Солдат

Молодой, симпатичный белобрысый парень, вальяжно развалился на винтажном кожаном диване.

Длинный и худощавый, он выглядел он несколько субтильно, правда словно сотканные из жгутов мышц икры и предплечья прямо выдавали в нем спортсмена.

А iPad с корпусом из двадцатичетырехкаратного золота в его руках, эксклюзивная футболка с шортами из последней линейки от «Nike» и швейцарские часы модели «Pasha» от «Cartier» на запястье свидетельствовали о том, что парнишка происходит явно не из низших, и даже не из средних слоев общества.

Да и сама комната, несмотря на крайнюю захламленность, была обставлена дорогой дизайнерской мебелью ручной работы.

Неожиданно сквозь тихое мурлыканье колонок акустической системы «Sonus Faber Aida II», послышались быстрые шаги, дверь с треском распахнулась и в комнату вошел высокий плотный мужчина в дорогом костюме и туфлях из крокодиловой кожи.

— Папа? Ты как попал в мою квартиру? — паренек недоуменно уставился на мужчину.

— Твою? — скептически поинтересовался гость и резко бросил: — Ты пока не заработал даже на однушку в Бирюлёво. Встань!

Парень недовольно поморщился и нехотя встал.

Мужчина покачал головой и коротким, хорошо поставленным ударом отправил парня обратно.

Парнишка прикоснулся к разбитой губе, посмотрел на кровь на ладони, вскочил и зло заорал:

— Совсем сдурел?

Но тут же согнулся и завалился набок, потому что отец на этот раз врезал ему в солнечное сплетение.

Подождав, пока сын отдышится, мужчина тихо поинтересовался:

— Зачем ты это сделал, щенок?

— Ты, о чем? Что я сделал?

— Ты знаешь, о чем я.

— Да ничего я не знаю! — заорал парень.

— Встань… — снова приказал мужчина.

— Если ты меня ударишь — я ударю в ответ! — зло бросил парень.

— Тогда я переломаю тебе все кости, мерзавец… — мужчина ухватил паренька за футболку, притянул к себе, но почти сразу бросил и уже почти спокойно поинтересовался:

— Зачем ты выложил фотографию гауляйтера Белоруссии на сайт Бессмертного полка?

— Откуда ты знаешь? — парень ошарашенно уставился на отца.

— Это уже знаю не только я, — презрительно хмыкнул мужчина. — Но ты не ответил на мой вопрос: зачем, ты, это, сделал?

— Ну… — парень смущенно замялся. — Это просто прикол…

— Прикол, значит? — мужчина горько вздохнул и покачал головой. — Прикол, да? За такой прикол, мой отец своими бы руками меня задушил. Какой же ты мерзавец…

— Да что такого ужасного я сделал? — парень зло хлюпнул носом.

Мужчина снова занес руку, но тут же опустил ее и покачал головой.

— Из нашей семьи выжила только твоя прабабушка и ты спрашиваешь, что такого ужасного ты совершил? Эти нечисти уничтожили миллионы людей, и ты спрашиваешь, что такого? Господи, каким же уродом вырос мой сын… — Он присел рядом парнем и уже спокойно поинтересовался. — Ваня, ты же нормальный парень. Умный, дерзкий, спортсмен, здравомыслящий, умеешь расставлять приоритеты, так как ты повелся на приманку тех никчемных засранцев?

— Твои люди следили за мной? — Ваня зло зыркнул на отца.

— Конечно, следили, — вздохнул мужчина. — Поверь, я бы очень хотел, чтобы в этом не было нужды, но, увы… Как ты не понимаешь, тебя специально подставили.

— Ты не прав, папа? — убежденно заявил Иван. — Это моя инициатива. Почти моя… своего рода протест против власти. Как будто ты сам не видишь, как живет народ? А этим победобесием власть просто отвлекает людей от проблем в стране.

— Заботишься о народе? — хмыкнул мужчина и небрежно столкнул на пол золотой Айфон. — А сам ужинаешь в ресторане за месячную зарплату того же рабочего, причем высоко оплачиваемого? Как ты не можешь понять, твоим новым дружкам и их фюреру плевать на народ с высокой башни, они просто жупел, пустышка. Можно даже сказать — приманка. Ну да ладно… — он хлопнул руками по коленям и встал. — Собирайся.

— Куда? — Ваня вытаращил на отца глаза.

— Поедешь на заимку к дядьке Федору. Посидишь там пару месяцев, а я здесь за это время все улажу.

— Но у меня же сборы! Скоро чемпионат мира! — возмущенно выкрикнул Иван.

— Выбор у тебя небольшой, — сурово отрезал мужчина. — Альтернатива — тюрьма и срок. А впаяют тебе по полной, показательно, чтобы дать понять людям, что неприкосновенных в стране нет. И я не смогу помочь. Да и не стану.

— Ерунда какая-то… — растерянно буркнул Ваня. — Если меня посадят, ребята поднимут такой шум, что…

— Идиот! — оборвал его отец. — Никто даже не пошевелится, все ограничится недолгой болтовней. Ты жертва, тебя специально подставили. Ты нужен им как узник режима.

— Все так серьезно? — тихо поинтересовался парень.

— Более чем. Статья 354.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Впаяют треху. Так что в путь. И никаких гаджетов. Только на пользу пойдет.

— Что? — вскинулся Ваня, но наткнувшись на взгляд отца сразу сник.

Первые дни вынужденной ссылки в глуши Ивана дико раздражали, бесило все, а больше всего доставляла смена уклада жизни. Никаких тусовок и телочек, гребаная унылая природа и гребанный петух Иннокентий, будивший в пять часов утра своими воплями.

Однако, уже через пару недель, Иван стал замечать, что ссылка даже стала нравиться ему. Пробежки по лесу и подвешенная к сучку вербы боксерская груша вполне заменяли спортзал, а рыбалка и охота заставили забыть тусовки. Телочек заменить было нечем, но спорт, дрова и тяжеленный колун выручали. Иван за день выматывался так, что проваливался в сон моментально. А с наваристыми щами и ядреным самогоном, дядьки Федора, древнего, но еще крепкого, сурового и молчаливого старикана, не могла сравниться никакая жратва и текила из пятизвездочного ресторана.

Сегодня Иван решил отдохнуть от тренировок и сходить к дальнему лесному озеру, поудить карасей.

Наловив целый садок здоровенных, бронзовых рыбин, Ваня прилег позагорать на травке, а потом в голову пришла мысль искупаться. Темно зеленая, удивительно прозрачная вода так и манила, тем более, что последние дни лета стояла удушливая жара.

Скинув с себя одежку, парень разбежался, ловко крутнув сальто, вошел в воду, вынырнул и невольно заорал — вода на удивление оказалась холодной.