Зенит
Шрифт:
Значит, еще и следили.
— Она своего парня не описывала?
— Говорила, что они как инь и янь.
Ирина кивнула. В принципе, подходило для вампира, тот — брюнет.
— А еще что-то? Нет?
— Что богатый, что предлагает ей уехать, что в любви признавался… кольцо показывала.
— Ей предложение сделали?
— Да. И это на помолвку.
— С топазом? А что ж не с бриллиантом?
— С бриллиантом, — кивнула Полина. — Просто всем сказала, что с топазом, у нас в огранке не особо разбираются. А так это бриллиант, но коньячный, Алка сказала — дорогой. Эксклюзивный…
— Хм.
Ирина пометила себе посмотреть.
— Описать кольцо не сможете?
— Посмотрите сами.
Ирине сунули под нос телефон. И девушка взглянула на фото.
Анжелика была на редкость хороша.
Кудри золотых волос, громадные глаза, маленький пухлый ротик, не жутковатые утиные губы, а все свое, натуральное, сразу видно, и фигурка точеная… танцы — штука полезная.
— А вот кольцо.
Полина указала пальцем на руку девушки.
Ирина раздвинула изображение — и порадовалась.
Айфон все же стоил своих денег, кольцо было — шикарным.
Не стандартная 'малинка' или там, ободок.
На пальце девушки расправляла крылья золотая летучая мышь. Тельцем ее служил большой бриллиант, в глазах были маленькие осколочки того же камня, крылья смыкались, переходя в ободок кольца… смотрелось.
Действительно смотрелось, мордочка вообще была, как живая.
— Оригинально.
— А то! Я бы себе такое заказала!
— А что помешало?
— Алка обиделась бы. Подражательство….
Ирина кивнула. Да, обидно, когда у всех такая же вещь, как у тебя. Неинтересно.
— А навести справки вы не пробовали? К примеру, с изумрудом заказать. Только не мышь, а ящерицу?
— Бесполезно. Спрашивала, — повинилась Полина. Кольцо ей действительно понравилось, но аналогов она не нашла нигде.
— Ясненько. Можете мне фотку скинуть?
— Да, конечно.
Полина поделилась фотографией, Ирина сохранила ее в отдельную папку и поблагодарила.
Еще с полчаса расспрашивала девушку, что, как, где…
И лишний раз убедилась, что вампир.
Клубы были те же самые, которые проверяли Ирина и Кирилл. Развлекательный центр.
А Полина пару раз составляла подруге алиби. Вплоть до того, что Алла оставляла ей свой телефон, а Полина присылала с него фотографии Анжеликиной матери.
— Поганки подосиновые, — беззлобно ругнулась Ирина. — Чипирования на вас нет!
— Ага, вы еще ошейник предложите! Или намордник!
Ирина только вздохнула.
Чипирование — зло или добро? А черт его знает! Потому что стоит появиться компьютерам — и появляются хакеры.
Появляются онлайн-банки — появляются мошенники.
Появятся чипы — будут и подделки, и глушилки, и опять же, мошенники… и смысл?
Хотя высший смысл в них есть, это точно. Стоит только представить, как наварится производитель чипов! Даже если по рублю с носа — это уже миллиарды, а там не рубль будет, нет…
Чип мог бы отследить Анжелику.
А мог бы — и не отследить. Преступники тоже не идиоты. И если ведьминское чутье заблокировали, то уж чип-то точно глушанут.
Или — вырежут. Или отрежут с куском организма.
Да запросто!
Ладно. Ирине эта идея тоже не нравилась.
Она попрощалась с Полиной и отправилась на работу.
***
На работе было весело.
Видеосъемка Ирины дошла по назначению и произвела такой фурор, какого и последние хиты Голливуда не удостаивались.
Полицейским было видно, что все это — реальность. Что съемка идет в режиме реального времени, что трупы настоящие.
Вопрос!
Кто — благодетель?
Кто прислал видеосъемку?
Своего имени Ирина не называла, на камеру не светилась, ничего не говорила, труп переворачивала так, чтобы даже руки в камеру не попали… пару раз попали, но в перчатках — сойдет.
Колец она не носит, опознавательных знаков нет.
Обычные женские руки, ногти подстрижены, лака нет…
Не уникум.
Родинки и прочие особые приметы, вроде шрамиков — пятен — полосок?
Так перчатки же!
Ирина осталась неузнанной, что ее радовало. А вот девчонок предположительно опознали. И жаждали приехать на место, познакомиться поближе и с оператором, и с постановщиком…
Особенно с режиссером спектакля.
Объявили бы по городу план 'Перехват' — да кого хватать?
Нет, неясно…
Так что просто зарегистрировали посылочку в дежурной части и оповестили начальство. У Ивана Петровича подозрения, конечно, были, но Ирину он к себе не позвал. Ни к чему. Вместо этого погрозил ей пальцем и пообещал, что если еще раз!
Она!
Не уследит за наглой птичьей тварью!
Перья он из них обоих повыщипывает! И — подушку набьет!
Попугай Кант понял, что речь идет о нем, слетел с люстры — и уселся на спинку кресла. Прямо перед носом начальства.
— Кант хороший!
— Да неужели?
— Кант умничка!
— Не заметно!
— Кант философию знает!
— Да неужели? — против воли втянулся в диалог Иван Петрович.
— Кант знает! Философия — это когда ты любишь мудрость, которая возлюбляет тебя.
Иван Петрович фыркнул.
— Инициатива любит инициатора. А мудрость — мудреца.
— Что знаем, то нас и имеет, — согласился попугай. И склюнул орех из вазы.
Определенно, птица вписалась в будни участка.