Шрифт:
РОБЕРТ ШЕКЛИ
ЗАЩИТНИК
На следующей неделе в Бирме разобьется самолет, но здесь, в Нью-Йорке, мне это не навредит. Фиги тоже не причинят мне вреда - ведь дверцы всех шкафов у меня закрыты.
Нет, самая большая проблема - гуньканье. Мне нельзя гунькать. Абсолютно. Можете представить, как мне это мешает.
И в довершение всего я серьезно простудился.
Все началось вечером седьмого ноября. Я шел по Бродвею в кафетерий Бейкера. На моих губах играла легкая улыбка, потому что недавно днем я сдал трудный экзамен по физике. В кармане у меня побрякивали пять монет, три ключа и коробок спичек.
Для завершения картины позвольте добавить, что ветер дул с северо-запада со скоростью пять миль в час, Венера восходила, а Луна явно начинала толстеть и горбатиться. Можете делать из этих фактов собственные выводы.
Я дошел до угла 98-й улицы и начал переходить на другую сторону. Едва я сошел с тротуара, как кто-то заорал:
– Грузовик! Берегись грузовика!
Я прыгнул обратно, ошарашенно озираясь. Рядом никого не было. И тут, целую секунду спустя, из-за угла на двух колесах выскочил грузовик, проехал на красный свет и с ревом умчался вверх по Бродвею. Не будь я предупрежден, он бы меня наверняка сбил.
Все вы слышали подобные истории, не так ли? О странном голосе, предупредившем тетю Минни не входить в лифт, который затем рухнул в подвал. Или, может быть, он отсоветовал дядюшке Джо не плыть на "Титанике". На этом такие истории обычно заканчиваются.
Как мне хочется, чтобы и моя история закончилась так же.
– Спасибо, друг, - сказал я и огляделся, но никого не увидел.
– Ты все еще слышишь меня?
– спросил голос.
– Конечно, слышу, - я сделал полный оборот и с подозрением уставился на закрытые окна над головой.
– Но где же ты, черт меня подери?
– Ненаблюдаемость, - ответил голос.
– Это имеет отношение? Коэффициент преломления. Нематериальное существо. Аллах знает что. Я подобрал нужное выражение?
– Ты невидимый?
– осмелился я.
– Вот, правильно!
– Но _к_т_о_ ты?
– Валидузианский дерг.
– Кто?
– Я... раскрой, пожалуйста, гортань чуть пошире. Надо подумать. Я Дух Рождественского Прошлого. Существо из Черной Лагуны. Невеста Франкенштейна. Я...
– Помолчи, - сказал я.
– Ты хочешь сказать... что ты дух или существо с другой планеты?
– Это одно и то же, - ответил дерг.
– Очевидно.
Все стало совершенно ясно. И дураку было понятно, что голос принадлежал кому-то с другой планеты. Он был невидим на Земле, но его более тонкие органы чувств уловили приближающуюся опасность, и он меня предупредил.
Самый обычный, повседневный сверхъестественный инцидент.
Я торопливо зашагал вверх по Бродвею.
– Что случилось?
– спросил невидимый дерг.
– Ничего, - ответил я, - если не считать того, что я вроде бы стою посреди улицы, разговаривая с невидимым инопланетянином из черт знает какого уголка космоса. Полагаю, лишь я один способен тебя слышать?
– Да, естественно.
– Прекрасно! Знаешь, куда меня могут завести подобные штучки?
– Концепция твоей субвокализации мне не совсем ясна.
– В приют для шизиков. В заведение для чокнутых. В загон для психов. Вот куда помещают людей, разговаривающих с невидимыми инопланетянами. Спасибо за предупреждение, приятель. Спокойной ночи.
Почувствовав облегчение, я свернул на восток в надежде, что мой невидимый друг отправится дальше по Бродвею.
– Ты не хочешь поговорить со мной?
– спросил дерг.
Я покачал головой - безобидный жест, за который к тебе не прицепятся - и зашагал дальше.
– Но ты _д_о_л_ж_е_н_, - произнес дерг с оттенком отчаяния. Настоящий субвокальный контакт очень редок и поразительно труден. Иногда мне удается передать предупреждение, уже перед самым опасным моментом. Но затем связь ослабевает.
Так вот чем объяснялось предчувствие тети Минни. Но у меня пока никакого предчувствия не было.
– Нужные условия могу не совпасть еще сто лет!
– простонал дерг.
Какие условия? Побрякивание пяти монет и трех ключей одновременно с восходом Венеры? Наверное, это стоит исследовать - не не мне. Все эти супернормальные штучки доказать невозможно. Мне вовсе незачем пополнять ряды тех, кому завязывают на спине рукава смирительной рубашки.
– Да отвяжись ты от меня, - сказал я. Полицейский одарил меня странным взглядом. Я глупо ухмыльнулся и заторопился прочь.
– Я высоко ценю твою социальную ситуацию, - не отставал дерг, - но этот контакт в твоих же лучших интересах. Я хочу защитить тебя от бесчисленных опасностей человеческого существования.
Я не стал отвечать.
– Что ж, - сказал дерг, - я не могу тебя заставить. Придется предложить свои услуги в другом месте. Прощай, друг.
Я удовлетворенно кивнул.
– И последнее, - сказал он.
– Держись завтра подальше от метро между полуднем и часом пятнадцатью. Пока.
– Эй? Почему?
– Кое-кто погибнет на станции Колумбус Серкл, будет большая толпа и его случайно столкнут под поезд. Тебя, если ты там будешь. Прощай.
– Там завтра кто-то погибнет?
– переспросил я.
– Ты уверен?
– Конечно.
– И это будет в газетах?
– Наверное.
– И ты знаешь обо всех подобных случаях, так?
– Я могу предвидеть направленные на тебя из протяженности времени опасности. Мое единственное желание - защитить тебя от них.
Я стоял на тротуаре. Две девчонки захихикали, заметив, что я разговариваю сам с собой. Я пошел дальше.
– Послушай, - прошептал я, - сможешь подождать до завтрашнего вечера?
– Ты позволишь мне быть твоим защитником?
– нетерпеливо спросил дерг.