Бугор
Шрифт:
– Ты это, не надо с больной головы на здоровую… Не надо так! – слегка растерялся Демьян.
– Не трогал я твою Ларису! И где она, понятия не имею!.. Это бандиты! Неужели ты этого не понял?
И Уваров сбавил обороты.
– Да был я сегодня у бандитов. С Жигулем говорил. Не знает он, где Лариса.
– Ты?! С Жигулем говорил?! Ну ты даешь!
– А что здесь такого? Обычное чмо болотное… Мы его к дубу подвесили, так он в штаны чуть не напрудил, – презрительно усмехнулся Демьян.
– К дубу подвесили? М-да! – Комаров озадаченно почесал затылок.
Как говорится, нет слов – одни эмоции.
– Не знает он, где Лариса.
– Да, дела… Даже не знаю, что сказать…
– Я ему поверил. И тебе поверю. Так что давай без обид.
– Да я понимаю…
– Поехали ко мне, выпьем мировую.
– Да нет, мне на работу пора.
– Обидеть хочешь?
– Может, вечером, а?
– Вечером я уже не смогу… Наверное… Ну что, едем ко мне? – спросил Демьян.
– Хорошо, я к обеду подъеду. С делами разберусь, и к тебе…
– Давай подъезжай, – равнодушно согласился Демьян.
Не нужен ему Юра. Не хочет он делиться с ним своими тревогами.
Пока Вася разворачивал машину, Комаров их опередил. Дорога чуть влажная, пыль из-под колес не поднимается, и джип виден хорошо. А Ломов не отстает от нее, как будто пытаясь доказать, что российская «Нива» не хуже британского внедорожника. Юра прибавил газу, пытаясь оторваться, но и Вася поднял обороты. Демьян только усмехался. Сейчас, под хмельком, он был как раз тем самым русским, который любит быструю езду.
Комаров пытался уйти от потешной погони. Но не ушел. Не успел проскочить перекресток, на который, вынырнув из подлеска, выехали вдруг знакомые джипы. Юра затормозил, пытаясь уйти от столкновения, машину занесло и швырнуло в кювет. Внедорожник не перевернулся, но лег на бок.
Юре бы остаться в машине, но в запале он бросился к остановившимся джипам выяснять отношения. Похоже, в отличие от Демьяна, он еще не понял, с кем имеет дело.
Братва быстро ему все объяснила. Обозленный Жигуль не церемонился. Он выскочил из машины и с ходу разрядил в Юру свой дробовик.
Вася к этому времени остановил машину гораздо более удачно, чем Комаров. Им бы развернуться и уехать, но Демьян схватился за ружье. Юра хоть и не друг ему, но в беде он его бросить не мог.
Юра лежал на боку, схватившись руками за живот. Он еще жив, и никто в него не стреляет. Ногами сучит, но, возможно, от боли, а не в агонии.
Демьян выскочил из машины, тут же со стороны джипов громыхнули выстрелы. Били картечью, на поражение, и одна крупная впилась в правое предплечье. А у Демьяна жаканы в патронах, и Жигуль уже в прицеле. Стрелял он всегда хорошо, еще на лагерных сборах призывников отличный результат показывал, а в армии еще и убивать научился.
Жигулю он попал в голову, с шагом в сторону передернул скользящий затвор и снова нажал на спусковой крючок… Он пытался уклоняться от ответных выстрелов, но толку от этого мало. Любой мало-мальски опытный охотник сможет взять поправку на смещение. Да только бандиты мазали. То ли стрелки из них аховые, то ли мандраж их взял…
Человек шесть-семь их, все они уже вышли из машины, но не у всех еще были готовы к бою ружья, когда Демьян уложил второго. А тут еще Вася Ломов присоединился. Он поступил гораздо умней: спрятался за машиной. Да и бандиты уже пятятся, ищут укрытия. Потому что Демьян прет как танк. Типичная психическая атака, хотя в его планы она не входила. Он шел напролом, интуитивно понимая, что иного выхода нет.
Не будет у них с Васей шансов спастись, если они втянутся с ними в перестрелку: бандиты постепенно обойдут их с флангов, атакуют с тыла, тогда все. А так есть возможность ошеломить противника, сбить его с толку, посеять панику…
Бабах! И хватается за простреленное горло третий браток. А Демьяну хоть бы хны. Он все ближе к собственной смерти, но и у него самого все больше шансов поражать цель наверняка…
Он выстрелил в пятый раз, и снова точно. Бандиты не выдержали, двое бросились наутек во весь опор, третий побежал, прихрамывая. Демьян выстрелил вслед, и раненый «бык» завалился на бок. У этого дырка в спине, но сучит ногами он точно так же, как и Юра.
Двоих Демьян сразил наповал, троих ранил, причем тяжело. И Юра с порцией картечи в печени ногами дрыгает.
И Вася стрелял, но неудачно. Или нарочно не стрелял на поражение, чтобы кровью не замараться. Ну да ладно, хорошо хоть огнем поддержал, создал, так сказать, массовость.
– Давай раненых в машину грузи! – с пренебрежением глянул на него Демьян.
– Да ты и сам ранен! – Ломов ткнул в него пальцем.
Действительно, на рукаве кровь, на левом боку, на ноге штанина от нее мокнет. Но это не пули, это картечины, и ничего серьезного в них нет. Даже кровь останавливать не надо, сама свернется и перестанет течь. Наверное…
Двоих раненых бандитов сунули в багажник «Нивы», третьего вместе с Комаровым усадили на заднее сиденье. Он был в сознании, но мало что соображал, только стонал, мотая головой. Больница в райцентре не самая лучшая, но там хоть операцию сделать могут, а если что-то серьезное, отправят в область. Возможно, вертолетом. Если хорошо заплатить. А деньги у Демьяна есть…
В область отправили только Юру. Сильно его ранили, врачи сказали, что часть печени придется удалять, а операция эта серьезная, рисковать никто не захотел.
У одного братка прострелена грудь, второй ранен в живот, третьему Демьян загнал пулю в спину под левое легкое, но местные хирурги взялись за них. А местные следователи могли взяться за Демьяна: наверняка информация об огнестрелах уже пошла в компетентные органы. Да еще и бандитские недобитки могли нагрянуть в больницу; именно потому Демьян и не стал звонить Кате сразу. А когда приняли решение отправлять Юру в область, было уже поздно. Счет шел на часы, каждая минута промедления могла обернуться непоправимой бедой.