В сентябре тридцать дней

РОБЕРТ ЯНГ

В СЕНТЯБРЕ ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ

Перевел с английского Н. Колпаков

Объявление в окне гласило:

ПРОДАЕТСЯ ОЧЕНЬ ДЕШЕВО!

ШКОЛЬНАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА!

А чуть ниже мелкими буквами было добавлено:

Может готовить обед, шить и выполнять любую работу по дому!

При слове "школа" Денби вспомнил парты, ластики и осенние листья; учебники, школьные мечты и веселый детский смех.

Владелец маленького магазина подержанных вещей нарядил учительницу в яркое цветастое платье и маленькие красные сандалеты, и она стояла в окне в прямо поставленной коробке, словно большая, в человеческий рост кукла, в ожидании, когда кто-то явится и пробудит ее ото сна.

Денби шел по оживленной улице, пробираясь на стоянку к своему малолитражному бьюику. Было понятно, что дома уже, видимо, заказан по номеронабирателю ужин, что он стынет на столе, и жена разгневается за опоздание, однако он остановился и продолжал стоять на месте, высокий и худой, рядом со своим детством, блуждавшим в его задумчивых глазах, робко выглядывавших на мягком лице.

Денби всегда раздражала собственная апатичность. Он тысячу раз проходил мимо этого магазина на пути от стоянки автомобилей к месту службы и обратно, но почему-то только сегодня впервые остановился и обратил внимание на витрину.

Но, может быть, только сейчас что-то такое, в чем он крайне нуждался, впервые появилось в самой витрине.

Денби задумался. Нужна ли ему учительница. Вряд ли. Однако Луаре несомненно необходим помощник в доме, а купить автоматическую служанку они не в состоянии. Да и Билу наверняка не помешают дополнительные занятия к предстоящим переходным экзаменам сверх программы обучения, даваемой по телевидению, а...

А... а ее волосы напомнили ему сентябрьское солнце, ее лицо - сентябрьский день. Осенняя дымка окутала Денби, совершенно внезапно апатия прошла, и он двинулся, но не к стоянке автомобилей.

– Сколько стоит учительница, что выставлена в витрине?
– спросил он.

Всевозможные антикварные вещи были раскиданы на полках этого магазина. Да и сам хозяин - маленький подвижный старичок с седенькими кустистыми волосами и пряничными глазами - напоминал одну из них.

Услышав вопрос Денби, он весь засветился.

– Вам она понравилась, сэр? Она просто прелесть!

Денби покраснел.

– Сколько же?
– повторил он.

– Сорок пять долларов девяносто пять центов, плюс пять долларов за коробку.

Денби едва верил сказанному. Сейчас, когда учителя столь редко встречаются, было бы естественно рассчитывать, что цены на них возрастут, а не наоборот. К тому же и года не прошло, как он собирался купить какого-нибудь третьесортного, побывавшего в ремонте учителя, чтобы помочь Билу готовить уроки, и самый дешевый, которого он отыскал, стоил больше ста долларов. Даже и за такую сумму он его купил бы, если бы не Луара, которая отговорила его. Она никогда не ходила в настоящую школу, поэтому не знала, что это такое.

А тут сорок пять долларов девяносто пять центов! Да еще умеет шить и готовить! Уж теперь Луара наверняка не станет возражать...

Конечно не станет, если он не даст ей такую возможность.

– А-а она в хорошем состоянии?

Лицо старичка помрачнело.

– Она прошла капитальный ремонт, сэр. Заменены полностью все батареи и серводвигатели. Ленты прослужат еще лет десять, а блоки памяти и того больше. Сейчас я вытащу ее и покажу.

Хотя коробка стояла на роликах, управляться с нею было нелегко. Денби помог старичку вытащить учительницу из витрины и поставить возле двери, где было посветлей.

Старичок отступил назад в восхищении.

– Я, быть может, несколько старомоден, сэр, - заявил он, - однако должен вам сказать, что современные телепедагоги и в подметки ей не годятся. Вы когда-нибудь учились в настоящей школе?

Денби кивнул головой.

– Я так и подумал. Интересно...

– Включите мне ее, пожалуйста, - прервал Денби.

Учительница приводилась в действие с помощью маленькой кнопки, спрятанной за мочкой левого уха. Хозяин магазина немного покопался прежде, чем найти включатель, затем послышалось легкое "Щелк!", сопровождаемое еле слышным гудением. Вскоре на щеках учительницы заиграли краски, грудь начала ритмично вздыматься и опускаться, раскрылись голубые глаза...

Денби так сжал кулаки, что ногти впились в ладони.

– Попросите ее сказать что-нибудь!

– Она откликается и реагирует почти на все, сэр, - заметил старичок.
– На слова, фразы, сцены, события... Возьмите ее, сэр, и, если она вам не подойдет, можете привезти обратно, и я с удовольствием верну вам деньги.

Старичок заглянул в коробку.

– Как вас зовут?
– спросил он.

– Мисс Джоунс, - в голосе ее слышался шепот сентябрьского ветра.

– Ваша профессия?

– Основная - учительница четвертого класса школы, сэр. Но могу преподавать в первом, втором, третьем, пятом, шестом, седьмом и восьмом классах и имею хорошую подготовку по гуманитарным дисциплинам. Кроме того, умею петь в домашнем хоре, готовить обед и выполнять простейшие операции по шитью штопать дырки, пришивать пуговицы, поднимать петли на чулках.

– В последние модели фирма внесла много новшеств, - заметил старик, обращаясь к Денби.
– Когда они в конце концов поняли, что телеобучение приобретает популярность, они стали делать все, что в их силах, чтобы побить конкурирующие компании пищевых концентратов. Но толку не добились. Ну-ка, мисс Джоунс, выйдите из коробки и покажите-ка нам, как мы ходим.

Она прошлась по захламленной комнате; ее маленькие красные сандалеты мелькали по пыльному полу, яркое платье чем-то напоминало золотую осень. Затем она вернулась и встала в ожидании возле дверей.

Денби не в силах был сказать ни слова.

– Хорошо, - вымолвил он наконец.
– Положите ее обратно в коробку. Я беру ее.

– Пап, это для меня?
– закричал маленький Бил.
– Да?

– Так точно, - ответил Денби, и вручную подкатил коробку к дому, поднял ее на маленькую веранду, а затем сказал, - и для нашей мамочки также.