Шрифт:
Annotation
Наш мир. Япония. Трудный путь наверх по лестнице стажёра рекламного отдела «Асикага корп».
История о том, куда может завести обычная реклама онсенов.
Master of Shadows. Книга первая. Стажёр
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Эпилог
Master of Shadows. Книга первая. Стажёр
Глава 1
**** Один из миров мироздания****
— Ох, Лизонька, как-то неспокойно у меня на душе, — вздохнула Роза Моисеевна.
— Бросьте, тётя Роза, — улыбнулась Лиза, кладя мотоциклетный шлем на стол. — Я же не первый раз остаюсь с Абрашей. Всё будет хоккей! — Лиза пальцами показала «Zero Kills».
— Опять ты на своём друндулете приехала? — укоризненно покачала головой Роза Моисеевна. — Забыла, что тебе нагадал Абраша? Это ведь совсем не шутки! — Роза Моисеевна нахмурила густые брови.
Лиза лишь беззаботно пожала плечами, про себя твёрдо решив сегодня же поквитаться с мерзким Абрашей, не откладывая месть в долгий ящик.
В свои 22 года Лиза сменила много увлечений. Её последнее хобби были мотоциклы, а точнее, отреставрированный Харли-Дэвидсон. Её серебристый байк сейчас красовался под окнами Розы Моисеевны, на реставрацию которого ушло у неё почти полгода. Из-за своей гиперактивности и увлечённости всем необычным Лиза росла нетипичным еврейским ребёнком, хотя её родители и пытались пойти по шаблонному для их народа пути и в пять лет отдали её в художественную школу. Талант у ребёнка, безусловно, имелся, но неугомонный характер и упрямство произвели совершенно обратный эффект. Очень скоро Лизе наскучило рисовать натюрморты на холстах, и она переключилась на граффити на домах и заборах. Ох, это была сущая беда для города! Кончилось всё тем, что в пятнадцать лет её в третий раз поймала полиция и пригрозила ей открытием дела и сроком в колонии для несовершеннолетних. Надо было срочно что-то предпринимать.
Её родители поохали и собрали большой семейный совет, на котором Лиза была вынуждена дать клятвенное обещание прекратить свои шалости. После этого её взор упал на татуировки, и весь свой талант она стала оттачивать в тату-салоне. Её мама, Софья Моисеевна, прекратила всякое общение в местной синагоге — где же это видано, чтобы еврейская девочка 17 лет от роду набивала купола местным бандитам? (По мнению Софьи Моисеевны и её окружения, все, кто имел татуировки, — это исключительно воры в законе.) Большой семейный совет был собран во второй раз. Лиза на него заявилась с новой татуировкой, набитой на всё её левое предплечье. Яков Моисеевич, дядя Лизы, любитель преферанса и педагог со стажем (трудовик), с умным видом сообщил, что кривая дорожка приведёт Лизу к наркотикам и проституции. После этих слов у Софьи Моисеевны чуть не случился инфаркт, а Лиза лишь надула огромный пузырь из жевательной резинки.
— Только физический труд вернёт Лизу в нормальную жизнь, если уж у неё с учёбой ничего не выходит! — закончил свою речь Яков Моисеевич.
Училась Лиза плохо, и не потому, что не могла, а потому что у неё был ярко выраженный синдром рассеянного внимания, а зашоренные педагоги ни в какую не желали ей помочь с этим. Гиперактивность, плохое поведение и оценки ниже среднего — так что на хороший университет она уже не могла рассчитывать, но что-то с этим надо было делать. В итоге семейный совет постановил сдать Лизу под опеку Арнольда Абрамовича, хорошего друга семьи. Арнольд Абрамович занимался ремонтом машин, человеком был не пьющим, и у него, со слов Якова Моисеевича, не забалуешь. Лиза лишь пожала плечами и надула ещё один пузырь.
Талантливый человек талантлив во всём, так гласит народная мудрость. Неожиданно для себя, да и для всей семьи, Лиза с головой увлеклась новой профессией. И пусть она не стала адвокатом или знаменитым врачом, но Софья Моисеевна уже могла спокойно выходить из дому и даже ходить в гости, ведь её дочка Лизонька оказалась мастером на все руки, да ещё в модной на сегодняшний день отрасли — автопроме. Слово это Софья Моисеевна узнала из газет и теперь постоянно вставляла его даже там, где это совсем не нужно было.
«Механик от бога», — качая головой, говорил про Лизу Арнольд Абрамович за чашкой чая.
И это была истинная правда — Лиза поняла, где её призвание. А когда через пару лет пришла мода на тюнинг машин, вот там-то талант художника и механика соединился воедино. Лиза уговорила Арнольда Абрамовича расширить мастерскую и заняться модным занятием — тюнингом машин. Вот тогда-то они и вышли совсем на другой уровень. И теперь, в свои 22 года, Лиза зарабатывала уйму денег, под окнами у неё стоял пусть и не новенький, но Харлей, и от женихов проходу не было. Женихи о такой жене только могли и мечтать. Но выходить замуж Лиза не спешила, она жила жизнью и брала от неё всё.
— Роза Моисеевна, ну в самом деле? — Лиза надула очередной пузырь. — Мы с Абрашей одной крови, всё будет тип-топ! Не волнуйтесь вы так.
— Так-то оно так, но что-то сердцу неспокойно, — покачала головой пожилая женщина. — А ну повтори-ка ещё раз.
— «Клетку не открывать — раз», — закатив глаза, вздохнула и начала перечислять инструкцию Лиза. — «Подходить к клетке можно только после пяти вечера — два, на ночь накрывать клетку покрывалом — три».
— И не кормить сыром, — напомнила Роза Моисеевна.
— И сыром не буду кормить, обещаю, — стукнула кулаком себя по груди Лиза.
— Может, мне всё-таки не ехать, — робко заметила Роза Моисеевна.
— Тётя Роза, вы едете всего лишь на два дня и едете, смею вам заметить, на свадьбу к племяннику своей лучшей подруги. Подумайте, что скажут о вас в Одессе: Роза Моисеевна пропустила свадьбу из-за тушкана?
Роза Моисеевна напоследок вздохнула, резво подхватила чемодан и спустилась вниз к ожидающему у подъезда такси, оставив Лизу наедине с тушканом Абрашей. Нет, не подумайте ничего плохо о Розе Моисеевне, у неё не было никакого психического отклонения; напротив, она слыла очень уважаемой женщиной в городе. Роза Моисеевна была профессиональной гадалкой и гадала она на тенях, а её тушкан Абраша активно помогал ей в этом, как-то умудряясь управлять этими тянями, создавая из них образы, которые бойко трактовала посетителям Роза Моисеевна.
Это было поистине удивительное зрелище, и её предсказания очень часто сбывались, а её репутация была такой, что заказать очередь на гадание нужно было за полгода вперёд.
Но гадание имело и свои ограничения: Роза Моисеевна гадала в строго определённое время, когда посторонние тени не могли помешать процессу. К слову сказать, и сам Абраша был необычным тушканчиком: его шерсть отливала тёмно-синим цветом, а красные глаза, когда горели в темноте, наводили жуть на посетителей. Лиза, племянница Розы Моисеевны, каждый раз, оставаясь одна, когда хозяйка вынуждена была отлучиться из дома, поскорее накрывала Абрашу тряпкой, чтобы не видеть этих жутких глаз. Тушкану это очень не нравилось и он очень громко начинал верещать, когда накрывали его клетку покрывалом.