Чтение онлайн

перехватить бы что-то до зарплаты.

Сосед мой скажет:

– Слышал, на девятом

сегодня ночью бабка умерла?

Возьмём вина

и сядем с ним за стол.

Помянем незнакомую старуху –

пусть ей земля отныне будет пухом –

и мы однажды выйдем на танцпол...

(2011)

ТВОЙ СОН

Я гулял при лунном свете,

тени зябкие в витринах

постоянно забывая.

Пил вино из междометий

и писал стихи на спинах

засыпающих трамваев

Я искал в карманах счастье

между крошками и снами

и смеялся, интригуя.

Украшал твои запястья

драгоценными мечтами

и шутливым поцелуем.

Воровал слова и звуки

я из песен менестрелей

и дарил тебе губами.

И держал тебя за руки,

перепрыгивая щели

между звездными мирами.

А на утро в легкой дымке

полусонного тумана,

тебя миру возвращая

растворялся невидимкой

я на донышке стакана

в капле утреннего чая.

(2006)

ТОСКА И ПЛАМЯ

Как хорошо, что не решились мы с тобою,

не взяли счастья год у времени в кредит,

и не расплачивались долгою судьбою,

разбившись вместе о невзрачный серый быт.

В озябший вечер, когда снег играет вьюга,

когда так хочется тепла и нежных нот,

не замерзали мы в объятиях друг друга,

касаясь душами холодными, как лёд.

Любовь и рок, судьба и страсть, тоска и пламя -

всё перетерто жизнью в мелкий порошок.

Как хорошо, что это было, но не с нами,

как хорошо... как хорошо... как хорошо...

И наших встреч, скупых и редких, неизбежность

не солгала, даря фальшивые мечты,

и не с тобой делил я лет прошедших бедность,

и упрекала меня прожитым не ты.

Как хорошо...и этот список может длиться

до бесконечности, но только отчего

нам вновь и вновь с тобой обоим ночью снится

тот неслучившийся

счастливый

давний год?

Любовь и рок, судьба и страсть, тоска и пламя -

всё перетерто жизнью в мелкий порошок.

Как хорошо, что это было, но не с нами,

как хорошо... как хорошо... как хорошо...

(2011)

У

У ВЕТРА НА РУКАХ

Нас девять месяцев готовили к прыжкам.

И вот однажды

ранним летним утром

взмыл самолёт с аэродрома к небесам –

из чрева матери я прыгнул с парашютом.

Мне было боязно в последний миг, хоть плачь,

покинуть тесный,

тёплый мир утробы.

Но улыбнулся строго мне инструктор-врач.

И острым скальпелем он перерезал стропы.

Машу руками в этой странной пустоте.

Нет крыльев у меня –

ведь я не птица!

И камнем падаю, и не могу лететь,

и так боюсь при приземлении разбиться.

Меня пугает каждый шорох, каждый звук,

мгновенье в небе

кажется веками.

Но тёплый ветер материнских нежных рук

подхватит ласково меня под облаками.

(2011)

У ПРОМЗОНЫ

Стекала с крыши мёртвая вода

по ржавым дождевым отвесам вниз

в огромные пустые города

без окон, без людей и даже крыс.

Здесь ангел смерти распростёр крыло,

увидев сквозь заплаканный озон

ненужное России барахло

забытых и заброшенных промзон.

Он ангел, он не против и не за.

Стряхнув дождя слезинки с длинных крыл,

он на «Доске Почёта» всем глаза

ладошкою, как умершим, закрыл...

(2012)

УЛЕТЕЛИ СТИХИ МОИ

Снова рифма в строке сбоит,

и пуста, как ладонь, тетрадь,

улетели стихи мои

на далёкий юг зимовать.

В двух пиалах – остывший чай,

за столом сидим у окна –

приложила к устам печать

нам осенняя тишина.

У прохожих из-под шагов

ветер листьев ворует медь.

Мне без тёплых и нежных слов

рук и губ твоих не согреть.

Не хватает слов на двоих,

смотришь мимо, мой милый друг,

улетели стихи мои

зимовать на далёкий юг.

(2013)

Ф

ФЛЕЙТА

(По мотивам рассказа Оксаны Аболиной «О велосипедах, блокфлейтах и булочках с сахарной пудрой за 4коп.»)

За стенкою детской копилки,

где прячутся медные деньги

от булочек сладких и фанты бутылки

да от соседского Женьки,

живет непутёвое чудо,

ни на кого не похоже,

и хочет забраться на небо, оттуда

на флейте играть для прохожих

Забраться по лестнице в небо, оттуда

на флейте играть для прохожих.