Чтение онлайн

— А вы считаете, что это мерзость?

Она отвела взгляд.

— Я такое видела только в непристойном сборнике японских мультсериалов… Однокашница по подготовительным курсам, Марфа, показывала тут носитель, не знаю уж, откуда принесла.

— Поверьте, я уверен, мне хочется быть с вами. Да, сейчас нас будет разделять семьсот вёрст, будет разделять пропасть моих ошибок, но разве всё это невозможно решить?

— Я хочу попить воды, — сказала она, вырвалась из объятий и зашагала к водяному фонтанчику у стены. — И всё обдумать.

— Не спешите. Я умею ждать.

Терпеть не могу оправдываться и ощущать себя виноватым. Но, признаться, разговор вышел не совсем таким, каким я бы хотел. Что поделать, при любом контакте с Нинель Кирилловной остатки личности моего реципиента мигом просыпались и так и рвались наружу. Причём рвалась в том числе и худших своих проявлениях. Я показал себя не таким уверенным в себе и даже не таким решительным, как хотелось бы.

На какой-то момент даже подумалось, что стоит завязывать. Что Нинель Кирилловна — моя ахиллесова пята, которую стоит поскорее упрятать в носок чёрствости и цинизма. Но эти чувства делали меня человеком, причём человеком молодым.

— Мне категорически не нравится эта выставка, — заявила она. — Уведите меня куда-нибудь в другое место.

— Полагаю, если я предложил бы вам проводить вас до дома, либо проводить меня до гостиницы?…

— Я бы расценила это как слишком наглый и… несвоевременный поступок.

Слово «несвевременный» показалось более чем прозрачным намёком. На то, что всё ещё впереди, и что всё случится, возможно, очень скоро.

— В таком случае — прошу, — я галантно подставил руку своей даме.

Глава 33

Эпилог IV тома

Я увёл — в маленькую уютную кофейню неподалёку. Ценник, правда, оказался просто конский: чашка кофе — семьдесят копеек, круасан — шестьдесят, горячий бутерброд с карельским лососем — полтора рубля.

К тому же я совершил классическую ошибку — уселся напротив, а не сбоку. Подобная рассадка, особенно на первых свиданиях, неизбежно снижает вероятность поцелуя, особенно если стол достаточно широкий. Да и в принципе, сидеть «лицо в лицо» у многих включает режим дискуссии.

— Расскажите про учёбу, Нинель Кирилловна. Как ваши подготовительные курсы?

— Неплохо… Как видите, навык вполне раскрыт. У вас, я вижу, тоже раскрылся навык? Да и не один.

— Не один, — кивнул я.

— В том числе навык любовных похождений?

— Вы мне льстите, Нинель Кирилловна. Похождения были, но любовные ли — это для меня загадка.

— Учеба — всe хорошо… Ещe я тут познакомилась с молодым юношей… из кадетского корпуса. На утреннике абитуриентов. Мы с ним залезли на крышу. Такой неуклюжий, смешной… Это было такое безумие. Альбина так ругалась!

Уколоть получилось, хотя этот ход был ожидаемый — вполне в рамках модных во всех реальностях девичьих методичек по «проверке парня». Конечно, от девушки, только-только выпорхнувшей из-под родительского крыла, можно ожидать разного, но я успокоил себя. Весь произошедший диалог говорил о том, что я куда интереснее, она всe ещe как минимум заинтересована во мне, а как максимум — всe ещe испытывает чувства.

К тому же, со своей стороны я тоже уже изрядно дал поводов для сомнений. Ох, сложный, всe же, был случай. Начинать первые в жизни девушки сексуальные отношения после двух интрижек — «не самый простой кейс», как говорили в одной из прошлых англоязычных реальностей.

— Если вы сейчас попытались вызвать у меня ревность — вам успешно удалось, — признался я.

— Да нет, я вовсе не пыталась! Что за глупости? Вы считаете меня манипуляторшей? Да вы сам манипулятор.

— Считаю. И скоро станете настоящим профессионалом в этом, вы же телепат-дипломат? С открывшимся навыком.

— Пока мне до этого далеко… а вы же были за границей? Ах, да, тот японский плен.

— Если хотите, я могу рассказать. Без ненужных подробностей.

Я рассказал — опустив детали наших взаимоотношений с Самирой и подробности вызова «спецназа» лифтеров. Нинель Кирилловна слушала с вниманием, сильно изменившись в лице, когда я перешел к самой захватывающей части. Я сначала не понял, почему она так отреагировала на эпизод с крушением геликоптера. Потом дошло — она, как и другие мои знакомые и близкие, видела об этом в новостях. И, подозреваю, этот момент мог еe травмировать.

Но без каверзных вопросов тоже не обошлось.

— Мы говорили про ревность. Я правильно понимаю, что вы отправились в поездку со своей любовницей с работы?

— Не совсем.

— То есть любовницей она стала именно там?

Пришлось вздохнуть и нахмуриться. Перевести тему было достаточно сложно.

— Нинель… Кирилловна, когда человек оказывается в тюрьме, причём, в одиночке, причём, в бункере у японцев-извращенцев…

Она потупила взгляд, почувствовав, что перегнула палку.

— Извини…те, Эльдар Матвеевич. Не мне судить, что вы в тот момент испытывали. Я не хотела вызвать, как там говорится, травмирующих воспоминаний.

— Это было следствием одиночества и необходимости в эмоциональной поддержке. Мы общались через стенку, если это имеет значение.

— А после? Когда освободились?

— А когда освободились — впереди ещё был трудный путь домой.

— Вы меня почти убедили, что это было лишь случайной интрижкой. А те «сексуальные эксперименты», которым вас подвергали… Как это происходило?

— В специальной комнате. С огромной кроватью.

— То есть вас прямо-таки вынуждали спать с ними? Чисто механическое действие?

— Нет, чисто-механическое действие не получилось бы. Для высокого уровня сенситивности у ребёнка требуется изображать эмоции, делать всё по-настоящему.

— То есть вы совершали насилие?

— Ни разу. Скорее, некоторые из них совершали насилие надо мной нецелованным.

Взгляд снова стал игривым.

— Это каким образом? Прямо-таки бросали на кровать, и…