Изгой Проклятого Клана
Шрифт:
Опасная тварь для моего нынешнего состояния.
— Нам конец… — дрожащим голосом произнёс Аскольд и побледнел.
— Не мешайся, — велел я и поднялся.
Он понял меня правильно и поспешил уволочь отключенного брата подальше.
Ха! Наверняка ожидает смыться, пока мантикора будет со мной сражаться.
Нет, дружище. Это так не работает.
Мантикора сначала истребляет всё живое поблизости и только потом приступает к трапезе.
Поэтому либо я.
Либо она.
Я ощутил как уплотняется кожа возле глаз и на скулах, покрываясь чешуёй. Как крепчают кости. Как мышцы наливаются запредельной для обычного человека силой, а когти на пальцах вырастают ещё на пару сантиметров.
Зрение становится острым, словно у хищной птицы. А глаза начинают видеть исходящую от мантикоры магическую ауру.
Вот и всё. Больше ничего не выжать.
Мантикора издала боевой рёв!
Взмахнула крыльями и оттолкнулась лапами от скалы. Взмыла вверх, пролетая над нашими головами, чтобы приземлиться с другой стороны и отрезать путь к отступлению.
Аскольд, волочащий Савелия, резко развернулся и прикрыл его собой. Из ножен на поясе он достал такой же кинжал, выставив его по направлению к мантикоре.
Но когда она приземлилась, то даже не взглянула него.
Её взгляд был прикован ко мне. Опытная. Чувствовала, откуда исходит угроза.
Я поприветствовал её оскалом. А взамен получил рык.
И ринулся вперёд, концентрируя всю драконью силу в руках и ногах.
Прыгнул вперёд.
Мантикора прыткая, но медленнее меня. Она отскочила назад, ударив когтистой лапой наотмашь. Я плавно отклонился, видя бритвенно-острый коготь прямо перед своими глазами.
Я ВЫЖИЛ! ХА!
Тварь не достала!
Мой оскал сменился улыбкой.
Боевой азарт захватил меня с головой!
Танец на границе жизни и смерти начался под музыку звериных рыков и свиста рассекаемого воздуха!
Удар сверху! Огромное жало прошло в десяти сантиметрах от головы, а затем с треском пробило камень у моих ног.
А мои драконьи когти прошли между сегментов скорпионьего хвоста и отточенным движением разорвали его.
Мантикора взревела, испуская во все стороны вокруг себя волны звериной ярости — пьянящего коктейля из дикой маны. Мой звериный аспект тут же усилился, обостряя все чувства.
Мне захотелось ещё.
ЕЩЁ!
Стоп. Я отскочил назад, уходя из-под львиной лапы.
Диким эмоциям нельзя поддаваться.
Мантикора взяла разбег, смотря на меня бешеным взглядом. Из обрубка её хвоста сочилась тёмно-багровая, почти чёрная, кровь, разливаясь вокруг.
Бросок! Мантикора прыгнула, усиливая прыжок крыльями! Магия вокруг неё сгустилась, подарив ей единовременное, но невероятное ускорение.
На секунду она оказалась быстрее меня.
Пасть с огромными клыками чуть не сомкнулась на моей голове, когда мантикора сбила меня с ног. Тварь нависла сверху, пытаясь довести свой укус до логического конца.
Но мои руки, покрытые чешуёй, удерживали челюсти мантикоры разомкнутыми. Её клыки пронзили чешую. Моя кровь и звериная слюна смешались, стекая на землю рядом с моим лицом.
А я смеялся.
Несмотря на боль. Несмотря на дрянной запах изо рта твари. Несмотря на опасность… нет, благодаря ей!
Сердце бешено стучало, от страха за жизнь!
Но именно это позволяло чувствовать себя живым больше, чем за последние лет двести!
Я и забыл, что такое быть в настоящей опасности. Ха! Потому и погиб!
Этой ошибки я не повторю!
Моё сердце полыхнуло вновь. Сила звериного аспекта разнеслась по телу, выводя его за пределы возможностей.
Руки получили новый импульс. С животным рыком я растянул их вверх и вниз, разрывая львиную пасть! Хруст. Рёв.
Мантикора в бешенстве замотала головой. Её нижняя челюсть бессильно обвисла.
Ухватившись за гриву, я подтянул своё тело вверх и оказался на шее твари.
Один точный удар когтями по артерии зверя.
Брызнула кровь… много крови.
Мантикора завертелась в исступлении, пытаясь сбросить меня.
Но я соскочил сам. Чтобы со стороны наблюдать за агонией побеждённого врага.
Ещё несколько секунд она бешено вращала головой. Бросалась из стороны в сторону. Рычала. А потом рухнула, подрагивая лапами.
Я сделал глубокий вдох и сложил руки перед собой.
Спи спокойно.
Могучий враг.
Сильный зверь.
Хищник, что правил этим ущельем.
Я поклонился поверженной мантикоре, в благодарность за славную схватку.
— Ты — не человек, — с округлёнными от ужаса глазами произнёс Аскольд. — Ты — чудовище… даже проклятые на такое не способны!
— Не переживай, — успокаивающим тоном сказал я ему и подошёл к жалу мантикоры. — Сейчас я сотру этот кошмар из твоей памяти.
— Что ты задумал?!
Через десять минут братья Соколовы лежали, не подавая признаки жизни.
Лёгкая кома.
Яд мантикоры в малых дозах вводит в это состояние. А заодно подчищает память последних часов или дней.
Не очень полезно для здоровья. Но полезнее, чем смерть. И тем более полезнее, чем дать клану знать о чужаке, попавшем в тело одного из его членов.
А внезапные проблемы с памятью и выросшая многократно сила — это как раз то, что вызывает подозрения. Так что пусть Соколовы забудут. Так спокойнее.
Судя по всему, я оказался в одном из магических миров. А в них очень внимательно относились ко всему, что может проникать в человеческие тела и придавать им новые силы.
Потому что такие «подселенцы» обычно крайне сильны. Как правило это демоны или сильные духи. И они редко заботятся о благе людей, особенно когда им нужна пара-тройка сотен жертв для ритуала.