Чтение онлайн

– Какая разница. Значит, озеро находится неподалеку.

– Ну как сказать. Два дневных перехода – это не меньше шестидесяти миль, да по территории противника, да еще если учесть, что хотя там и нет постоянных поселений, но всегда хватает орков, добывающих эту самую соль, то – да, просто рядом и без проблем.

– Ну мы-то знали, что это будет непросто. Когда выдвигаемся?

– Что значит «выдвигаемся»? Ты остаешься здесь.

– С какой стати?

– Эндрю, это даже не обсуждается. Кто сумеет лучше тебя позаботиться о наших семьях, случись что? Так что даже не думай – слишком просто пойти и погибнуть в степи. Не-э-эт, ты, дружище, помучаешься еще, вспоминая эту соль. Да ладно, не дуйся, я пошутил. А выйдем завтра. Мы только что вернулись из патруля, так что несколько дней у нас есть – успеем обернуться.

– Уверен, что завтра твои люди будут готовы к путешествию? Гуляют ведь.

– Гуляют. Но без фанатизма.

– Как это?

– Не увлекаются, говорю. Я разрешил оттянуться по полной только Якову.

– Вот бугай.

– Есть такое.

– И как ты тогда не испугался?

– Дурак был. Думал, успею воспользоваться оружием, случись что, а потом уже поздно было. Ладно, это прошлое. Скоро придет сэр Мартин, так что давай определяться с долей его людей.

– А ты что же, хочешь сразу отправиться с караваном? Без разведки?

– А чего разведывать? Если нас обнаружат, то дай бог ноги унести, и на второй заход мы сможем пойти не скоро – пока все не успокоится. Нет, идти – так сразу.

– А как ты ее добывать-то собираешься, тебе известен метод?

– Конечно же нет. Но судя по тому, что я помню, можно будет устроить лотки как для промывки золота, только вместо шкур использовать множество поперечных реек, вот соль и будет откладываться на этих рейках.

– Долгий процесс.

– Это как вариант. Там видно будет, но отталкиваться будем именно от этого. Так что без людей из Мэллоу нам не обойтись – они нужны и как рабочая сила, и как обозники. Сорок бурдюков-то мы у тебя найдем?

– А зачем так много?

– Как бы не мало. Воды пресной много нужно будет. Считай, по бурдюку на человека, чтобы отмыться от соли, а то, знаешь, с соляной коркой путешествовать двое суток – то еще удовольствие: вернутся все в язвах, если вообще не на носилках тащить придется. Ну и лошадей поить нужно – там в окрестностях точно не будет никаких пресных водоемов, а это, по самым скромным подсчетам, восемьдесят лошадей.

– Будут тебе сорок бурдюков.

– Тогда возвращаемся к сэру Мартину. Почем пойдет соль?

– По шиллингу за унцию.

– Ого.

– А ты как думал. Товар-то не для простолюдинов.

– Так если мы вернемся с полной загрузкой, то это получится… – Андрей стал спешно подсчитывать в уме и вскоре выдал результат: – Что-то около тысячи двухсот полновесных цехинов.

– Ошибочка, – улыбаясь, возразил Эндрю, который также проводил вычисления. – Бери в два раза больше.

– Не наглей. Откуда больше? Соль-то мокрая будет. Так что раза в два тяжелее получится.

– Почему мокрая?

– Издеваешься! А где я тебе ее в степи сушить буду? Там заниматься этим будет некогда. Дай бог загрузиться и ноги унести.

– Сколько положишь воинам?

– По пять золотых. И не смотри на меня так. Это мои люди, и рисковать они будут наравне со мной, а то и больше.

– А людям сэра Мартина сколько положишь?

– Столько же.

– Не многовато за пятидневный поход?

– Не забывай: им еще и работать, и об обозе заботиться, моих-то я на работы и не подумаю задействовать, даже мальцы к обозу не притронутся. Если никто в те места не суется, хотя заработать можно очень прилично, то, скорее всего, там полная задница.

– А если не удастся добыть соль?

– Все одно селянам заплатить придется, но только по золотому. Иначе в следующий раз с нами могут и не захотеть иметь дело.

– Ладно. Получается, жалованье сто восемьдесят золотых, и остается около двадцати, как раз на расходы. Чистыми выходит тысяча золотом. Неплохо. Как будем делить?

– Как, как… Пополам.

– Ты щедр.

– Ага. Мало добыть товар – его еще и сбыть нужно, а это целиком твоя проблема, я сюда вообще не хочу касаться.

– Договорились. Но только я возьму треть. Не смотри на меня так, это будет по-честному.

С сэром Мартином, как и ожидалось, проблем не возникло – как и со старостой, который прибыл вместе с сюзереном. Андрей мысленно порадовался за новоиспеченного барона. Тот не стал чиниться, и коли уж селяне выступили в роли вассалов, а не смердов, то и отношения они требовали другого. Это смерда можно послать куда угодно, ничего ему не объясняя, вассал – это другая статья, и если чванливый барон не видел разницы, то и получал он немного, а чаще и вовсе лишался этих самых вассалов.

Отряд двигался весьма споро – по меркам этого мира, разумеется. В среднем за день проходили около пятидесяти километров. Можно было двигаться в принципе и быстрее, но приходилось постоянно высылать головные и боковые дозоры, да и лошадей стоило поберечь – не тот случай, чтобы заставлять их выкладываться на полную. Что ни говори, а передвижение по вражеской территории – то еще удовольствие, но тем не менее им удавалось держать весьма высокий темп.

К источнику воды подошли в середине второго дня. Здесь предстояло наполнить бурдюки водой, и дальше вьючные лошади пойдут с грузом, это не должно было замедлить хода. Эти лошади обладали весьма посредственной скоростью передвижения, но силой и выносливостью с легкостью могли переспорить степных лошадок, что же касается скорости, то уступали они даже им. Впрочем, нагрузи так орочью лошадку – и та не продержится так долго, как тяжеловоз. Так что за походную скорость можно было не переживать – проблемы могли начаться, если придется уходить от погони. Тут уж одно из двух: либо бросать груз – либо отбиваться, третьего не дано.

Андрей подошел к наблюдающему за тем, как обозники наполняют бурдюки водой, падре Томасу и, также бросив в их сторону взгляд, поинтересовался:

– Падре, а все же почему вы не стали возражать против этого похода?

– Ты в своем праве, сын мой. В настоящее время ты используешь время, отведенное тебе на отдых, так что ничего не нарушаешь.

– Вы могли запретить поход просто потому, что люди не успеют отдохнуть и усталые отправятся в очередное патрулирование, а это уже есть небрежение долгом. А потом, поход сугубо личный, но вы вынуждены идти с нами, так как оставить нас не можете, но выгоды с этого вы лично не получите. Так почему же, падре?