Чтение онлайн

— Никаких семейных связей. Я знаком с ней, вот и все.

— Это она вас прислала?

— Если она узнает, что я ходил к вам, она очень рассердится. Поэтому я прошу вас никогда ничего ей не говорить. Я могу войти?

Поколебавшись, Жюстен впустил гостя.

— У меня не так много времени…

— Я ненадолго.

Молодой человек явно нервничал — переминался с ноги на ногу и то вынимал, то снова прятал руки в карманы.

— Мы, наверное, могли бы сесть… — предложил Эндрю, указав на стулья вокруг заваленного всякой всячиной стола.

Мужчины сели друг против друга.

— Как она поживает? — спросил Жюстен, избегая смотреть гостю в глаза.

— Здоровье в порядке. Настроение — не очень. Ее мать плохо отнеслась к ее беременности. В общем, сейчас она живет там же, где работает, — в замке. Я тоже там работаю.

Жюстен шумно вздохнул, запустив ладонь в коротко стриженные волосы.

— Так что вы хотите? — настороженно спросил он.

— Ничего. Я пришел не для того, чтобы обвинять вас или учить. Если вы вернетесь, но не будете счастливы, это продлится недолго, и вы в конце концов уйдете.

— Мне нужно время подумать.

— Это фраза, которой мы, мужчины, обычно прикрываемся, когда на самом деле не хотим думать.

— А еще говорили, что не хотите читать мне мораль…

— Готов держать пари, что я в своей жизни совершил гораздо больше ошибок, чем вы. Если бы в определенные моменты кто-то совершенно посторонний, кому я не должен давать отчет, пришел бы ко мне и откровенно со мной поговорил, я, быть может, нашел бы решения, которые уберегли бы меня от многих катастроф. После нашего разговора вы поступите так, как сочтете нужным. Это ваша жизнь.

— Я сам себя не понимаю. Ребенок все изменит…

— Неужели?

— Я еще так молод…

— Добро пожаловать в мир мужчин. Существует ли свой возраст для каждого этапа жизни? Между пятнадцатью и двадцатью годами мы экспериментируем, едим и пьем бог знает что, фантазируем, делимся своими фантазиями с друзьями. Мы пробуем. В лучшем случае находим границы своих возможностей, в худшем — совершаем «проколы». Вы уже прошли через это, Жюстен. На меня вы производите впечатление человека сложившегося — разве что с уборкой пока не очень… У вас есть работа. Ваша история с Манон имеет шансы на продолжение.

— Я совсем не готов к ребенку.

— Жизнь редко ждет, когда мы к чему-то подготовимся. Я не знаю, должны ли вы выбрать именно Манон, но именно сейчас вы должны задать себе этот вопрос.

— Вы считаете, что можно так вот решать такого рода вещи?

— У вас никогда не появится уверенности, вы никогда не найдете ответов, пока не встанете на эту дорогу. Но вы можете быть честным перед самим собой, слушать то, что подсказывает вам ваше сердце и не поддаваться страхам.

— Вы говорите как старый, умудренный опытом человек…

Блейк улыбнулся:

— Манон считает, что я изъясняюсь как персонаж книги, и еще она порой говорит мне такие вещи, которые меня потрясают. Хоть мы и стараемся им этого не показывать, но женщины часто производят на нас именно такое впечатление, разве нет?

— Она говорит обо мне?

— Редко, но она думает о вас все время, это я вам точно говорю.

— Она обижена на меня?

— Она ждет вас.

— Она мне тут письмо написала…

— Вы ей ответили?

— Я не способен написать так же красиво, и потом, даже если б я и хотел, я не знаю, что ей ответить.

— Есть только два варианта, Жюстен. Либо эта беременность позволила вам понять, что отношения с Манон были для вас всего лишь приключением и вы не хотите переходить на более высокую ступень, — в таком случае надо рвать. Либо Манон для вас нечто большее, чем просто приключение, но вы поддались панике, потому что все произошло слишком быстро. Оба варианта возможны, но вы должны по крайней мере сказать ей, какой из них вы выбираете, чтобы она могла либо продолжать все, как есть, либо все начинать заново… Ей ведь тоже надо как-то строить свою жизнь.

— Вы женаты?

— Был. И это я добивался своей будущей жены.

— Вы познакомились в молодости?

— Когда мне было столько лет, сколько сейчас вам, я уже был женат четыре года. И нам пришлось биться за то, чтобы иметь ребенка.

— И вы сразу поняли, что она — та самая женщина?

— Сказать по правде, я думаю, что все эти истории о безумной любви с первого взгляда, о том, что вы созданы друг для друга, — это все девчачьи байки. Им хочется в это верить. Молодого мужчину с первого взгляда привлекает соблазнительная попка или грудь. Мы этого не говорим, но тем не менее это так. Это уже потом, когда гормоны немного успокоятся, мы открываем для себя что-то другое. Девушки прекрасно это знают. Для чего, как ты думаешь, они столько времени тратят на то, чтобы заботиться о своей внешности? Если бы не гормоны, мы так бы и занимались своими мальчишескими делами: гоняли бы на великах и мотоциклах, играли бы в стрелялки, покуривали втихаря. Игрушки себе всегда можно найти. Но, слава богу, есть гормоны, и они толкают нас к единственным существам, способным сделать из нас нечто отличное от полных кретинов. Не знаю, как вы, но когда я начал серьезно смотреть на ту, которая должна была стать моей женой, я рассматривал все в деталях, точно какой-нибудь инженер. Звучит, конечно, не очень, и все же… Интересуется ли она тем же, чем и я? Сделает ли она мою жизнь приятной? Сможет ли она терпеть мои недостатки? Мы никогда им в этом не признаемся, однако в дальнейшем, беседуя с близкими друзьями, вы понимаете, что все мужчины поступают одинаково. Мы выбираем наиболее подходящее нам из того, что мы в силах заполучить, а потом наиболее умные из нас учатся любить.

На какое-то время воцарилась пауза.

— А у них по-другому? — спросил вдруг Жюстен.

— Не знаю. Я в своем возрасте с трудом понимаю себе подобных, а вы хотите, чтобы я все знал о противоположном лагере?

— Иногда я ее не понимаю…

— Мы все испытываем одно и то же. Единственный вопрос, на который вы и только вы должны сегодня найти ответ: готовы ли вы отказаться от предубеждения относительно Манон и ее ребенка? Могут ли мимолетные увлечения, машины, выпивка и компьютерные игры принести вам больше радости, чем то, что сулит жизнь с Манон? Если вы бросаете ее, чтобы через какое-то время все начать сначала с другой женщиной, значит, ваш роман был ошибкой. Если вы намерены и дальше жить без женщин и детей, тогда вы правильно поступите, если ее бросите. Это тот момент, Жюстен, когда надо задуматься о себе. Не позволяйте никому вас судить. Сами решайте и действуйте.

— Я скоро уеду.

— Далеко? Когда?

— Завтра. На месяц. Командировка в Германию. Будем монтировать кое-какое оборудование в Мюнхене. Я вызвался сам. Я здесь задыхаюсь.

— Пожалейте Манон, не держите ее долго в неведении.

Двое мужчин и один ребенок стояли на крыльце домика и смотрели на дождь, падающий с навеса крупными каплями. Янис стоял между Филиппом и Эндрю, лицом к парку, в котором было так много серого, что картина напоминала черно-белую фотографию. Три поколения — бок о бок, трое посторонних людей, становящихся все более близкими друг другу.