Три краски
Шрифт:
– Возьми, – она сунула ему в руки конверт с фотографиями.
– Забери, это тебе! – отказался Пашка.
– Ладно! Мне так мне. Я пошла. Не надо провожать! – Лара кинула фотографии в пакет с красками и торопливо зашагала прочь от Пашки.
Она больше не плакала и, как ни странно, совсем позабыла о Кирилле. Теперь Лариса думала о Пашке. Что с ней происходит? Может, она влюбилась? Ну нет, совсем нет. Он ей нравится, но только как друг. Пашка человек хороший, душевный, добрый, очень самостоятельный, отзывчивый и надежный. Сколько хороших качеств! Так, может, не просто как друг? Тогда почему она так возмутилась после поцелуя? Не понравилось? Может, и понравилось. Только все неправильно, все не вовремя. Анька – подруга. Они, правда, с Пашей вроде пока не встречаются, но все равно о нем нельзя даже думать. Табу. Вот и хорошо, что он не поцеловал ее снова, как ей хотелось в то сумасшедшее мгновение. И зря она, наверное, так на парня набросилась! Чуть не растерзала бедного! Надо бы извиниться, объяснить…
Занятая этими мыслями, Лара дошла до дома, поднялась на свой этаж и вдруг замерла – от неожиданности: у ее двери на старом обшарпанном чемодане сидела девушка – молоденькая, одетая в легкое драповое пальто. При виде Лары она тоже как-то напряглась, выпрямилась и почему-то покраснела, словно волнуясь.
– Вот я приехала, – сказала девушка.
Лара озадаченно посмотрела на приезжую. Они были совершенно незнакомы. Впрочем, наверное, девушка просто ошиблась – то ли этажом, то ли подъездом, а может, и вовсе не в тот дом забрела. В Москве приезжим легко заблудиться.
– Простите, а вы к кому? – спросила Лариса.
Девушка вытащила из кармана помятую бумажку, внимательно посмотрела на нее и спросила:
– Вершинина, 26?
– Ну да. – Лара утвердительно кивнула, боясь, что девушка не совсем понимает русский язык или туго соображает – вдруг умственно отсталая какая-нибудь, сбежала из специального интерната.
– Подъезд первый, этаж пятый, квартира двадцать? – читала девушка дальше.
– Да… – уже неуверенно произнесла Лара, предчувствуя беду.
– Вот я и приехала!
Вот это и называется «И снова здравствуйте!».
Ситуация становилась комической, но Ларисе было совсем не до смеха.
– А вы кто? И откуда? – спросила она.
– Я – Варька! С Украины! Разве не помните? Мы с вами переписывались! Вы мне еще данные написали. И я деньги кинула на карточку вам – тридцать тысяч – за два месяца съема! – темпераментно говорила девушка. – Шо не помните? Як же так?! Я ж вам и варенья привезла… вишневого…
Она совершенно растерялась и сейчас стояла на лестнице, беззащитно моргая ресницами, – совсем еще молоденькая, Ларисиного возраста или даже чуть помладше.
– Два месяца съема? – Лара ужаснулась. – Я, кажется, начинаю понимать… Вы нарвались на мошенников! Вам обещали сдать эту квартиру?
– Мошенников? – У девушки в глазах отразилось недоумение. – Я ни с какими мошенниками не говорила. Я с вами общалась. Вы же Таня? Вы мне реквизиты дали и сказали, что я могу к вам приехать сегодня.
– Нет, меня не Таней, меня Ларисой зовут, – выдохнула Лара. Ей стало жалко эту бедную беспомощную девушку. – Что же мне с вами делать? Когда у вас обратный поезд?
– Поезд? Но я не собираюсь на поезд, мне работать нужно! – затараторила Варя. – Я же работать приехала. Гроши зарабатывать! Вот ведь бис! Я все гроши вам перевела, то есть не вам, а Тане этой… Не знаю кому! У меня мама больная, мне на лекарства надо… я…
В голосе девушки слышалось такое отчаяние, особенно когда речь зашла о маме, что Лара уже не раздумывала.
– Ладно, отодвинься! – машинально перейдя на «ты», она открыла дверь. – Поживешь у меня. Пока не устроишься, а там найдем тебе нормальную съемную квартиру. Только чур: если хозяйка моя придет, будешь прятаться, а то она устроит мне втык за второго жильца!
Девушка кивнула и вошла в квартиру.
– Спасибо! Я даже не знаю, чтобы я сейчас делала, вот ведь бис попутал! – Она хлопнула себя по бокам и горестно покачала головой.
Лара улыбнулась. Ну и ладно, так даже лучше, по крайней мере, сегодня она точно не будет реветь, ломая пальцы от одиночества.
Проснулась Лариса от смутного беспокойства. «Интересно, все ли ценности на месте?» – подумала она, вспоминая о гостье. Все-таки нельзя вот так впускать в дом незнакомку – узнай об этом мама, непременно бы ее отругала. И за дело. Ведь гостья могла оказаться подсадной уткой и не только ограбить, а, скажем, пустить своих подельников в квартиру…
Не помня себя от ужаса, Лара вскочила с кровати. Варя спала, подложив ладонь под румяную щечку, и дышала спокойно, как младенец. Слава богу, все нормально. Лариса перевела дух и тут же устыдилась: все-таки подозрительная она стала – сразу думает плохое, будто человек не может попасть в затруднительное положение. К счастью, далеко не все вокруг негодяи и мошенники, хотя и этих, увы, достаточно…
Вздохнув, Лариса тихонько прокралась мимо спящей соседки на кухню. Включила чайник. Интересно, что теперь делать? Естественно, ни о какой поездке к маме речь не идет, на праздники она останется тут, с этой незнакомой девушкой. Ну, может, и к лучшему – все не одной!
Лара заварила чай, нагрела сковороду, разбила несколько яиц и, обернувшись, увидела Варю – девушка стояла в кухонном проеме и наблюдала. Ее появление застало Лару врасплох – уж слишком тихо, как тень, двигалась новая соседка.
– Ты чего встала? – стараясь замять неловкость, заговорила Лариса.
– У тебя планы, я мешаю? – спросила Варя, по-детски заглядывая Ларе в глаза.
– Нет, не мешаешь… Просто я думала поехать к маме – ну не то что решила, просто были мысли, но я колебалась. А теперь точно поняла, что не поеду.
– Нет, ты не должна менять планы из-за меня, – Варя явно огорчилась. – Я сегодня же съеду. Я не знаю куда. Я напишу смс родственникам, чтобы они перевели денег, поеду в гостиницу. Обо мне даже не думай, где наша не пропадала!
– Вот пусть и дальше не пропадает! – улыбнулась Лара. – Мы в ответе за тех, кого приручили. Я же сказала, что все уже решила. К чему эти разговоры? Давай лучше кушать! А от тебя тогда буду требовать одного – чтобы мне на каникулах не было скучно. Идет?
– Идет, – Варя улыбнулась.