Вера

Тёплое пламя десятков свечей наполняло храм каким-то волшебным ощущением тепла и покоя. Стройные чистые голоса певчих взлетали к самому куполу и оттуда, смешавшись со сладковатым благоуханием ладана, будто брызги фонтана, осыпали своим серебром замершие в благоговении души прихожан. Со стен, укутанных таинственным полусветом, и резных, светящихся золотыми огоньками свеч, аналоев на людей строго и немного печально смотрели лики святых. И под их взглядами что-то менялось внутри человеческих сердец, выпуская на поверхность самое главное. Дыхание становилось глубже, словно от волнения. Ведь каждый знал, что здесь, в Его доме, они будто дети – открыты Его взору.

За стенами храма зима нехотя, но неотвратимо отступала под натиском вешнего солнца. И хотя март уже во всю трубил о своём присутствии, напитывая сам воздух какой-то шальной, будоражащей свежестью, по ночам землю по-прежнему сковывал холод, не давая ей раскрыться навстречу наступающей весне.

Никем не видимый, Он стоял на солее, справа от амвона, и огромные белые крылья были сложены за спиной. Но некоторым всё же казалось, что иконостас с той стороны как будто немного светится изнутри. Его внимательный взор перебирал лица людей, замерших перед ним. Они молились, просили помощи или совета, делились своей болью и радостью или просто слушали, впитывая благодать идущей службы. Господь наделил Его умением читать в душах человеческих, и он видел всех пришедших, как ореховые ядра, очищенные от скорлупы. Большинство прихожан были обычными людьми, просто детьми Господа. Но порой в них таились сюрпризы – безобидные и не очень.

Чуткий слух Ангела уловил с улицы урчание двигателя дорогого авто. А спустя несколько минут, крестясь на ходу, в храм вошла женщина. Она была красива, с яркими голубыми глазами, прямым носом и светлыми локонами, выглядывающими из-под шёлкового платка, и дорогая песцовая шубка дымчатым плащом развевалась у неё за спиной. Ангел пристально взглянул на «гостью». И когда в какой-то момент та повернулась к нему в профиль, вокруг её головы появилось прозрачное, будто нарисованное воздухом изображение мужского лица с характерным выразительным носом и курчавой светлой бородкой.

Плутос. Ну, конечно. Старый эллинский крохобор… Один из древних богов, некогда властвовавших на земле. Когда их место занял Триединый, дабы не раствориться в небытие они, точно споры, развеялись по всей земле. И там, где те споры давали всходы, там появлялись вот такие «гости» – человеческие тела с живой душой и частичкой «мёртвой» веры. И вроде хорошо, что наследники Плутоса, к примеру, работают, не покладая рук, своим умом каждую копейку скопили, сами с низов поднялись. Плохо, что порой ради каждой новой копейки по головам пройти готовы. Слишком тонка грань, у которой нужно остановиться. Да и без богатства своего мало кто из них прожить сможет. Привыкли.

Конец ознакомительного фрагмента.