Шрифт:
Открытие
ПРОЛОГ
«Подходим к Арктуру. Отключить сверхсветовой генератор».
Контр-адмирал Альянса Джон Гриссом, самый известный человек на Земле и трех её молодых межзвездных колониях, на мгновение поднял глаза, когда по корабельной селекторной связи прозвучал голос рулевого ККА Нью-Дели. Через мгновение он почувствовал, как по кораблю прошла волна замедления — это безошибочно указывало на то, что отключились генераторы поля эффекта массы, и Нью-Дели снизил скорость со сверхсветовой, до скорости, приемлемой для вселенной Эйнштейна.
По мере того, как корабль замедлял свое движение, хорошо знакомое красноватое свечение, струившееся через крошечный иллюминатор каюты, постепенно остывало, принимая более естественный теплый оттенок. Гриссом ненавидел иллюминаторы; управление судами Альянса целиком осуществлялось по приборам, и команде не нужны были какие-либо визуальные проемы, чтобы смотреть в безграничную пустоту космоса. Но на всех судах обязательно было несколько небольших иллюминаторов и одно большое смотровое окно на мостике, как дань традиции — воспоминание об былых романтических идеалах космических странствий.
Альянс упорно поддерживал эти романтичные идеалы — они служили для привлечения наивных новобранцев. Для людей на Земле, неизведанные просторы космоса все ещё были загадочными и привлекательными. Стремление человечества к звездам привело к великим открытиям и тайнам галактики, которые только и ждали, чтобы бы их раскрыли.
Гриссом знал, что правда была намного сложнее. Он видел, какой прекрасной может быть холодная галактика. Она поражала своим великолепием и в то же время пугала, и он знал, что есть тайны, которые человечество ещё не было готово постичь. Та секретная передача, которую он получил утром с базы Шаньси, только подтверждала это.
Человечество во многом походило на ребенка, такое наивное и незащищенное. И это было неудивительно. За всю свою долгую историю люди смогли вырваться из объятий Земли в холодные просторы космоса лишь каких-то двести лет назад. А настоящие межзвездные путешествия, путешествия за пределы Солнечной системы, стали возможными лишь десять лет назад. Даже меньше десяти лет, если быть точным.
Именно в 2148 году, всего девять лет назад, команда шахтеров на Марсе наткнулась на давно заброшенную инопланетную станцию, расположенную глубоко под поверхностью планеты. Эта находка была объявлена самым существенным открытием в человеческой истории, счастливым случаем, который изменит все и навсегда.
Впервые человечество столкнулось с бесспорным, неопровержимым доказательством того, что они не были одиноки во вселенной. Все информационные агентства Земли буквально стояли на ушах. Кто были эти таинственные инопланетяне? Где они теперь? Действительно ли они погибли? Вернутся ли они? Какое воздействие они оказали на развитие человечества в прошлом? Какое воздействие они окажут на будущее человечества? В те первые несколько месяцев философы, ученые и самозваные эксперты бесконечно, а иногда даже яростно, спорили о значении этого открытия в выпусках новостей и на информационных каналах.
Пошатнулись устои и традиции всех мировых религий на Земле. Внезапно возникло множество новых религий, причем большинство из них были основаны на принципах постороннего вмешательства в эволюцию. Все они в один голос кричали, что сделанное открытие является доказательством того, что вся человеческая история была построена и управлялась инопланетными силами. Многие религии пытались включить представителей внеземных цивилизаций в свою мифологию, другие же собирались переписывать свою историю и верования в свете нового открытия. Некоторые упрямцы отказывались признавать правду, объявляя бункер на Марсе политическим обманом, призванным обмануть и ввести в заблуждение сторонников истиной веры. Даже теперь, почти десятилетие спустя, большинство религий все еще не оправились от этого шока.
Селектор снова затрещал, прервав размышления Гриссома, и заставил его переключить внимание с раздражающего иллюминатора обратно на бортовой динамик в потолке. «Мы готовы к стыковке с Арктуром. Расчетное время прибытия — приблизительно двенадцать минут».
Им потребовалось почти шесть часов для того чтобы добраться от Земли до Арктура — самой большой базы Альянса за пределами Солнечной системой. Большинство этого времени Гриссом провел, согнувшись перед экраном компьютера, просматривая отчеты о полете и личные дела.
Путешествие было спланировано несколько месяцев назад в целях пропаганды. Альянс хотел, чтобы Гриссом обратился с речью к первым выпускникам академии на Арктуре, что послужило бы этакой символической передачей эстафеты от легенды прошлого, лидерам будущего. Но за несколько часов до отбытия, сообщение из Шаньси радикально изменило первоначальную цель его поездки.
Прошедшее десятилетие было Золотым Веком человечества, великолепной мечтой. Теперь же он собирался вернуть их с небес на землю, к суровой действительности.
Нью-Дели почти прибыл к месту своего назначения. Пора было покинуть умиротворенное уединение каюты. Гриссом переписал файлы с личными делами с бортового терминала на крошечный оптический диск и сунул его в нагрудный карман своей униформы Альянса. После этого он вышел из компьютерной системы, отодвинул стул и чопорно поднялся.
Его каюта была маленькой и тесной, и рабочее место, за которым он просидел несколько часов, было весьма неудобным. Место на судах Альянса было ограничено, поэтому личная каюта была только у командира судна. В большинстве случаев даже очень важные персоны были вынуждены спать в общих каютах или совместных спальных отсеках. Но Гриссом был живой легендой и для него могли сделать исключение. Поэтому капитан великодушно предложил ему свою собственную каюту на время относительного короткого полета на Арктур.
Гриссом потянулся, пытаясь размять затекшие мышцы на шее и плечах. Адмирал покрутил головой, пока не услышал приятный хруст позвонков. Он быстро осмотрел свою униформу в зеркало, перед тем как открыть дверь и пройти к мостику космического корабля. Необходимость поддерживать себя в форме всегда и во всем была одной из обязанностей, налагаемых мировой известностью.
Члены экипажа оставляли свои дела, чтобы встать по стойке "смирно" и отдать ему честь, когда он проходил мимо их рабочих мест. Он отвечал им по уставу, но почти машинально. За эти восемь лет, что он был героем человечества, он развил инстинктивную способность принимать почести и жесты уважения без какого-либо осознания своих действий.