Башня
Шрифт:
Странное, непоследовательное поведение.
Кто же ты такой, Клементий?.. – Мучительно размышлял я.
В этот момент внезапно раздался голос Nebelа. Он зазвучал в моем сознании впервые после долгой паузы, прошедшей с момента нашего общения, происходившего в период изготовления его нового физического тела:
Не Клементий. КЛЕМЕНТИНА…
Меня словно током ударило.
– Лана!
Она вскинула голову, посмотрев на меня.
– Башня принадлежит не Клементию. Он не тот, за кого себя выдает!
Во взгляде Ланы читалось недоверие.
– И кто же он?
– Клементина… – выдохнул я.
Лана едва ли поверила своим ушам. На ее бледных щеках появились пунцовые пятна.
– Откуда ты знаешь?!
– Мне только что сказал Nebel. Он узнал Клементину!..
Наше обоюдное потрясение трудно описать словами.
– Я пойду туда.
– Нельзя, ты слишком устала!
– Нет, я пойду.
Я знал – спорить и уговаривать бесполезно.
На этот раз Лана вошла в Башню без предварительного стука в дверь.
В душе то начинало клокотать возмущение, то сжималась глухая тоска, то диким, необузданным порывом вскипала ярость.
Nebel следовал за хозяйкой, то превращаясь в сгусток тумана, то проявляя сталистый блеск вибрирующих мелкой дрожью лезвий.
Ссутулившаяся фигура в кресле подле камина.
Медленный поворот головы, блеск пристальных, проницательных глаз.
Нет…
Не судья я тебе…
– Клементина!..
Дрожь охватывает тело, и одновременно по лицу Клементия вдруг пробегает тень искажения.
Он встает и… невольно начинает пятиться.
– Клементина… Nebel узнал тебя. Я пришла, чтобы услышать правду. Ты можешь сбросить свое обличье.
– Это не обличье, госпожа…
Да, это ее голос…
Стоило позавидовать самообладанию бывшей кормилицы.
За истекшие века она сильно изменилась и не только внешне: научилась держать удары, набралась опыта и силы.
– Позволь мне остаться в прежнем облике. – Клементий твердо взглянул на Лану и добавил: – Хотя бы на время этого разговора.
– Зачем?
– Увидите, госпожа. Я предчувствую вопрос, на который смогу ответить, только будучи Клементием.
– Хорошо. – Лана пододвинула показавшееся тяжелым кресло, развернула его к камину и села.
– Расскажи мне о Вильгельмине. Я хочу знать все. В том числе, – откуда во мне ее память?!
Клементий склонил голову. В его глазах более не сквозило упрямство. Его сменило облегчение и… страх.
Словно сняв с плеч одну непосильную ношу, он понимал, что принимает другую, гораздо более тяжкую.
– Ну?
– Не знаю с чего начать…
– Круг. Тоннель. Нападение на город.
– Круг создала Вильгельмина. Она с детства изучала науку, которую сегодняшние поколения называют мистикой. Это был трудный путь познания истины, но к своему двадцатилетию она стала настоящим мастером. Клементина, – он почему-то начал рассказывать о себе в третьем лице, – могла наблюдать этот процесс шаг за шагом. Когда Вильгельмина сумела впервые выйти в астрал, то поняла: одной очень опасно и сложно находиться здесь. Ей нужна была защита, дружественные силы, которые смогут в нужный момент придти на помощь, или хотя бы вернуть заплутавший средь Бездны рассудок в телесную оболочку. Тогда она стала подбирать учениц. Так, собственно, и возник Круг.
– Контроль и обеспечение выходов в астрал были единственной функцией Круга? – Спросила Лана, прервав рассказ Клементия.
– По большому счету – да. Позже, создавая мир "Тоннеля" Вильгельмина по очереди выводила своих учениц в астрал. Мы все по очереди помогали ей.
– Зачем были нужны сущности? И почему они разные?
– То было иное время. – Голос Клементия внезапно осип. – Много дел земных удавалось совершать, применяя знания и силу, в том числе и силу сущностей. Хотя сама Вильгельмина мало интересовалась бренным миром, но ее ученицы успешно практиковали. – Добавил он.
– Хорошо. Теперь мне более или менее понятно, что такое Круг. – Лана подняла взгляд, поймав и уже не отпуская взор Клементия. – Я знаю, у меня был враг. Мужчина. Кто он, и почему так люто ненавидел меня?
– Он любил вас, госпожа. – Клементий склонил голову, отведя взгляд. – Любовь и жажда бессмертия свели его с ума. Мудрый человек сказал, что "от любви до ненависти один шаг". Вы не обращали внимания на мужчин, а его знания… Вы просто рассмеялись ему в лицо, когда он потребовал быть допущенным в Круг.
– Кем он был?
– Советником вашего отца.
– Он действительно обладал истинными знаниями?
– Нет. Но был готов на все, чтобы получить их, вместе с надеждой на бессмертие. Ваш отказ и уязвленное честолюбие заставили его обратиться к иным силам.
– Темным?
– Да, госпожа. – Клементий вдруг невесело усмехнулся. – В те времена существ, что сумели покорить астрал, еще можно было разделить на "темных" и "светлых". Сейчас все не так. Пространство пустеет, и цвета становятся серыми. Современные поколения поклоняются своим идолам. Для одних это деньги, для других власть, для третьих – чистая наука, отвергающая все знания древности.
Лана молча выслушала это отступление и произнесла:
– Вернемся к прошлому. Он получил силу и знания?
– Он получил их подобие, и попал в зависимость. В ту пору существовали догмы, через которые не помогал перешагнуть даже личный опыт. Астрал полон нейтральных энергий, но те, кто попадал сюда, и избегал распадения личности, были при жизни разными… Очень разными. Если следовать сравнениям, то могу сказать, что наиболее древние существа, из числа населяющих астрал, одновременно и наиболее дикие. Они привыкли питать свои миры энергией человеческой, будь то страдания, либо счастье, чистая, идущая от души молитва, либо тяжкое проклятие. Большинство до сих пор придерживается прежних, устоявшихся правил, но светлого все меньше, люди утратили веру, одни разучились творить добро, другие потеряли страх перед заповедями, поклоняясь лишь земным, материальным силам.