Задать вопрос

Уже три месяца они изучали природу Герины и, честно говоря, все смертельно устали от этого скучного занятия. Не было ничего интересного на этой планете, ничего такого, что можно было бы посадить в приличную клетку, или хотя бы в приличный аквариум: ни животных, ни насекомых, ни птиц. В реках и озерах не водилась рыба, а океанах отсутствовали медузы, спруты или хотя бы какие-нибудь несчастные устрицы. Местные джунгли были ужасно монотонным местом, несмотря на возвышающиеся здесь и там колоссальные многоэтажные деревья, срастающиеся ветвями на нескольких уровнях. Люди изучали местный мох, огромные плоские цветы, напоминающие слоновьи уши, изучали траву и грибы, которые оказались съедобными и вкусными. Каждое утро Эрин уходила в лес и пару часов спустя приносила на станцию огромную груду грибов, которые всякий раз были разного цвета и формы. Она любила не только собирать грибы, но и готовить.

Грибы, которые она принесла на этот раз, были в основном белого цвета. Они напоминали застывшие языки огня или морскую пену на аппетитных упругих ножках, покрытых полупрозрачной слизью.

– Посмотрите, – сказал Джесс, – наконец-то я что-то нашел. Что-то вроде микроскопического слизнячка. А может быть, это личинка насекомого? Вот, посмотрите! Сидит прямо на шляпке гриба.

Блейк взял гриб из его протянутой руки и внимательно осмотрел его через свои толстые очки.

– Нет, это просто чешуйка какая-то, – сказал он. – Часть сухого листа или почка, прилипшая к шляпке гриба. Эта планета – биологический глюк; все мы знаем, что никаких насекомых или слизней здесь не имеется. Нет здесь никакой фауны вообще.

– Но я все думаю, – сказала Эрин и провела рукой по своим жестким рыжим волосам, – как же это возможно? Улитки и жуки переваривают остатки растений, так образуется почва, на которой растут новые растения. Муравьи разрыхляют почву, черви делают то же самое.

– Все это могут делать бактерии и грибы.

– Да, но растения используют углекислый газ и производят кислород, а животные наоборот, используют кислород и производят углекислый газ. Любая форма жизни, оставшись одна, вскоре отравит атмосферу. Может быть, что-то, неизвестное нам, убило всех животных, просто стерло их с лица этой планеты? Эпидемия, например?

Она посмотрела вопросительно на обоих мужчин.

– Я не думаю. Здесь не было никакой эпидемии. Кроме того, кислород жизненно необходим для роста растений, корни его всасывают.

– Но не в этом же дело! Если это действительно была эпидемия, то мы тоже в опасности!

– Господи, ну о чем ты говоришь, – поморщился Блейк. – Мы – люди. Мы властители мироздания, мы цари вселенной. Мы способны справиться с любой вредной чепухой, какую бы ни прятала эта тупейшая планета, – он задумчиво почесал свою щетину на подбородке и добавил, – но, к сожалению, эта планета не прячет ничего.

– Кажется, оно только что шевельнулось, – заметил Джесс.

– Что?

– Я видел, как эта чешуйка только что шевельнулась!

– Полная чушь.

Блейк взял маленький предмет пинцетом и положил его на стекло. Затем включил дополнительное освещение. Предмет не двигался.

– И что ты собираешься делать? – спросила Эрин.

– Я собираюсь задать этой штуке вопрос.

– Думаешь, она ответит?

– У нее нет выбора.

– Умно придумано, – заметила Эрин не без ехидства. – Ну-ну, я вся внимание.

– Послушайте, в самом начале оно было внутри капельки воды, – напомнил Джесс.

– Отлично. Тогда дайте мне пипетку.

Блейк уронил большую каплю на предполагаемого слизня.

– Он снова пошевелился!

– Ага, жди. Просто капля сдвинула его немного.

– А что же твой вопрос?

– Сейчас будет и вопрос. Подожди чуть-чуть.

Блейк положил маленький желтоватый предмет в стеклянный контейнер и налил воды.

– А вопрос будет таким, – сказал он. – Как ты, дружок, реагируешь на изменение химического состава окружающей среды?

Блейк обращался к предполагаемому слизню так, будто бы тот действительно мог ему ответить. Он даже наклонил голову, прислушиваясь. Не услышав ответа, он бросил в воду щепотку соли.

– А позже я собираюсь спросить тебя о том, как ты относишься к слабому электрическому току.

– Это шарлатанство! – возмутилась Эрин. – Никто не проводит исследования таким образом! Ты должен выдвинуть гипотезу, составить план эксперимента, все задокуметнировать, внести данные в компьютер! Кроме того, это может быть опасно!

– Да-да-да, эта чешуйка такая опасная, что я сейчас наложу в штаны, извиняюсь за выражение перед дамой. Спокойнее. Это просто частичка старого листа или что-то в этом роде. Это никак не может быть частью местной фауны, потому что на Геррине нет никакой фауны!

– Тогда какого черта ты делаешь?

– Разгоняю скуку, естественно, что же еще? Никто разве не заметил, что эта безмозглая, эта тупейшая и скучнейшая планета ежедневно тупит наш острый интеллект, она превращает нас в…

Он не закончил свою тираду. Было бы неправильно сказать, что он просто открыл рот от удивления: его нижняя челюсть просто отвалилась. Несколько секунд он подавал не больше признаков жизни, чем портновский манекен, прибитый к полу толстыми гвоздями. Потому что в стеклянном сосуде плавала маленькая голубая рыбка. Ее длинные плавники грациозно извивались.

– Как, эта маленькая желтая дрянь превратилась в…

– Нет, смотрите, смотрите! Желтая чешуйка все еще на дне! Она размножается! Я думаю, что это ассиметричное деление. Она разделилась на два разных организма как… э… как стволовая клетка!

– И что же ты собираешься делать дальше?

– Задам ей новый вопрос, естественно. Как видишь, моя стратегия работает, – ответил Блейк.

– Но эти вещи нельзя делать таким образом!

– Да? Неужели? Ты хочешь, чтобы мы упустили момент? Ты когда-нибудь слышала о том, что железо нужно ковать пока оно горячо? Или о том, что деньги нужно считать, не отходя от кассы?

Говоря это, он уже опускал электроды в воду и подключал клеммы.

– Осторожнее! Ты ее убьешь!

– Никакая чешуйка еще не умерла от нескольких милливольт. Даже если это совсем не чешуйка. Итак, три милливольта. Начальное напряжение. Поехали!

Он нажал клавишу.

Люди увидели что-то, напоминающее продолговатый темный пузырь, который вырос вокруг рыбы. Затем стенка пузыря стала темной и непрозрачной; из его поверхности выросли четыре короткие лапы, один хвост и два выпученных глаза. Сейчас в воде плавала амфибия серо-стального цвета, размером с крупную лягушку.