Чтение онлайн

Свет хлынул со всех сторон, ослепляющий и яркий, как прожектор.

А когда схлынул, то я и обнаружила себя, неподвижно сидящей на кровати и слушающей разговор Грэма и Амары.

Так и я перенеслась сюда — в другой мир, где я — парализованная жена адмирала Грэма Фрейзера.

А еще у меня есть мачеха, которая хочет от меня избавиться.

Так что с моим телом?

Телом Виолетты Крымовой?

Оно осталось при мне? Я в нем перенеслась?

В нем же, да?

Вот, пока вспоминала, то смогла немного успокоиться. Сейчас еще немного успокоюсь, пойму насчет тела и придумаю, как выйти из комы.

Не собираюсь же, я и вправду, всю жизнь так лежать!

— Иу, моя хорошая, ты не поняла… Тело у тебя теперь мое.

Прямо передо мной возникло голубоватое свечение в форме облачка. Оно парило, колыхалось и, судя по всему…

Могло меня слышать. То есть, со мной разговаривать?!

— Ты — настоящий дух жены Грэма Фрейзера и падчерицы этой… Амары? Тот, который и должен был находиться в этом парализованном теле?

Облачко вспыхнуло бирюзовыми искрами — «Да!».

До этого я была свято уверена, что пребываю в собственном теле Виолетты, и как-то не задумывалась, что, например, руки у меня теперь совершенно другие.

Похоже, я вся другая!

— Как я попала в твое тело? Это другой мир, да?

— Из-за имени. Тебя притянуло в мое тело из-за того, что нас обеих зовут Виола.

— Вообще-то меня зовут Виолетта!

— А разве это не то же самое? — надолго озадачился дух настоящей хозяйки тела. — Иу, махарошая, знаешь, когда я обучалась в школе рун, то никак не могла их запомнить. Ни одной руны, представляешь? И вот преподаватель, этот противный профессор Истервуд, оставил меня после занятий, чтобы я переписывала двадцать страниц из Рунария. Я писала и писала, но все равно никак не могла запомнить глупые руны. Когда он отлучился, я, наконец, смогла отдохнуть и пройти по его кабинету. На столе лежала какая-то некрасивая тетрадь. Очень старая, как будто ее на помойке подобрали. И вот, представь себе, махарошая, там тоже были руны, но не такие как мы изучали. Они были ПРОСТЫ-Ы-Е! Самую первую оттуда я запомнила. Только там название было не написано. Ты не знаешь, что это?

И дух начертил светом знакомый мне символ.

— Эта руна возникла на кирпичной стене, а потом я перенеслась из того тупика прямиком сюда!

— Иу! Мы обе ее знаем! — бурно обрадовался дух. — Впервые у меня получилась руна с первого раза. А учитель Истервуд говорил, я безнадежна. Правда, как я перед ним похвастаюсь, если его нет в Стране Духов? Как думаешь, если я к нему явлюсь? Хотя, вообще-то он меня не увидит… Может, ты ему передашь?

Дух Виолы болтал о чем-то еще, а я размышляла.

Болтливый оказался дух, очень.

Кажется, дело не в именах, а в этой таинственной руне. Быть может, она сможет помочь мне вернуться обратно, в свой мир и свое тело Виолетты Крымовой?

— Об этом даже не мечтай, махарошая, — капризно перебило облачко. — Ты не вернешься в свой мир, пока не выполнишь мою волю!

— Какую волю?

— Желаю, чтобы я родила от Грэма ребеночка! — с энтузиазмом заявило облачко. — Вернее, получается, уже ты, Виолетка.

От такого я просто опешила. Не была б в коме — у меня челюсть отвалилась.

— Чего?!

— Он, конечно, достаточно жесток, но это из-за того, что у него много обязанностей по службе. Просто у него такой характер — все равно Грэмушка меня любит. Эта война с русалкадами, хотя я их называю русалгады. Сама понимаешь, скользкие твари коварны и угрожают захватить наше царство. Но я просто уверена — после того, как я сделаю еще одну косметию, Грэм просто с ума сойдет от восхищения и падет к моим ногам. Иу, к нашим ногам! Нет, я, конечно, и так красива — ты должна благодарить Ньёрда, что попала в мое великолепное тело. Но после этой косметии я буду просто ослепительна. У меня как раз назначен ритуал в клинике «Очарование обворожительного облика» по увеличению ягодиц — ты не должна его пропустить. Иу, а после этого Грэм поймет, что я самая красивая и еще больше полюбит меня, когда я забеременею и рожу. Вернее, уже ты забеременеешь и родишь. И у нас, вернее, у вас с ним все будет за-ме-ча-тель-но, иу! Я буду наблюдать за вами из Страны Духов и радоваться!

Дух бывшей хозяйки тела принялся радостно носиться по комнате и сиять разными цветами.

Из речи Виолы я поняла — она не знала, что Грэм изменяет ей с Амарой.

Ребенка от этого морального урода хотела, дурочка…

Я мысленно покачала головой.

— Прости, но я должна сказать эту горькую правду. Грэм тебе изменяет.

Несколько долгих минут дух Виолы переваривал информацию, после чего разразился гневными вспышками.

— Не может быть! Зачем ты обманываешь, махарошая?

— И изменяет твой муж не с кем-то а с Амарой! Мачехой твоей!

— Неправда! Лгунья! Она случайно меня толкнула!

Что-что? Я не ослышалась?

Нужно срочно выяснить, как Виола оказалась в этом ужасном недвижимом состоянии.

— Ну-ка, про это поподробнее. Расскажи, как ты впала в кому?

— Иу, я шла по коридору и увидела Амарочку с Грэмом. Он приводил ее в чувство — ей плохо стало. Приступ удушья, да. Со мной такое один раз бывало. Представляешь, я…

— Как приводил-то? — перебила я.

— Искусственное дыхание делал. Он такой добрый, такой заботливый. Сначала разрешил Амарочке жить с нами, несмотря на то, что она вдова моего любимого папули, и взял на себя ответственность за нее.

Я подняла руку и изо всех сил хлопнула себя по мысленному лбу.

— То есть он ее целовал?

— Не целовал, а делал искусственное дыхание! — уверенно пояснил дух Виолы. — Так был занят, так был занят тем, что расслаблял ей корсет. Даже меня не заметил, вот как о ней беспокоился. Зато Амарочка заметила. Бедняжке стало лучше только через какое-то время. А потом мы с ней стали разговаривать прямо рядом с балконом — я посочувствовала, что ей было так плохо. Она сердечно обняла меня и дала очень хороший совет про новую косметию — нужно еще уменьшить мой нос, а то он са-а-амую капелюшку большеват… И вот, пока говорила про носик, Амарочка оступилась и случайно меня толкнула. Я кувыркнулась за перила и упала в клумбу с фиалками. Иу, головой прямо на плитки, вот и погрузилась в это противное состояние комы. Иу-иу, смешное слово — ком. Правда, смешное, ведь?

Дух Виолы завибрировал, что, очевидно, изображало у него смех.

Вот тебе раз!

Я как чувствовала, что мачеха Виолы виновата в ее нынешнем беспомощном состоянии. Увидев, что девушка застукала ее со своим мужем, она хладнокровно выкинула падчерицу с балкона.

У-у-у, какая же змеюка!

А бедная Виола даже не поняла, что случилось!

— Слушай меня внимательно. Грэм не делал Амарочке искусственное дыхание. Он ее целовал! Он тебе с ней изменяет! — горячо подумала я. — Я понимаю, если любишь человека, то очень сложно избавиться от розовых очков и увидеть его в настоящем свете, но ты должна. Мне самой очень больно — ведь перед попаданием в этот мир я узнала, что мой муж тоже мне изменяет. Нельзя прощать измену! Не хочу я, чтобы у нас с ним все было замечательно! Никаких детей с этим кобелем мерзким! Это глупый наказ!