Чтение онлайн

Наполеон вырвал свою руку, его офицеры, стоявшие неподалеку от них, почувствовали себя неловко. Затем молодой генерал откинул голову и расхохотался.

— Говорят, тебя называют маленьким пророком, — сказал он, смеясь над Шарло. — В лагере говорили, ты рассказывал солдатам разные вещи — как много у них будет детей, в каких сражениях они стяжают славу или же встретят свою смерть. Хотелось бы мне, чтобы все это было правдой. Если бы генералы были провидцами, они сумели бы избежать многих поражений.

— Когда-то на земле жил полководец, который был пророком, — мягко произнес Шахин. — Его звали Мухаммед.

— Я тоже читал Коран, мой друг, — ответил Наполеон, все еще улыбаясь. — Однако он сражался во славу своего бога. А мы, бедные французы, сражаемся лишь во славу Франции.

— Тот, кто стремится к собственной славе, должен остерегаться, — сказал Шарло.

Наполеон услышал, как зашептались за его спиной офицеры, когда он посмотрел на мальчика. Улыбка исчезла с его лица, которое потемнело от еле сдерживаемых чувств.

— Я не потерплю оскорблений от мальчишки! — прошипел он себе под нос. Затем, уже громче, добавил: — Сомневаюсь, что моя слава будет гореть так ярко, как ты думаешь, мой юный друг, или сгорит так быстро. На рассвете я отправляюсь в поход на Синай, и только приказ моего правительства заставит меня вернуться во Францию.

Повернувшись спиной к Шарло, он пошел к своей лошади, вскочил на нее и скомандовал одному из офицеров, чтобы мальчика и Шахина сопроводили во дворец в Каире на обед. Затем он в одиночестве поскакал по пустыне, а остальные офицеры смотрели ему вслед.

Шахин сказал солдатам, чтобы не ждали их, поскольку мальчик еще не налюбовался на пирамиды. Когда офицеры неохотно удалились, Шарло взял Шахина за руку, и они тихонько побрели по равнине.

— Шахин, почему генерал Бонапарт рассердился на то, что я сказал ему? — недоуменно спросил Шарло. — Ведь это правда.

Шахин немного помолчал.

— Представь себе, что ты живешь в темном лесу, где ничего не видно, — произнес он наконец. — Твой единственный спутник — филин, который в темноте видет гораздо лучше, чем ты. Такого рода зрение и у тебя: ты, как филин, хорошо видишь, что ждет нас впереди, тогда как другие движутся во тьме. Если бы ты был на их месте, разве бы ты не испугался?

— Может быть, — признался Шарло. — Но я не стал бы сердиться на филина, если бы он предупредил меня о яме, в которую я могу упасть.

Шахин посмотрел на ребенка, и на его губах зазмеилась непривычная улыбка. Наконец он сказал:

— Владеть чем-либо, чего нет у других, всегда трудно, а часто и опасно. Иногда лучше оставить их в темноте.

— Как шахматы Монглана, — сказал Шарло. — Моя мама говорила, что они пролежали в земле тысячу лет.

— Да, — согласился Шахин. — Как шахматы Монглана. Они обогнули Великую пирамиду и увидели человека. Он

сидел на расстеленном на песке шерстяном одеянии, а перед ним лежало множество свитков папируса. Внимание человека было поглощено зрелищем Великой пирамиды, возвышавшейся над ним, но, услышав шаги Шарло и Шахина, он обернулся. Лицо его осветилось, когда он узнал их.

— Маленький пророк!

Он встал, отряхнул со своих бриджей песок и подошел к ним, чтобы поприветствовать. Отвисшие щеки и похожий на бисквит квадратный подбородок сложились в улыбку, когда он отбросил со лба непокорную прядь волос.

— Я был сегодня в лагере, солдаты обсуждали странное поведение генерала Бонапарта и то, что он отказался следовать вашему совету относительно возвращения во Францию.

Он не слишком доверяет всяким предсказаниям, наш генерал. Возможно, он думает, что его девятый крестовый поход будет успешным, хотя предыдущие восемь провалились.

— Мсье Фурье! — воскликнул Шарло. Выпустив руку Шахина, мальчик побежал к знаменитому физику. — Вы разгадали тайну пирамид? Вы были здесь так долго и трудились так упорно…

— Боюсь, что нет, — улыбнулся Фурье и потрепал Шарло по голове. — Только числа в этих папирусах арабские, все остальное — сплошная тарабарщина, которую мы не можем прочесть. Рисунки и тому подобное. Говорят, нашли какой-то Розеттский камень, на котором на нескольких языках что-то написано. Возможно, это поможет нам разобраться в древних текстах. Его собираются отправить во Францию. Однако к тому времени, когда надписи на нем расшифруют, я, возможно, уже умру!

Он рассмеялся и пожал руку Шахина.

— Если твой маленький спутник действительно пророк, как ты заявляешь, он разгадает эти рисунки и избавит нас от кучи работы.

— Шахин понимает некоторые из них, — с гордостью сказал Шарло, прохаживаясь вдоль пирамиды и рассматривая странные рисунки, нарисованные на ней. — Этот человек с головой птицы — великий бог Тот. Он был лекарем и мог вылечить любую болезнь. А еще он изобрел письменность. Это было его работой — записывать имена умерших в Книгу Мертвых. Шахин говорит, что каждому человеку при рождении дается тайное имя, записанное на камне. Когда человек умирает, ему отдают его истинное имя. А у каждого бога вместо тайного имени есть число…

— Число! — воскликнул Фурье, бросив на Шахина быстрый взгляд. — Вы можете прочесть эти картинки?

Шахин покачал головой.

— Я знаю только древние истории, — произнес он на ломаном французском. — Мой народ поклоняется числам, считает, что они наделены божественными свойствами. Мы верим, что Вселенная состоит из чисел, нужно только найти верное их созвучие, и станешь подобным Богу.

— Но это как раз то, во что верю и я! — воскликнул математик. — Я изучаю физику колебаний, пишу книгу, которую назвал «Гармоническая теория», поскольку мои рассуждения равно справедливы для света и для тепла! Вы, арабы, открыли те изначальные математические истины, на которых строятся все наши теории…