Чтение онлайн

… Через день из Швейцарии были доставлены тела Павла Николаевича и Светланы Михайловны. Еще через день они были похоронены на Ваганьковском кладбище. Народу собралось довольно мало. Были Алиса, Лариса Юрьевна, несколько наиболее преданных сотрудников Кружанова, адвокат Цимбал. Звонили Рыльцеву, но его молодая жена с тревогой сообщила, что он, с тех пор, как поехал в клинику к Алисе, больше дома не появлялся. От Филиппа также не было ни слуху, ни духу.

— Все в порядке, — шепнула Цимбалу Алиса. — Все совершенно в порядке вещей. Крысы бегут с тонущего корабля.

— Только они не учитывают одного обстоятельства, — ответил Цимбал. — Что ещё не вечер, и посмеется тот, кто смеется последним.

Выяснились обстоятельства гибели четы Кружановых. Действительно, все походило на нелепую случайность. Хотя были некоторые моменты, которые заставляли задуматься. Именно в то время, когда машина ехала в аэропорт, на мобильный телефон Павлу Николаевичу раздался звонок, в котором ему сообщили, что им всерьез заинтересовалась Генеральная прокуратура. Затем последовал ещё один звонок, в котором непонятно кто сообщил неизвестно что, но факт, что нечто крайне неприятное. Кружанов сильно разнервничался и выругал водителя за то, что он едет слишком медленно. Тот стал обгонять ТИР, и машина перевернулась. Об этом рассказал единственный оставшийся в живых из находившихся в машине телохранитель Кирилл. Он был доставлен из Берна и в настоящий момент находился в довольно тяжелом состоянии в институте Склифосовского.

— Ладно, папа и мама, пусть земля вам будет пухом, — тихо произнесла Алиса, кидая в могилу горсть земли. — Спите спокойно. А мы уж тут как-нибудь разберемся…

На следующий день она поехала в больницу к телохранителю. Уговорила врача пустить её к нему.

— Ну что, Кирюша, — подсела к нему Алиса. — Расскажи, как все это было. Да поподробнее, пожалуйста, не упуская ни одной мелочи. Особенно меня интересует второй телефонный звонок.

Все лицо у Кирюши было в пластырях и бинтах. Он с трудом шевелил сломанной челюстью.

— Второй-то? — переспросил он. — Павел Николаевич побледнел, услышав что-то, крикнул в трубку: «Быть того не может!» Потом слушал, кивал головой. Я сидел на переднем сидении, но поглядывал на него искоса. Потом произнес: «Вот сволочь! Вот мерзавец! Убийца! И такого человека мы впустили к нам в дом!!!» Светлана Михайловна встревожилась. «Что случилось, Паша?» — спрашивает. А он ничего не ответил и как закричит на Виталика: «Что так медленно ползешь?! Мы таким образом и на рейс опоздаем. Давай быстрее!» Виталик и рванул, обгоняя ТИР. Остальное, наверное, знаете, машина перевернулась. Виталик и Светлана Михайловна на месте, насмерть… А меня и Павла Николаевича отвезли в клинику. А там уж он… Сами знаете…

Алиса глядела куда-то в стену, о чем-то напряженно думая.

— Понятно, Кирюша, понятно… Все мне теперь понятно… Спасибо, что остался жив и что все запомнил. Выздоравливай скорее. Тут тебе фрукты, конфеты, печенье, соки… Пока!

Алиса вышла из палаты и прошептала:

— Воистину, в этом мире человек человеку волк. И каждый должен бороться только за себя. И за своих самых близких людей… А остальное… пусть пропадет пропадом…

По Ленинградскому шоссе мчалась черная «Волга». Погода была неважная, прохладная, моросил мелкий дождик. Машину вел пожилой человек, с коротко подстриженной седой бородкой, в больших роговых очках и в модной клетчатой кепочке. На заднем сидении автомобиля лежал черный кейс. Мужчина вел автомобиль аккуратно, правил не нарушал, скорость машины не превышала восьмидесяти километров в час, и поэтому он удивился, когда его на сто втором километре тормознул гаишник. Мужчина послушно сбавил скорость и притормозил машину около сине-белого «Жигуленка» ГИБДД. Вышел из своей «Волги» и пошел назад.

— Здравствуйте, — произнес старший лейтенант ГИБДД, человек среднего роста, крепкого телосложения и довольно смазливой внешности, с густыми усами и в молодцевато сидящей на нем форменной фуражке. — Ваши документы, пожалуйста.

Пожилой человек протянул милиционеру документу на машину и права.

— Так… Гражданин Макаров Олег Александрович, — прочитал гаишник. — Так… Так… Присядьте, пожалуйста, в мою машину…

— Я что, нарушил что-нибудь? — улыбнулся белыми зубами Макаров. — Вроде бы, я ехал аккуратно, алкоголя не употреблял уже давно, скорость не превышал…

— Да нет, просто надо кое-что проверить, — спокойно ответил милиционер. — Некоторые формальности.

Макаров сел в машину на переднее сидение. Гаишник сел на водительское место и продолжал внимательно изучать документы.

Смотрел он их настолько долго, что Макаров начал нервничать.

— Вы скажите, в чем дело, — произнес он. — А то, понимаете, я очень спешу…

— А куда вы так спешите? — улыбнулся вдруг гаишник. И отчего-то его улыбка не понравилась Макарову.

— Я следую в Санкт-Петербург. По делам, — холодно ответил Макаров.

— Очень хорошо, просто даже замечательно. И вы обязательно поедете в Санкт-Петербург. Непременно поедете…

В кармане у гаишника зазвенел мобильный телефон.

— Алло… Да… Все в порядке… Да, да…, — говорил он, не глядя на Макарова. — Все в полном порядке…

— Так что? — спросил Макаров, когда разговор закончился. — Я могу ехать?

— Можете? Да вы просто обязаны ехать в Санкт-Петербург. Вас там очень ждут. С нетерпением…

Поведение гаишника, его странные слова и не сходящая с тонких губ улыбка начинали тревожить Макарова. Во всем этом было нечто непонятное и противоестественное.

— А можно я тоже поеду с вами? — спросил гаишник. — Понимаете, в чем дело… Моя машина барахлит… По-моему, там что-то с зажиганием… Подвезете до ближайшего поста?

— Но вы могли бы позвонить, — вяло запротестовал Макаров. — У вас вот телефон имеется…

— А что звонить? Мне надо срочно быть у поста ГАИ. То есть, ГИБДД, сам никак не могу привыкнуть к этому названию… Вы же сами слышали, звонят, беспокоят. Так подвезете или нет? — Он протянул Макарову документы.

Макаров пожал плечами и вышел из машины. Вылез и гаишник. Они подошли к макаровской «Волге» и сели в нее. Макаров тронул машину с места.