла бы идея.

– Идея? – ревел лежащий на полу механик. Тут факел гоблина уперся ему в грудь, но человек-ящерица откинулся назад, опершись на хвост, и со всей силы пнул нападавшего монстра обеими ногами. Тот отлетел в кучу товарищей. Факел поджег пару Граббитов. – Нам нужна армия, а не идея!

Диаго замигал при виде загоревшихся Граббитов.

– Иногда идея стоит армии. – Он проворно обернулся, схватил кочергу и упер крючковатый конец в большую задвижку с одной стороны горна.

– Что ты делаешь, ненормальный? Мы боремся с гоблинами, а не с печами.

– Назад! – решительно закричал Диаго.

Его товарищи послушно попятились, и в следующий момент он откинул заслонку сбоку плавильной печи. Река расплавленного металла потекла на орды гоблинов. Даже самые беспечные Граббиты вовремя оценили обстановку и стали разбегаться от горячего потока. Многие из них не были достаточно быстрыми, и их захлестнул огонь. Каждая капля жидкости в телах гоблинов мгновенно закипала, превращалась в газ, и их разрывало на части. Эти взрывы обжигали раскаленными брызгами остальных.

Задыхаясь позади реки расплавленного металла, Диаго прохрипел:

– Мы получили небольшую передышку.

Стоящий рядом воин нахмурился, по всему его телу топорщилась обожженная чешуя.

– Я предпочел бы умереть от копья, а не от огня.

Диаго взглянул на широкую лестницу, которая вела наверх, в кузницу.

– Возможно, сегодня нам вовсе не придется умирать.

Вниз по лестнице бежали виашино-воины, хорошо вооруженные, одетые в броню. Их оружие тут же засверкало в гуще сражения. Над потоком воинов, сияя пламенным светом, появилась фигура Мироходца. От его пальцев исходила светящаяся сила, поражающая гоблинов красными вспышками. Нападающие кувыркались, как обугленные игрушки, прежде чем упасть на землю.