Чтение онлайн

Эллиот обернулся, разыскивая Эми.

Эми нигде не было.

Эллиот не мог поверить.

Сначала он подумал, что Эми решила наказать его за то, что он выстрелил в нее ампулой на берегу Рагоры. Он объяснил Мунро и Росс, что она способна на такие поступки, поэтому следующие полчаса путешественники кружили по джунглям и звали Эми. Ответом им было лишь вековое молчание тропического леса. Полчаса растянулись на час, незаметно подступил второй.

Эллиот был близок к панике.

Эми так и не появилась, и тогда пришлось согласиться, что нельзя исключать еще одну причину ее исчезновения.

— Может, она присоединилась к стаду горилл? — предположил Мунро.

— Это исключено, — запротестовал Эллиот.

— Ей семь лет, она почти взрослая, — пожал плечами Мунро. — В конце концов, она — горилла.

— Это исключено, — настаивал Эллиот.

Но на самом деле Эллиот понимал, что это вполне возможно. Если человек воспитывает человекообразную обезьяну, то рано или поздно наступает такой момент, когда содержать ее в неволе становится невозможно. Поведение взрослых особей контролировать не удается, потому что это слишком большие, слишком сильные и слишком самостоятельные животные. Когда обезьяна взрослеет, глупо и опасно обращаться с ней, как с умным существом, подобным человеку. Нельзя игнорировать различия между обезьяной и человеком, обусловленные их разной генетической природой.

— Стада горилл не закрыты, — напомнил Эллиоту Мунро. — Они охотно принимают чужаков, особенно самок.

— Этого Эми никогда не сделает, — продолжал настаивать Эллиот. — Она совершенно не приспособлена к жизни в джунглях.

Эми с младенчества жила среди людей. Мир западной цивилизации с его автомобилями и кафе был ей знаком намного лучше, чем джунгли. Если Эллиот проезжал мимо ее любимой закусочной для автомобилистов, Эми тут же хлопала его по плечу и указывала на промах. Что она знает о джунглях? Для нее это не менее чуждый мир, чем для самого Эллиота. И дело не только в…

— Пора разбивать лагерь. — Росс взглянула на часы. — Эми вернется, если захочет, конечно. В конце концов, — добавила она, — не мы ее бросили. Она бросила нас.

У Росс была в запасе бутылка шампанского «Дом-Периньон», но о ней никто не вспомнил; настроение у путешественников было далеко не праздничным.

Эллиот переживал потерю Эми, а остальные не могли оправиться от сцены, которую они увидели в лагере консорциума. В быстро сгущавшихся сумерках нужно было прежде всего установить систему защиты, которую в СТИЗР называли СЗВДМ (система защиты от вторжения в диких местностях).

Уникальная система СЗВДМ представляла собой современный вариант традиционных способов защиты периметра лагеря, использовавшихся исследователями Африки не одно десятилетие. Еще более ста лет назад Стэнли писал, что «…ни один лагерь нельзя считать оборудованным, если он не обнесен оградой из кустов или деревьев». В течение последующих ста лет ни у кого не было ни малейших оснований усомниться в справедливости слов Стэнли, но, поскольку с тех пор наука и техника ушли далеко вперед, в СЗВДМ использовались все последние достижения человеческого разума.

Кахега и носильщики надули серебристые майларовые палатки и поставили их почти бок о бок. Росс руководила установкой цилиндрических приборов ночного видения на телескопических треногах. Приборы обшаривали джунгли вокруг лагеря.

Следующим шагом было сооружение ограждения по периметру лагеря.

Ограждение представляло собой легкую металлическую сетку, больше походившую на ткань, чем на изделие из проволоки. Сетку укрепили на стойках, охватив ею всю территорию лагеря, и подсоединили к трансформатору, на выходе которого напряжение составляло 10 киловольт.

Чтобы топливные элементы служили дольше, ток включался импульсами, четыре раза в секунду, отчего сетка постоянно издавала низкое гудение.

Вечером 20 июня путешественники поужинали рисом с регидратированным креветочным соусом по-креольски. Высушенные креветки с трудом поддаются повторной гидратации, и в готовом блюде изредка попадались кусочки, по вкусу и консистенции напоминавшие бумагу, но на это упущение технологии двадцатого века никто не жаловался. Путешественники лишь поглядывали в сторону темных джунглей.

Мунро определил места для часовых. Он объявил, что часовые будут стоять по четыре часа и что первую вахту будут нести он, Кахега и Эллиот.

С приборами ночного видения часовые походили на таинственных гигантских кузнечиков, тревожно всматривавшихся в джунгли. Многократно усиливая освещенность, приборы воспроизводили изображение, окрашивая его в таинственные зеленые тона. Эллиот решил, что эти очки слишком тяжелы, а электронное изображение недостаточно хорошо отражает реальную картину.

Через несколько минут он их стянул и застыл в изумлении: оказывается, в ночных джунглях царила непроглядная чернота. Эллиот поспешил снова водрузить прибор на место.

Ночь прошла спокойно, без инцидентов.

Вступление экспедиции СТИЗР в потерянный город Зиндж утром 21 июня ничем не напоминало полные романтизма и таинственности рассказы путешественников девятнадцатого века о великих археологических открытиях.

Исследователи двадцатого столетия потели и кряхтели под тяжестью современных приборов: оптических искателей, фиксирующих компасов, радиочастотных направляющих с радиопередатчиками, микроволновых ретрансляторов — все казалось совершенно необходимым для быстрой и надежной оценки археологического памятника.

Впрочем, Росс и ее товарищей интересовали только алмазы. Когда Шлиман начал раскопки Трои, его тоже интересовало лишь золото. Правда, Шлиман отдал изучению Трои три года. Росс собиралась найти алмазы за три дня.