Шрифт:
Annotation
Когда деревья снова станут зелёными, мы пройдём тропою сновидений к Извечному храму и на священном алтаре воспламеним наши сердца.
Когда деревья снова станут зелёными
Ключ от несуществующей двери
В тебе есть огонь
В тебе есть огонь
Когда деревья снова станут зелёными
— Пап, а когда деревья снова станут зелёными? — хрупкая девчушка с глазами-звёздами крепко сжимала ладонь рядом стоявшего мужчины, требовательно вглядываясь в его хмурые черты.
Они стояли на краю утёса — две замершие в лучах закатного солнца фигуры. Внизу, у подножия скалы, протянувшись до самого горизонта, застыл Мёртвый лес. Покорёженные, кривые, местами свитые в узел деревья торчали немым укором, вызывая горечь и щемящее чувство внутри. Абсолютно голые, словно безликие тени, пепельные стволы — всё, что осталось от некогда зелёного, бурлящего жизнью буйства.
«Есть ли предел человеческой алчности, глупости и навязчивого стремления к самоуничтожению? Что станет той последней каплей на чаше весов Маат, что ввергнет нас в пучину хаоса и возвестит начало конца?..»
Ощутив на себе жгучий взгляд дочери, мужчина вынырнул из липкой паутины мыслей и оторвался от созерцания угрюмого пейзажа. С нежностью провел рукой по её серебристым волосам, улыбнулся.
— А ты когда хочешь?
Девчушка на мгновение задумалась, смешно прикусив палец.
— Завтра! — выкрикнула она с озорным блеском в глазах. — Сегодня мы уснём, а завтра утром встанем, и деревья будут зелёными.
— Кто-то любит спать аж до обеда, — хитро прищурившись, мужчина ласково потрепал дочь по щеке. — А если ты проснёшься, а уже наступит осень?
— Тогда я снова усну и буду спать до следующей весны, — ничуть не смутившись, ответила малышка.
«Если она придёт...»
— Пап, я пойду попрощаюсь с сильфидами, — неожиданно переключилась девочка. — Скажу, что мы обязательно вернёмся, пускай скучают, но не очень.
— Давай, малышка, время ещё есть.
Среброволосая кузнечиком ускакала на дальний край утёса, взывая к стихийным духам — её верным друзьям и напарникам по шалостям.
Мужчина проводил её взглядом и вновь погрузился в свои думы.
Несколько дней назад старейшины клана приняли решение: дети Изнанки покинут Землю и переберутся на свою исконную родину — в Белый город, расположенный на бескрайних просторах сновидений. И пускай Сумеречная тень ещё не накрыла планету, неизбежность трагедии сомнений не вызывала. Отзвуки далёкой бури доносились из других пространств, ветры приносили с собой будоражащие запахи тревоги и обречённости, а шёпот незримых обитателей Земли с каждым днём становился всё явственнее, наливаясь угрожающими нотами. Всё живое чувствовало приближение Новой волны и неустанно заявляло об этом.
Ждать до последнего мудрые наставники не собирались, и подготовка к Переходу шла вовсю. Перестроить физические оболочки под вибрации тонких миров — вот основная задача старейшин клана. Слишком долго дети Изнанки жили в явленном мире, слишком тесно сплелись нити их душ с земными телами. Они дополняли и обучали друг друга: частица света учила тело лёгкости, прозрачности и удивительным способностям; то, в свою очередь, передавало душе навыки целостности, устойчивости и выживания в условиях, когда чудотворство не работало. Теперь нужно было слить воедино эти две сущности, чтобы сделать решающий шаг на Ту сторону...
Вдалеке зарокотали раскаты грома, небо стало стремительно затягивать серой хмарью, а воздух напитался ароматами горьких трав и морской тины.
«Пора».
— Астра, — позвал мужчина, — гроза приближается, нужно уходить.
Серебристый вихрь мелькнул за мшистыми валунами и через пару секунд остановился перед ним. Девочка даже не запыхалась.
— Попрощалась с сильфидами?
— Да, — просияла девчушка. — Они обещали ждать меня и просили хоть иногда о них вспоминать.
— Обещание — штука серьёзная, точно справишься? — отец с притворной суровостью взглянул на дочь.
— Точно-точно! — затараторила девочка. — Я ведь Астра — звезда, а звёзды всё помнят.
Невольная улыбка осветила усталое лицо мужчины.
— Давай руку, звезда моя. Нам пора.
— Пап, а мы ещё вернёмся сюда? — лукаво поинтересовалась малышка.
— Конечно, — тихо произнёс мужчина.
— А когда? — не унималась дочь.
Отец бросил взгляд куда-то за горизонт, за линию слившихся в единое тёмное пятно стволов, и задумчиво произнёс:
— Когда деревья снова станут зелёными...
Ключ от несуществующей двери
— Где же этот чёртов выключатель? — глухо ругнулся Фарен, шаря руками в кромешной тьме.
— Справа за центральным стеллажом на уровне глаз, — отозвался его напарник.
— Кончай дразнить меня, Олли, — зарычал мужчина. — Иначе, клянусь Спящим, я высеку свет из твоей башки, хорошенько приложив ею об стену!
— Выдохни, Фар, — сквозь смех примиряюще выдавил Олланд. — В хранилище уже лет пять как голосовое управление.
— Ах ты...
— Люкс! — Олли сопроводил команду хлопком в ладоши, и под потолком вспыхнули сапфировые светочи.
— Сука ты, Олли, — сплюнул в сторону Фарен. — Совсем одичал тут в своих катакомбах!
— Что у тебя? — резко сменил тему мужчина, усевшись за подвернувшийся стол и кивком пригласив напарника последовать примеру.
— А ты как думаешь? — Фарен, осклабившись, похлопал по кожаной сумке, висевшей у него на поясе.
— Старый ты лис, — улыбнулся Олланд, сверкнув глазами. — Доставай, чего стоишь?!