Чтение онлайн

И сегодня вот так, просто в мгновение ока, с единственным выстрелом сэра Бенджамина в свою затуманенную голову мой мир снова переменился. Долг сэру Крамнеру и «Баллантайн и Кo» аннулирован. Выплачен полностью. До последнего пенни.

Я скатилась с кровати, накинула халат, сунула ноги в шлепанцы, направилась в розовую, отделанную зеркалами гардеробную и взглянула в зеркало туалетного столика. Я была бледнее привидения.

Я нахмурилась. Непонятно, что и подумать! На меня смотрело совершенно незнакомое лицо.

На часах была половина пятого: слишком рано, чтобы собираться на работу, слишком поздно, чтобы уснуть. Я заглянула на кухню и включила свет в моем садике с увитыми плющом стенами. Ледяной дождь бил по окнам, и я долго сидела в темноте за кухонным столом с кружкой дымящегося кофе в руках и наблюдала, как вода брызжет с решеток и разбивается о кирпичи. Свет выхватывал из мрака стволы фруктовых деревьев в горшках, сверкавшие темным лаком. Голова моя кружилась, мысли беспорядочно теснились. Я думала обо всем и ни о чем. В желудке заурчало.

Сейчас мне, как никогда, необходим омлет.

Еще один поворот выключателя, и дождь отодвинулся вдаль. Меня снова окружала моя старомодная кухня, оборудованная, как у заправского шеф-повара. Тяжелая белая эмалированная утварь, хромированные ручки и набалдашники и глазурованные поверхности кафеля поблескивали, как в рекламе кулинарного журнала. Я взяла кухонные ножницы и срезала побеги петрушки, шнитт-лука, кервеля и эстрагона, растущих в длинных ящиках за кухонными окнами. Напоенная дождем свежесть их аромата успокоила меня.

Сковорода для омлетов слетела с крючка. Из холодильника появились сырые яйца, ломоть выдержанного грюйера и масло.

Я натерла сыр и, разбивая яйца в стеклянную миску, впервые начала всерьез размышлять о будущем.

Ладно, подумаем не торопясь. Что сделать в первую очередь? Уволиться? Можно и так. Денег у меня много, и я сохранила форму. Вполне приятная женщина. Не худышка, конечно, но и не безобразно толстая. Фигура неплохая, несмотря на то что я никогда не отказывала себе в еде или напитках. Сказала бы, что я выгляжу цветущей, соблазнительной и даже красивой. Сэр Крамнер когда-то говорил, что я похожа на пополневшую Катрин Денев, и это не только лестное, но, думаю, и довольно точное сравнение. Хирург немного поработал над подтяжкой моего подбородка и удалил мешки под глазами. Люди давно уже перестали гадать, сколько мне лет, а сама я на эту тему не распространяюсь.

Я включила плиту и взбивала яйца, пока не получила однородную массу. Солидный кусок масла отправился на холодную сковороду, которую я поставила на сильный огонь и поворачивала, пока масло не растаяло окончательно, испуская запах сливок. Яйца вылились из миски и запузырились в кипящем масле. Я подождала пару секунд, пока они не стали твердеть, а потом схватила ручку сковороды, подняла и резко встряхнула. Джулия Чайлд [2] утверждала:

— Вы должны иметь мужество обращаться с яйцами грубо, иначе они прилипнут ко дну сковороды.

Мои, однако, не прилипли и довольно скоро загустели. Я посыпала их травами.

— Ну, что ты думаешь, старина? — вслух спросила я у духа сэра Крамнера.

— Пора, — ответил он.

— Я тоскую по тебе.

— Иди вперед. Пора, — повторил он. — Только ни в коем случае не ликвидируй «Траст».

Это были его последние слова перед смертью. «КДК траст». Мое секретное оружие.

— Как твое полное имя, Кик? — спросил однажды сэр Крамнер. К тому времени он произвел меня в своего личного помощника, секретаря и заместителя.

— Кэтлин.

— Нет, имя, данное тебе при рождении, и фамилия.

— А, при рождении! — протянула я. Учитывая положение матери, думаю, мне очень повезло вообще получить какое-то имя, но я понимала, что он имеет в виду. Полное имя плюс фамилия.

— Кэтлин Дей Кесуик.

Я прибавила «Дей» к простому «Кэтлин Кесуик» много лет назад, в честь Дорис, разумеется.

Именно так начал свое существование «КДК траст, лтд.» — его официальное название.

— Я не буду жить вечно, — продолжал сэр Крамнер. — И не желаю, чтобы тебе пришлось волноваться за свою независимость. Ни один человек не сумеет пронюхать, кто стоит за «КДК траст»! Им будет управлять банк. И никому не говори, что я сегодня сделал.

А потом одним росчерком пера он подарил мне пятнадцать процентов «Баллантайн и К°».

По сей день ни единой душе, даже новому владельцу, мистеру Оуэну Брейсу со всеми его миллиардами и влиятельными адвокатами, не известно, кто владеет «КДК траст лтд.». И «Траст», и мой над ним контроль защищены строжайшими банковскими законами Англии, требующими полной конфиденциальности. Брейса злили и раздражали постоянные отказы банка продать мои акции, тем более что предложения были весьма щедры. Вся семейка Баллантайнов постепенно сдалась и рассталась со своей собственностью, так что из крупных держателей акций осталась одна я. Пятнадцать процентов — немалая доля. Брейс знал это, и я знала это, и он просто на стенку лез. Что же, его проблемы.

Мой омлет улегся на подогретую тарелку. Я смазала его маслом, добавила сыра, отнесла тарелку к столу, села и взяла нож и вилку. Вкус, как я и предвидела, оказался восхитительным и наполнил меня блаженством. Омлет был теплый, почти горячий. Мягкий и Острый. Пряный и вкусный.

Я глубоко вдохнула, втягивая носом все ароматы. Думаю, лучшего омлета я еще не готовила.

Потом вынула календарь. Первое ноября — хороший день для начала новой жизни. Первого декабря объявлю об уходе и в конце года навсегда покину компанию.

В шесть я встала под душ. К семи мои волосы были высушены и стянуты в узел, а макияж наложен. Я надела черный костюм от Шанель, прозрачные чулки, лодочки на низких каблуках и застегнула на шее тройную жемчужную нить. Просто и элегантно. А главное, респектабельно. Что ни говори, а сегодня мне придется официально узнать о предстоящей организации похорон.

Две недели спустя

— Мы желаем вам всяческой удачи, мистер Брейс, — объявил мистер Радклифф, вставая. Я подумала, что он чем-то похож на аиста.