Чтение онлайн

Он медленно поднял правую руку, дотронулся пальцами до груди. Потом опустился ниже. Новое открытие его почему-то обрадовало. Мужчина. Если, конечно, кто-то не запихнул ему в штаны банан. Уже что-то.

Все еще лежа, он поднял руку повыше. Из отверстий в красных лампасах, торчали провода и тонкие трубки, которые он оборвал при падении.

Итак, это не просто комбинезон. Точнее, не совсем простой комбинезон. Он был сделан для того, чтобы присоединить к телу датчики и пластиковые трубки. Больничная палата? Реанимация? Тогда куда подевались все врачи? Куда и когда… Судя по слою пыли, они давным-давно позабыли о своем пациенте.

Опершись на правую руку, которая казалась наиболее дееспособной, он перенес на нее вес тела и сел. От простого физического упражнения лоб покрылся испариной. Зато теперь он видел большую часть помещения и сразу понял, что оно не имеет ничего общего с больничной палатой.

Первым, что бросилось глаза, были ряды цилиндрических емкостей, высотой метра в три. Их было не меньше десятка. От каждого тянулись разноцветные провода, гофрированные и простые черные шланги. Провода подключались к приборам на столах, а шланги – к сложной системе насосов. И что самое главное, вся эта система концентрировалось вокруг шести саркофагов (вот так словечко пришло в голову!), установленных в центре помещения. С одного он несколько минут скатился, а остальные пять были пусты. Прозрачные пластиковые крышки на них были целы и закрыты. По всей видимости, они ждали других подопытных…

Подопытных? Вот точное определение тому, кем он был. Подопытный в какой-то лаборатории, а вовсе не пациент клиники.

Мужчине сильно хотелось продолжить осмотр стоя, но воспоминания о болезненной судороге были слишком свежи. Мышцам необходимо привыкнуть к тому, что их обладатель может не просто спать, сопя в две дырки, а еще и двигаться. Они могли атрофироваться…

Мужчина улыбнулся. Судя, по словечкам, которыми он то и дело пользовался, какое-никакое образование имел.

Так-так, интеллектуальный ты мой, что у тебя с голосом? Вопить мы умеем, а как обстоят дела с членораздельной речью?

– Кх… Кх… Х… Хто… Кто я?

Откашлявшись, мужчина повторил свой вопрос окружающей пустоте. Сначала язык ворочался с трудом, а слова походили на скрип несмазанных колес телеги. После третьей или четвертой попытки получилось гораздо лучше. Вот только ответа на поставленный вопрос так и не было.

Исчезновение воспоминаний называется амнезией. А их несколько разновидностей. Не факт, что он позабыл все и навсегда. Его амнезия могла быть временной.

Чтобы не терять времени, которое уйдет на восстановление памяти, мужчина задействовал вторую руку. Отталкиваясь от пола, он дотащил свое тело до саркофага. После короткой передышки, попытался встать и понял, что предосторожности лишними не были. Ноги его по прочности ни в чем не уступали вареным макаронам. При попытке встать на них, они подгибались. Значит и на это понадобится время.

Мужчина сел на свое ложе, взглянул на потолок и убедился в том, что новый кусок бетона от него откалываться пока не собирается.

Кстати, о кусках. Теперь, когда он мог видеть всю картину целиком, стало очевидно, что осколок, едва не расплющивший ему голову – не первый. Первый отвалился раньше. Именно он и разбил пластиковую крышку саркофага, а потом скатился на пол. Случилось это давно, если верить пыли и паутине на осколке.

Сколько же он был в отключке? До того, как разбилась крышка саркофага и… до этого?

По позвоночнику скользнула стая холодных мурашек. Он не знал свойств пыли и паутины. Не мог судить о времени по их толщине и количеству, но слово «годы» так и норовило сорваться с языка.

Теперь, когда пришел в себя полностью, накатила волна отчаяния. Вспомнились фантастические фильмы, о людях, пребывавших в коме десятилетиями. Участники эксперимента, о которых напрочь забыли те, кто этот эксперимент затеял. Забыли или… Просто не смогли его закончить. По самым разным причинам. Думать о них не хотелось.

Мужчина занялся тем, что начал массировать мышцы ног. В перерывах наклонялся и разгибался, стискивая зубы от боли, которую вызывали чересчур резкие движения.

После часа таких упражнений пот лился ручьем, а поскольку комбинезон работал, как термос, пришлось расстегнуть молнию. Точнее разорвать, поскольку замок заело на первых сантиметрах.

Ничего. Если он научится ходить, то все равно сменит костюмчик, в который его обрядили экспериментаторы, на что-нибудь более подходящее.

Нетерпение ответить на жизненно-важные вопросы все росло. Оно и помогло встать. Чтобы удержать равновесие при первом шаге, пришлось наклониться.

Так, не разгибаясь, мужчина убрал руку, которой опирался на саркофаг. Покачнулся, но на ногах все-таки устоял. Еще один шаг. И еще один. Массаж помог. Ноги держали.

Правда, из-за боязни упасть пришлось выбрать самую короткую дистанцию – до второго саркофага. Всего какой-то десяток метров показался дорогой, которой не будет конца.

Не успел мужчина дотронуться, до прозрачной крышки, как раздался громкий щелчок и купол медленно поднялся. Сработали пружинные замки. Механика. Ей все нипочем. Хорошо бы, если бы и электричество включилось бы также легко.

Впрочем, сейчас путешественнику было не до электричества. Сил совсем не осталось. Ступни и икры охватила ноющая боль.

Мужчина взобрался на полиуретановое ложе, лег на спину и с наслаждением вытянул ноги.

Теперь он отдохнет пяток минут. Вновь займется массажем и физическими упражнениями, а через пару часов будет если не в идеальной форме, то, по крайней мере, сможет добраться до завернутых в пыльно-паутинные коконы цилиндрических емкостей. На них должны быть какие-то надписи, способные пролить свет на все происходящее. На таких штуках надписям положено быть. Потом он осмотрит шкафы и все поймет. Узнает правду. Да, правду…

Испытывая сильное желание сомкнуть веки, мужчина ущипнул себя за руку. Не хватало еще уснуть. Неужели еще не выспался?

Борьба с сонным оцепенением закончилась после того, как откуда-то из темноты послышались шаги. Именно шаги, не просто какие-то звуки. Шаги человека. Пусть очень медленные, но все-таки шаги.

– Кто здесь?

Все стихло. Но уже через пару секунд послышалось размеренное «топ-топ».

– Кто здесь?! Отвечайте, мать вашу или…

Что «или»? Даже если к тебе подкрадывается убийца с топором ты ничего не сможешь сделать в нынешнем состоянии. Угрозы не помогут. Только конструктивный диалог.