Чтение онлайн

— Погоди, Кандор… Какого демона он решил поиграть в простого аристократа и почему именно у нас?

— Его единственная выросла и он это почувствовал, к тому же он действительно граф Ла Дарант Ла Кенти' Ле Турмен дю Голэ'. Звучит, скажи?

— Аж зависть берет, — без особого воодушевления отозвался Джанго. — Брат, в чем подвох? Кого первого казнить будут?

— Уже не уверен, ты вот, как услышал о его приезде, сразу прощаться со мной по неизвестной причине начал. Может расскажешь, чего такого может случиться?

— А у нас, брат, всегда что-нибудь, да случается, причем не так, а обязательно судьбоносное, — туманно отвечал кронгерцог. — Ты лучше проясни, раз он нашел свою единственную, которая к тому же и повзрослела, тогда почему они еще не поцеловались и не живут долго и счастливо?

— Тут понимаешь в чем дело… — король неожиданно смутился и даже слегка покраснел, чего Джанго за ним раньше не замечал. — В общем, она влюбилась. В меня. Давно, когда я был наследным принцем.

— И ты еще жив? — скептически приподнял бровь некромант.

— Да я сам до сих пор поверить не могу, — тяжело вздохнул Кандор. — У Нарцисса даже был шанс убить меня вполне законно. Дело в том, что тридцать лет назад я узнал, что он Инквизитор, и поводом служили… не самые приятные события моей жизни. Меня тогда впервые пытались отравить. Артефакт палача во время суда признал виновность одной юной особы…

— Ты любил её? — понимающе кивнул Джанго.

— Да, и мне было бы гораздо проще не знать правды. Да я предпочел бы, чтоб у нее все получилось, лишь бы она была жива! И тогда я вызвал Инквизитора на поединок. Знал, что приму смерть от его руки, но все равно решил, что уж лучше моя голова слетит с плеч, чем толпа будет глазеть на её казнь. Помню, как упал под ноги Нарцисса после часа боя. Он мог вогнать в меня меч, но почему-то не торопился. Все смотрел на меня, смотрел, будто раздумывал над чем-то… А потом протянул руку и помог подняться. Сказал, что пройдут годы и я стану величайшим воином, да я и сейчас неплох, раз столько держался против дракона. Тогда я спросил у него, почему до сих пор жив, и Инквизитор сказал мне, что его единственная будет долго горевать, если меня не станет, а он не сможет видеть её слез. А я, дурак, брякнул, что на его месте зарубил бы соперника, раз уж даже ситуация подходящая. А он усмехнулся и сказал, что я у его единственной — проходящее, а вот он… Придет время, и она поймет, как любит его и подарит тот легендарный спасительный поцелуй. Вот только… Джанго, ты хорошо стоишь? Может, присядешь?

— Кандор, почему-то моя интуиция вопит, что милосерднее будет самому убиться виском об угол стола, рухнув от изумления, чем ждать кары Инквизитора. Не скажешь почему?

— В общем, у меня ребенок от единственной Инквизитора.

— Дай угадаю, а Нарцисса вы на крестины не позвали в качестве почетного гостя? — голос кронгерцога так и сочился сарказмом.

— Да, он не знает.

— Итак, мы возвращаемся к предыдущему вопросу с небольшими корректировками: и вы еще живы?!

— Представь себе! Более того, таким же живым я и планирую оставаться и сына сохранить!

— Это вряд ли, сын то для единственной не "проходящее". Кстати, почему Инквизитор не сторожил свою любовь и так долго не объявлялся?

— Да демон разберет этого дракона! — фыркнул король. — Так вот я жду, пока сынок спустится ко мне, и тогда я запру его в ритуальном зале, где собраны все Боги. Туда е сможет пробиться даже Инквизитор, переступать его порог могут только те, чью ауру пропускает моя защита.

— Так вот чего ты тут окопался! А единственная, стало быть, не Алис, раз Синдбад еще не заперт. Только, Кандор, план у тебя, говоря откровенно, хреноватый. Инквизитор вполне может ночью, когда твое дитятко спать будет, привести сюда под ножом ту же Конду и заставить ее убить брата во сне. Нарцисс может обмануть мальчишку, как-то выманить его, или тот сам сдури вылезет. Так что вылезай-ка отсюда, Ваше Величество, и вперед навстречу гневу Инквизитора. И потом, нельзя, что ли, не афишировать, что конкретно этот паренек — сын от той самой единственной.

— У него внешность… приметная.

— Значит, надо выкурить отсюда Инквизитора, пока он не догадался о пасынке. Есть предположения, чего ему надо?

— Абсолютно никаких, — покачал головой Жестокий король. — Но ты прав, чем быстрее он свалит, тем лучше для всех. Палач едет казнить, а карает он исключительно по справедливости, Джанго, и мне уже заранее страшно. Инквизитор — сила превыше меня, и если раньше я мог на что-то закрыть глаза, что-то простить или утаить, то теперь за все грехи и грешки поплатятся все и сполна. Взять ту же историю с Алис. Я не стал никого выводить на чистую воду, а будь тогда здесь Инквизитор, она бы уже лишилась головы. Более того, уверен, артефакт признал бы виновным и Ада, ведь он уничтожил улики и покрывал преступницу. Не обошло бы возмездие и меня, я же не провел должным образом расследование и казнил невиновного… и, думаю, если вплывет правда о пресловутом сыне, вполне возможно, мою шею первой проверят на прочность.

— По справедливости карает, говоришь… Что ж, если по справедливости, то нам всем впору в очередь строиться на эшафот, — глубокомысленно заключил Джанго.

Ад не спешил во дворец. К чему? Рай не маленький, чего его контролировать? Мало ли что ему приспичило набадяжить. Может какую девку в темном углу зажал а теперь в срочном порядке отгораживает себя от возможных последствий. А вот что на уме у отца, вот это интересно. А еще интересно, что же в конце концов решат с Гвейном. Дядя, конечно, молодец: услал его со всей Черной Тридцаткой подальше. Вот только вечно они искать тело Лихого не будут и вернутся, да и не отказываться же от дополнительной охраны из-за одного-единственного заговорщика, цепляющегося за свой не совсем законный (да кого волнуют такие мелочи!) шанс на трон. Да даже если Гвейн в самом деле очарован, что это меняет? Какая разница, в здравом уме он засадит нож в спину или же одурманенный Тейшей? Рай все хватается за какие-то эфемерные возможности, надеется, что найдет способ вытащить брата. Но его нет, этого бескровного пути! А пока Лихой бороздит просторы Порсула, а они здесь ждут у моря погоды, Гвейн вполне может нанести новый удар, на этот раз выверенный и разящий цель без каких-либо осечек. И почему отец решил замять эту историю? Ведь уже почти два месяца прошло. Тоже не хочет замечать очевидного, как и Рай?… Нет! Отец не может быть так слаб, он же Жестокий король, безжалостно казнящий заговорщиков собственной рукой! Он же выжег магию Рая, так чем лучше Гвейн? Также потенциально опасен, а покушение — вопрос времени. Короче, основание минимум для того, чтобы закинуть за решетку на неопределенный срок, имеется. Одним росчерком пера проблема решается, а душевные муки моральное самобичевание в политике и обеспечении безопасности государства еще никому не сослужили хорошую службу.

По предплечью прошлась приятная теплая волна. Это отцовский подарок, припрятанный в рукаве, молчаливо выражал свое согласие. Порой Аду казалось, что кинжал действительно живой и вторит его мыслям. И сейчас он слегка нагрелся, словно намекая, что готов вонзиться в грудь по самую рукоять и так защитить своего рассудительного хозяина. Всего на миг Ад прикрыл глаза, вслушиваясь в реакцию артефакта… и это стало непоправимой ошибкой.

Краем глаза юноша заметил шевеление за выступом дворцовой стены и тут же вскинул руки, сплетая щит. Запоздало мелькнула мысль, что кинжал — это защитный артефакт. Но вот магические потоки, повинуясь ловким пальцам, сформировали преграду, о которую спустя секунду рассыпалась шаровая молния. Перед Адом был ведьмак, скорее всего тот, из свиты Светлейшей. Логичное продолжение: сперва отравленный артефактором гребень для Конды с интересными свойствами, идеально имитирующими симптомы беременности, а для него — точная копия его любимого перстня с сапфиром и любопытным проклятием. Нет, формально не смертельным, всего лишь гарантирующим букет трудноизлечимых болезней, и большинство из них ни за что бы не умудрился подхватить человек, отличающийся целомудрием. Отец и Алис без труда сложили два и два: кто-то пытался ловко убрать лишних претендентов на трон, и изящный почерк указывал на одну конкретную гостью Веридора. Прибавить к этому то, что дяде не досталось "подарочка" и Светлейшая была не против него как претендента на престол и её руку…

Додумать Ад не успел: о щит разбилось еще два облака и тот пошел рябью, но устоял. Эх, дотянуться бы до кинжала, порезать руку и вызвать отца. Этот гад силен, вот уже новый вихрь закручивает, а щит уже еле держится. Для него, мага без резерва, это вообще чудо из чудес, невероятнее было бы, если бы он удержал не небольшой заслон прямо перед собой, а полноценный куполообразный щит. Небольшой ведьмаковский смерч таки разорвал плетение, но не задел Ада, просвистев в сантиметре над ухом. Лихорадочно соображая, что делать дальше, юноша хотел было заново переплетать магию, но шорох сзади заставил вспомнить о неприкрытости тыла и резво отпрыгнуть, отпуская потоки. Во время — земля, дрогнула и разверзлась на том самом месте, где только что стоял Ад. Так, громила-стихийник тоже здесь. Двое на одного, а у него и против ведьмака шансы были весьма призрачные. Но у него были несколько спасительных секунд, пока противники запустят в него новую порцию атакующих заклинаний, и Ад потянулся к рукаву с заветным кинжалом.

— Тарес куэро маронер! Лиэро донес! — прогремело прямо у него над головой проклятие Мраморная сеть. Название странное, а эффект простой — парализующий.

Трое на одного — ни шанса. Синдбад упал, как подкошенный; он мог видеть и слышать, но тело сковала магия, не давая не то что шевелиться — дышать полной грудью!

— Полудурки… — процедил сквозь поджатые губы проклятийник — Узнает госпожа, что её "отборная" свита практически в полном составе не смогла положить мальчишку, у которого не магия, а так, насмешка судьбы. Какие вы, к демону, могучие маги, если этот позор короля вдвоем чуть-чуть не упустили?