Чтение онлайн

— Правда? — спросила Гермиона.

Удивление.

— Нет, — ответил Грим, поднял девушку на руки, удивившись про себя, какая она легкая.

Малфой осторожно положил ее на кровать, но Гермиона вцепилась в его руку, не желая отпускать.

— Не уходи.

И он не может сопротивляться. Черт. И когда она обрела над ним такую власть?

Малфой осторожно лег рядом с Гермионой. Она доверчиво положила голову на его плечо, прижалась к нему всем телом в попытке согреться.

— Мне так спокойно, когда ты рядом, — прошептала она ему на ухо и мгновенно заснула.

Драко медленно вдохнул ее аромат и не заметил, как сам погрузился в сон.

Первый раз за долгие месяцы на его душе было спокойно.

*

Крики, рыдания, звон бьющегося стекла.

Малфой резко распахнул дверь ванной комнаты. Спиной к нему стояла Гермиона, обхватив себя дрожащими руками.

— Гермиона.

— Уйди, — еле слышно произнесла она.

— Гермиона, — мягко повторил Грим, разворачивая ее к себе. Гермиона испуганно прижала окровавленные ладони к лицу.

— Не смотри на меня, пожалуйста. Не надо.

Драко осторожно отнял ладони от ее лица и едва сдержал возглас удивления.

Верхняя губа рассечена надвое, лицо покрывают отвратительные рубцы: оплывшие, багровые, яркие.

— Уродина, да? — сквозь слезы спросила Гермиона, пытаясь вырвать ладони из рук Грима.

В горле образовался тугой комок. Драко не знал, что сказать.

Все в порядке, Гермиона.

Шрамы пройдут, потерпи.

Ничего страшного.

Она не поверит его словам, ведь он тоже в них не верит.

Драко нежно коснулся пальцами ее щеки. Гермиона, широко раскрыв глаза, смотрела на него. Они оба молчали, боясь оборвать ту невидимую связь, что установилась между ними.

— Извини меня. На самом деле, я не истеричка.

— Я вижу, — его губы тронула слабая улыбка.

— Просто все так навалилось. Год выдался тяжелый. Война, постоянное напряжение, ожидание опасности, поиски крестражей. Я так устала думать, бежать куда-то, скрываться от всех, существовать…

Гарри победил Волдеморта, а моя жизнь так и не стала легче. Появление демонов в Хогсмиде, убийство Анабель, жуткое соломенное чучело, убийство Катарины Марлок, взрыв, устроенный подставной вейлой, мое обезображенное лицо. Последняя капля.

Меня и так слишком часто преследуют ночные кошмары. А теперь вкупе с Малфой-менором в них постоянно появляется чучело с крюком.

— Ты сказала Малфой-менор?

— Тебе не обязательно знать об этом, — Гермиона присела на корточки, убирая с пола осколки.

— Репаро! — раздраженно произнес Драко — и стеклянный шкафчик снова целый. — Рассказывай.

Грим присел на пол рядом с Гермионой.

— Меня пытали там, — наконец, сказала она. — Нас поймали егеря после того, как Гарри произнес имя Волдеморта. Столько времени успешно скрывались и попались из-за такой глупости. Нас повели в Малфой-менор, где находился штаб Пожирателей смерти. Гарри и Рона заперли в подземелье, но не меня. Я ведь грязнокровка, следовательно, обычного наказания для меня не достаточно. Вот так.

По ночам мне часто снится один и тот же сон — Беллатриса пытает меня в гостиной Малфой-менора. В моих кошмарах нет сцен битвы в Хогвартсе, момента, когда я увидела «мертвого» Гарри на руках Хагрида… Только гостиная Малфой-менора, лица Беллатрисы и Малфоев, безучастно наблюдающих за моими мучениями. Как же я ненавижу то место и всех его обитателей…

Безучастно? Пожалуй, так оно и было. Когда каждый день видишь чужие пытки, пытаешь кого-то или сам подвергаешься действию Круциатуса, становится абсолютно все равно. Тебя не трогает чужая боль.

— Но Бог их наказал. Как бы я не ненавидела Малфоя, смерти матери никогда б ему не пожелала. Да и вообще никому не пожелала.

Грим какое-то время молчал.

— Я устала, Грим, — первой нарушила молчание Гермиона. — Я больше не могу так жить. Мне нужен отдых от всего плохого, потустороннего, от смертей вокруг меня. Я хочу жить, я хочу наслаждаться жизнью, а не проживать отпущенное мне время в страхе.

— Хорошо, — безразлично ответил Малфой.

— Ты ведь еще вернешься?

Грим, не ответив, трансгрессировал.

Гермиона встала к зеркалу, взяла с полки мазь, оставленную ей целителем Добсоном, и только тогда заметила, что на ее руках не осталось царапин.

*

С того дня Малфой навещал Гермиону каждый вечер. Они разговаривали, обсуждали разные темы, часто и с азартом спорили и почти всегда оставались при своем мнении. А иногда просто молчали. В их молчании не было натянутости, неприязни и желания как можно быстрее уйти. Им хорошо и спокойно в обществе друг друга.

В один из таких вечеров Драко по уже сложившейся привычке трансгрессировал в свою квартиру. Он обнаружил Гермиону на кухне. Она отвечала на письма своих друзей.

— О чем пишут твои ненаглядные друзья?

— Привет, — Гермиона радостно улыбнулась. — Гарри и Рон описывают в письмах квиддичный матч против Слизерина, сетуют, что я не видела игру и не присутствовала на вечеринке в честь их победы. Они там такое устроили — наш декан был в бешенстве. Мальчишки!

От нежности в ее голосе Малфоя передернуло.

— Джинни пишет о последних сплетнях в Хогварсте, кто с кем встречается и тому подобное.

— Ты любишь сплетни?

— Нет. Но они бывают интересны, — Гермиона рассмеялась. — А мне приходится врать им про моего отца…

— Ничего лучше я не придумал, — немного раздраженно произнес Драко.

— Ты все отлично придумал! — искренне заверила его Гермиона. — Принял мой облик, разобрался во всех переходах Хогвартса, отпросился у директора, собрал мои вещи, попрощался за меня с друзьями. Я в восхищении, Грим.