Чтение онлайн

– Я знаю, что ты задумала. Я хоть и не продавец, но тоже могу читать твои мысли. Ты считаешь, что из этой истории можно будет извлечь побольше, чем десять тысяч, если только все сделаешь правильно. Если мы все сделаем правильно.

– А почему бы и нет. – Иди прижалась щекой к прохладному стеклу окна автомобиля. – Пора уже удаче прийти и ко мне.

– Прийти к нам, – поправил Кусака, крепко сжав руками руль.

До наступления сумерек Августин помогал Бонни Лам искать мужа. Макса им обнаружить не удалось, но в ходе поисков они наткнулись на сбежавшего самца макаки. Он сидел на грейпфрутовом дереве и швырял оттуда в прохожих неспелыми плодами. Августин выстрелил в животное шприцем со снотворным, и оно рухнуло с дерева, словно кукла. Но Августин страшно смутился, обнаружив на ухе обезьяны бирку, на которой было указано, что животное является собственностью университета Майами.

Он поймал чужую сбежавшую обезьяну.

– Что будем теперь делать? – спросила Бонни. Она протянула руку, намереваясь погладить неподвижное животное, но передумала. Полузакрытые глаза обезьяны смотрели на нее одурманенным взглядом. – А вы хороший стрелок, – похвалила она Августина.

Но он не слушал.

– Нехорошо, – пробормотал Августин, отнес неподвижное животное к дереву и осторожно уложил его в расщелину между двумя сучьями. Затем он отвел Бонни к своему фургону. – Скоро совсем стемнеет, а я не взял с собой фонарик.

Минут пятнадцать они разъезжали по кварталу, пока Бонни не заметила свой автомобиль. Макса в машине не было. Кто-то взломал багажник и украл все вещи, в том числе и сумочку Бонни.

Августин предположил, что это работа мальчишек-хулиганов. Бонни слишком устала, сил не было даже плакать. У Макса остались ключи от машины, кредитные карточки, деньги и билеты на самолет.

– Мне надо позвонить, – сказала Бонни, собираясь попросить родственников выслать ей деньги.

Августин подвез ее к полицейскому посту, где Бонни Лам заявила об исчезновении мужа. Но для полиции он был одним из многих, и не самым важным из пропавших. Встревоженные родственники разыскивали тысячи людей, исчезнувших из своих домов во время урагана, и для спасателей важнее было воссоединение семей местных жителей, чем поиск заезжих туристов.

Возле поста имелось шесть телефонов, но к ним стояли длинные хвосты. Выбрав очередь покороче, Бонни поблагодарила Августина за помощь и приготовилась ждать.

– А что вы будете делать ночью? – спросил Августин.

– Со мной все будет в порядке, – ответила Бонни и насторожилась, услышав, как Августин сказал:

– Я так не думаю.

Он взял Бонни за руку и повел к фургону. Она подумала, что ей следовало бы испугаться, но против всякой логики Бонни чувствовала себя в безопасности в обществе этого совершенно незнакомого ей человека. И еще она подумала, что с ее стороны вполне уместной реакцией на исчезновение мужа была бы паника, а вместо этого она ощущала странное спокойствие и ясность. «Наверное, я просто очень устала», – решила Бонни.

Вернувшись к ограбленной машине, Августин написал записку и сунул ее под одну из щеток ветрового стекла.

– Я написал свой номер телефона, – сообщил он Бонни Лам. – Это на тот случай, если ваш муж придет сюда ночью. Тогда он будет знать, где вас искать.

– Значит, мы едем к вам домой?

– Да.

В темноте Бонни не могла видеть выражение лица Августина.

– Тут царит сплошное сумасшествие, – промолвил он. – Эти идиоты стреляют во все, что движется.

Бонни кивнула. Она слышала звуки выстрелов, доносившиеся со всех сторон. «Графство Дэйд – это военный лагерь», – предупреждал их агент туристического бюро. Он назвал эту поездку «маршрут для самоубийц». – Только нога глупца может ступить к югу от Орландо.

«Макс свихнулся, – подумала Бонни. – Что на него нашло?»

– А знаете, для чего мой муж приехал сюда? – обратилась она к Августину. – Рассказать вам, чем он занимался, когда пропал? Он снимал видеокамерой разрушенные дома. И людей тоже.

– Зачем? – удивился Августин.

– Чтобы потом показать пленку своим друзьям.

– Господи, но это же...

– Болезнь, – оборвала Августина Бонни. – Это называется болезнь.

Августин ничего не сказал, он молча вел машину в направлении шоссе. Бесполезность охоты на обезьян была очевидной, Августин понимал, что большинство животных его покойного дяди потеряны безвозвратно. Крупные млекопитающие – африканский буйвол, медведи, ягуары – непременно где-нибудь объявятся, и их появление чревато несчастными случаями. А вот змеи и крокодилы сейчас, наверное, празднуют освобождение, совокупляясь на радостях в болотах Эверглейдс и обживая для потомства новую тропическую среду обитания. Августин чувствовал, что с точки зрения морали было бы неправильным мешать им. Сбежавшая кобра имеет точно такое же право жить во Флориде, как и вышедшие на пенсию портные из Куинса. Естественный отбор все поставит на свои места. Не мешало бы и этому Максу Ламу пройти естественный отбор, но Августину было очень жаль его жену. Он отбросит в сторону свои принципы и поможет ей найти пропавшего мужа.

Августин вел машину, включив дальний свет, потому что фонарные столбы попадали, а на улицах валялись обломанные сучья деревьев, куски досок и прочего строительного материала, покореженные металлические листы, исковерканные бытовые приборы, распотрошенные диваны. Увидели они здесь и домик куклы Барби, кровать с балдахином, антикварную фарфоровую горку, детский стульчик на колесах, пишущую машинку, сумку с клюшками для гольфа, деревянную кадку, расколотую пополам, словно это была ореховая скорлупа. Бонни сказала, что у нее такое впечатление, будто какая-то фантастически огромная рука подняла вверх сотни тысяч домов и вытряхнула из них все вещи.

Августину эта картина больше напоминала налет бомбардировщиков «В-52».

– Вы впервые сталкиваетесь с ураганом? – спросила Бонни.

– Вообще-то нет. – Августин притормозил, объезжая труп коровы. – Я был зачат во время урагана «Донна», по крайней мере так утверждает моя мать. Дитя урагана. Это было в 1960 году. Ураган «Бетси» я помню очень плохо, потому что мне было всего пять лет. У нас погибло несколько лип, но дом совершенно не пострадал.

– Как это романтично, – промолвила Бонни, – быть зачатым во время урагана.

– Мать говорит, что в этом есть смысл, учитывая, что из меня получилось.

– И что же из вас получилось?

– Разное говорят.

Августин влился в поток машин, медленно двигавшихся под уклон к шоссе. В этот момент их «подрезал» ржавый «форд» с погнутым номером штата Джорджия. «Форд» был набит бродячими строителями, которые добирались сюда несколько дней и наверняка всю дорогу пили. Водитель «форда», лохматый блондин с гнилыми зубами, бросил похотливый взгляд на Бонни и выкрикнул непристойность. Августин сунул руку за сиденье и вытащил оттуда небольшое ружье. Выставив ствол ружья в форточку, он всадил шприц со снотворным прямо в живот наглому водителю «форда», который завопил и свалился на колени одного из своих дружков.

– Ну и манеры у них, – промолвил Августин. Он дал полный газ, оставив остановившийся «форд» у обочины.

«Боже, что же я делаю?» – подумала Бонни Лам.

В полночь они сделали привал – Макс Лам, обезьяна и человек, называвший себя Сцинк. Макс был благодарен одноглазому за то, что тот позволил ему надеть ботинки, так как им пришлось идти несколько часов в полной темноте через глубокое болото и колючие заросли. Голые ноги Макса жгло от царапин и укусов насекомых, он ужасно проголодался, но молчал об этом, поскольку знал, что похититель предложит ему остатки дохлого енота, сваренного на ужин, а Макс не желал даже притрагиваться к такой пище.