Чтение онлайн

– Здесь проводится спецоперация, - сказал я жестко и показал студенческий билет парню.
– Немедленно покиньте заведение. Иначе будете иметь большие неприятности с комитетом госбезопасности. Еще раз повторяю, не-мед-ленно.

– Парень повернулся, на негнущихся ногах пошел к своему столику и, очевидно, передал мои слова приятелям. Но этим дело не закончилось. От столика отделился другой молодой человек и тоже пошел к нашему столику. Я понял, что он не поверил своему товарищу и решил проверить правдивость его слов. Но я его встретил, как говорится, во всеоружии, сначала внушив ему страх, а потом, повторив все, что уже сказал первому гонцу.

Этот парламентер испуганно и часто кивал, соглашаясь со мной, при этом лицо его стало пунцовым, в глазах застыл неподдельный страх, и он заторопился в сторону своего столика, спотыкаясь и задевая стулья редких посетителей. Эту четверку как ветром сдуло. И двух минут не прошло, как за столиком никого не осталось.

Лена, казалось, ничего не поняла, она потеряла дар речи и тоже испуганно смотрела на меня. Потом, заикаясь, сказала:

– А что это было? Какой комитет госбезопасности?.. Ты кто?

– Лена, я все объясню, - попытался я успокоить девушку и не нашел ничего лучше, как показать для начала небольшой фокус, который я с некоторых пор стал проделывать, испытывая потребность в тренировке, когда не было свидетелей.

Я открутил от солонки, стоявшей на столике пластмассовую крышечку и положил ближе к краю полированного столика - если бы столик оказался застеленным скатертью, мне было бы труднее продемонстрировать свой фокус. Я попросил Лену помолчать и ни о чем не спрашивать меня минут пять, потому что мне нужно было на это время отрешиться от всех мыслей, что для меня не составляло особого труда, но стоило большой концентрации. Я сосредоточил взгляд на предмете, при этом зрение мое размывалось настолько, что я уже больше ничего, кроме предмета не видел. Крышечка шевельнулась и поползла к краю столика, у края она ускорила движение и упала на пол, глухо стукнувшись о паркет.

Лена молчала. Она как-то недоверчиво смотрела на меня, а в глазах ее было недоумение. Наконец она спросила:

– Телекинез?

– Телекинез или психокинез. Неважно. В общем, парапсихология.

Я видел, что Лена сбита с толку. Для нее все, что она увидела, оказалось необычным, и она не знала, как теперь относиться ко мне. Она ждала моего объяснения.

– Понимаешь, - сказал я.
– Я обладаю некоторыми, как называют это ученые, аномальными способностями, которые стараюсь не афишировать, потому что многие относятся к этому с недоверием. Я показал тебе простой опыт с воздействием на предмет с помощью мысленного усилия. Это пока необъяснимо, но как ты могла убедиться, реально.

– А ты еще сказал психокинез. Это что?
– спросила Лена. Может быть, в ней говорило простое женское любопытство, но меня устраивало, что мой простой сеанс телекинеза пока отвлек ее от более сложного явления, каким оказалась спонтанная демонстрация гипноза, и я в двух словах объяснил суть явления, как сам это понимал.

– То же, что и телекинез. Только в случае, если на предмет действуют с помощью мысленного усилия, то это психокинез, но так как ученые не признают материальность мысли, то считают, что воздействие происходит за счет образования физического поля, и называют это телекинезом.

– Володя, а как ты заставил их всех уйти из кафе?
– вернулась Лена к инциденту с компанией за столиком у окна.
– Это гипноз?

– Это внушение через гипноз.

– Я не испугалась, когда к нам подошел один, потом другой тип из компании, меня напугал ты. У тебя изменилось лицо, это было не лицо, а маска. И глаза. Глаза стали черными.

– В такие моменты я не контролирую себя. В этом состоянии я словно выхожу из своей оболочки и становлюсь кем-то другим. К этому я уже давно привык, как и к тому, что для окружающих я в этот момент бываю неприятен.

– А как ты это делаешь?
– спросила Лена.

– Не знаю, - искренне ответил я.

– А что ты еще умеешь?

– Ну, я могу, например, при определенных условиях увидеть прошлое, а иногда и будущее. Вижу сны, которые считают пророческими.

– Ну, это уже из области мистики.

– Это общее заблуждение. Тот, кто сталкивался с этим и видел все своими глазами, не станет отрицать это так, как сейчас ты; в крайнем случае, промолчит... Время составляет единое целое и не имеет ни конца, ни начала, и для того чтобы увидеть будущее, нужно только выйти из обычных границ пространства-времени, то есть достичь измененного состоянии сознания.

Я могу входить в такое измененное состояние. У меня был случай, когда я помог милиции найти убийцу, "увидев" все его действия вплоть до убийства и даже орудие убийства, и это стало уликой. А совсем недавно мы с друзьями спасли тонущую девочку, благодаря предвидению. Я совершенно четко "увидел" то, что произойдет в ближайшее время, находясь в сотне метров от места предполагаемо случая...

– Да много всего было, - заключил я.
– Давай есть мороженое.

Мы молча ели наше мороженое, и я видел, что Лена делала это нехотя, а когда я хотел ее проводить до дома, она извинилась, сказав, что после всего случившегося хочет побыть одна.

– Мы еще увидимся?
– спросил я по инерции.

– Не знаю, - ответила она.

Я, может быть, вынужденно рассказал Лене больше, чем следовало. Но иногда появляется насущная потребность поделиться с кем-то тем, что становится невозможным постоянно носить в себе. Но, оказывается, не все могут принять то, что выходит за рамки нашего сознания.

Глава 9

Турист Курт из ФРГ. Я показываю Курту достопримечательности города. В Гостином дворе. Товарищ из органов. В пивном баре на Невском с немцами. Политический спор по некоторым моральным аспектам. Я объяснил, почему мы не сдали им Ленинград.

В одно из воскресений, в день свободный от занятий, я намеревался съездить в Петергоф, пока еще работали фонтаны. На праздник закрытия фонтанов я не попал, но фонтаны обычно закрываются где-то в середине октября, и мне хотелось успеть полюбоваться этой красотой. Я спустился по лестнице на первый этаж общежития.

Внизу какой-то человек пытался что-то втолковать вахтерше тете Глаше на смеси английского, немецкого и русского языков. Вахтерша слушала, кивала головой и все повторяла, почему-то ломая язык: "Ихь не понимайт". Увидев меня, вахтерша обрадовалась.