Земля Жанэ

Мы решили наградить премией семьи К. Жанэ по итогам конкурса 2023 года Фатимат Тхагапсову (ТУТУ) за цикл сказок «Туркужин» для сыновей и дочерей знатных сословий.

Нас очень впечатлили ее писательское мастерство, уникальный авторский стиль, а также бескрайнее воображение, свободный полет фантазии и самобытность, которая произрастает из родной земли, а ветвями устремляется в самые удивительные и фантастические места, увлекая за собой зачарованного читателя.

Заур Жанэ

15.11.23

сказка из повести «Золотой Ян» цикла «Туркужин»

Яне на день рождения

Не так давно, но и не так, чтобы недавно, в Северном Королевстве жила-была большая семья: папа Адам, мама Ева и их дети – Ян и Яна, Дин, Дан, Соня, Роза и Давид.

Семья жила на опушке дремучего леса в красивом деревянном доме. И в семье, и в доме царил идеальный порядок. А все потому, что каждый трудился и учился, с раннего утра до позднего вечера. При этом никто не уставал, потому что занимался любимым делом.

И, конечно, у каждого оно было свое: папа Адам, например, иногда работал экскурсоводом, и всегда – волшебником; мама Ева рожала и воспитывала детей; еще она вязала, шила, рисовала и изучала туркужинский язык(1).

Как-то раз двурогий великан Иныж, живший в дремучем лесу, увидел счастливое семейство и тоже захотел жену и детей.

Когда Адам с детьми отправились в город по делам, а Ева осталась печь пироги, Иныж ворвался в дом и похитил ее.

Вернулись из города Адам с детьми, а мамы нет – только ее окровавленный платок валяется на полу. Поняли они, что случилась беда и сильно опечалились.

Дети плакали. Адам тоже плакал. Он вышел из дома, присел на завалинке и долго орошал слезами платок драгоценной супруги.

Так семья погоревала до вечера. Потом решили, что папа отправится на поиски мамы, а дети останутся дома одни и будут хорошо себя вести.

Дети у Адама с Евой получились все прекрасно-разными. Они с пеленок вели себя очень разумно, но никогда еще не оставались одни. Потому, чтобы защитить их в свое отсутствие, Адам применил так называемое снежное колдовство, после которого дом круглый год оставался запорошенный снегом.

Затем он взял немного еды в дорогу, и ушел.

Рядом с дремучим лесом и домом счастливого, но опечаленного семейства были и город, и деревня, в которых жило полно народу. Однако после папиного снежного колдовства дом перестали замечать.

Зимой его не замечали, потому что все дома – что в городе, что в деревне – тоже стояли в снегу. А летом… Летом, взглянув в его сторону, люди тут же отворачивались в испуге, полагая, что им мерещится: среди солнечного лета – дом в снегу. Это же невозможно!

И вот наступило первое после-мамино, без-папино лето, а дом, как и задумано по волшебному плану, остался укутанным в горы холодного снега.

К вечеру снег подтаивал, а к утру снова нарастал. Снега нарастало много, поэтому утро начиналось с того, что кто-то из старших мальчиков расчищал дорожку перед дверью, чтобы остальные дети могли выйти из дома.

Как же выбирался из дома старший мальчик, спросит внимательный читатель, ведь дверь к утру заваливало снегом. Очень даже просто! Он залезал в камин, затем по трубе выбирался на крышу, а оттуда скатывался как с горки – прямо во двор!

Поскольку кататься со снежной горки очень приятно, старшие мальчики устраивали состязание – кто первый проснется, тот и скатывается расчищать дорожку.

К слову сказать, обычно состязание выигрывал Ян…

На самом деле, заснеженный дом, двор и усадьба немного огорчали детей – кругом лето, им хотелось тепла, – но так складывались обстоятельства, приходилось терпеть.

Соседи и случайные прохожие, не верившие своим глазам и обходившие заснеженный дом стороной, тоже ничуть не страдали и не ущемлялись в своих правах.

Хуже обстояло дело с жаворонками и скворцами, бабочками и мотыльками, альпятами(2) и глупыми ящерками. Они влетали, вползали, влипали в снег, оставаясь в нем кто раненый, кто простуженный, а кто навек замерзший.

С раннего утра до позднего вечера дети метались с одного края усадьбы к другому: забираясь то на крышу, то на забор, вытаскивали из снега всех, кто совал свои любопытные носики, хоботки и рыльца в папин волшебный снег.

Уже в первый волшебно-снежный летний вечер дом превратился в настоящий лазарет для влипших зверушек.

– Так дело не пойдет, – сказала Яна после очередного напряженного спасательного дня. – Надо найти папу, пусть отменит свое колдовство. Недопустимо чтобы из-за нас кто-то страдал.

– Но как же мы найдем папу? – отвечали дети. – Он ушел в дремучий лес за мамой. Лес большой, а мы маленькие. И папу не найдем, и сами заблудимся.

– Да, вы правы. Ходить в дремучий лес очень опасно. Но что делать? Мы не можем позволить им всем погибнуть, – Яна показала на лежащих в кроватях раненых животных. – Скоро обмороженных и простуженных бабочек и альпят станет так много, что в доме не хватит для них места. Надо рискнуть.

– Тогда в лес пойду я, – заговорил самый старший мальчик Ян.

Ян был сильным, храбрым и всегда спокойным. Говорил Ян мало, но каждое его слово ценилось на вес золота. А все потому, что он сначала думал, потом говорил, а затем обязательно делал, что сказал.

Ян таким не родился. Это со временем он выработал в себе новую черту характера. Когда привычка сначала думать, а потом говорить укрепилась в нем и проявилась на деле, все стали звать Яна Золотым.

– Хорошо, – согласилась Яна. – Только возьми с собой Розу. Она знает туркужинский язык, в лесу без него не обойтись.