Чтение онлайн

Он посмотрел на хозяев дома:

– Итак, кто из вас двоих, мессиры, будет немцем?

– Естественно я, – сказал Феррандо.

– Ты говоришь по-немецки? – спросил Жозеф.

– Довольно бегло. В любом случае этот Брико вряд ли что-нибудь поймет. Сибуле должен только сказать, что помимо пятидесяти ливров я предлагаю еще сто, чтобы перегнать баржу в Гавр.

– А если он откажется?

– Мы уйдем и обсудим, как быть.

– Сто ливров – сумма соблазнительная, – согласился Сибуле. – Теперь вам нужно снять комнату на постоялом дворе "Золотое колесо" под немецкой фамилией… Шёффер, так? Я провожу вас. Поторопитесь, уже темнеет.

– Сибуле, вы просто мэтррр! – вскричал Феррандо.

Он побежал, чтобы собрать дорожный саквояж, и вскоре вернулся. Оба пожелали спокойной ночи Жанне с Жозефом и тут же ушли.

Мэтр Антуан Брико был человеком лет сорока с соломенной шевелюрой. Он смерил Феррандо взглядом; тот выбрал одежду самых тусклых цветов – черную с серым. Кроме того, принял суровый и озабоченный вид. Сибуле едва не расхохотался, когда увидел его в харчевне при постоялом дворе.

Все трое уселись за стол. Сибуле заказал три стакана ипокраса.

– Бедный мэтр Фуст, – начал Брико, – кто бы мог подумать! Поскольку Сибуле уже начал испытывать явные затруднения с переводом, Феррандо перехватил инициативу:

– Ja, ja, niemand kann es glauben! Das war uberhaupt tragisch und schmerzlich! [48] – Он покачал головой. – Францюзски шуть-шуть говорить, мэтр Прико. Не злишком карашо, но фее понимать! – добавил он.

Брико с облегчением кивнул. Феррандо вытащил свой кошель и отсчитал пятьдесят ливров. Глаза Брико вспыхнули.

– Да ладно! Не слишком вы и припозднились. Пятьдесят ливров! Вы щедрый человек. Вы мне должны только сорок два.

Феррандо отмахнулся, показывая, что это не имеет значения, затем притронулся к руке Сибуле, приглашая того вступить в беседу.

– Jetzt sprechen sie [49] .

– Дело в том, что мэтр Шёффер хочет дать вам заработать побольше денег, – сказал Сибуле.

– Да? – отозвался Брико, которого выгодная сделка привела в превосходное расположение духа. – Надеюсь, вы не заставите меня снова стеречь эти проклятые ящики?

Сибуле покачал головой:

– Нет, он хочет, чтобы вы доставили их в Гавр.

– В Гавр? – вскричал ошарашенный Брико. – Да ведь река скоро встанет!

– Не встанет до пятнадцатого декабря, точно, а может быть, и позже, – возразил Сибуле. – Вы успеете добраться до Гавра и вернуться обратно.

– Мне нужно подумать, – сказал Брико. – Мне нужно по крайней мере два человека и…

– Nein! – отрезал Феррандо. – Heute! Сегодня! Сто лифроф, мэтр Прико! Сто лифроф!

Было видно, что сумма поразила Брико. Он вытаращил глаза и отхлебнул из своего стакана.

– Сто ливров, – подтвердил Сибуле. – Десять получите сразу.

Не всякий речник зарабатывал такие деньги за целый сезон. Брико спросил, что же хранится в ящиках.

– Ткацка машин, – ответил Феррандо, скрещивая пальцы. – Фы понимать? Ткацка!

– Ладно, тогда договоримся на завтра, – сказал Брико. – Дайте мне время найти помощников.

– Ф который час? – спросил Феррандо.

– В восемь утра, у баржи.

Феррандо кивнул и отсчитал десять ливров, затем пододвинул монеты к Брико.

– Слово чести, – сказал Брико.

– Молшание? – осведомился Феррандо.

Брико не понял. Сибуле объяснил, что об этом деле не следует распространяться. Брико кивнул и обменялся рукопожатием с обоими.

Сделка состоялась.

– Я все-таки беспокоюсь, – сказала Жанна. – А если этот человек проболтается?

– Не проболтается, – отозвался Феррандо, – но риск, конечно, есть. Однако избежать его мы не можем. В любом случае я сяду на эту баржу.

– Жозеф, – сказала Жанна, – поедем за баржей по берегу, в повозке.

Жозеф на мгновение задумался.

– Почему бы и нет? – воскликнул он.

И ушел искать повозку.

На следующий день, поцеловав Деодата и предупредив кормилицу, что уезжает на пару недель, Жанна села в повозку, нанятую Жозефом. Феррандо же отправился на мост Менял.

Баржа, особенно такая большая и тяжелая, как "Прекрасная Катрин", не могла двигаться со скоростью повозки, поэтому было решено встретиться для начала в Пуасси, где Жанна с Жозефом подождут Феррандо. Они поехали по дороге вдоль Сены. Несколько раз за день они останавливались и ждали. Жозеф выходил на берег и смотрел, как Феррандо машет им руками в знак того, что все идет хорошо. Ночью баржа пришвартовалась в Верноне. В темноте двигаться по реке было опасно: суда могли столкнуться друг с другом, хотя каждое имело большой фонарь на носу и на корме. В Верноне все и заночевали.

Феррандо продолжал ломать комедию и сохранял свой немыслимый акцент.

Жанна спала плохо. Ей не удавалось прогнать глухую тревогу. Она не верила, что никто не заметил, как увезли эти драгоценные приспособления. От Сибуле она знала, что Париж кишит шпионами.

Встала она рано, задолго до рассвета. Быстро покончив с утренним туалетом и выпив только стакан воды, поскольку харчевня постоялого двора еще не открылась, она направилась к находившемуся в отдалении берегу. День едва занимался, все вокруг выглядело серо-голубым. Было очень холодно. На краю узкого причала, где была пришвартована "Прекрасная Катрин", она заметила две фигуры. Мужчины. В черном. Неподалеку стояли две лошади, привязанные к деревьям.

Сердце ее заколотилось. Чтобы появиться здесь так рано, они должны были скакать во весь опор. Из Парижа. Должно быть, их предупредили через несколько часов после отплытия Феррандо. И они рассчитали, что баржа остановится в Верноне. Спешка была свидетельством их решимости. Судя по всему, они прикажут Брико выгрузить ящики и доставят их в Париж. Они приехали только что: наверное, ждали рассвета, чтобы призвать лучников. Наверняка они арестуют Феррандо. Самозваный немец будет разоблачен. Его сообщники тоже: Жанна де л'Эстуаль, которую уже судили по обвинению в колдовстве, и Жозеф де л'Эстуаль, крещеный еврей. Все это вызовет громадный скандал. Суд проигран, еще не начавшись: никогда судьи не осмелятся пойти против Сорбонны.