Шрифт:
Однажды сижу я за компом. Вдруг – стук. Так явственно слышу: «Тук-тук!» Кто это в два часа ночи? Странно… Сижу дальше. Тут дверь тихонько приоткрывается и входит нечто в балахоне. И с косой.
– Ты кто? – спрашиваю, оробев для начала.
– Смерть, – тихо так отвечает. Стесняется.
– З-з-зачем?
Стоит, с ноги на ногу переминается. Косу в ручках вертит.
– Да так, – говорит. – Шла мимо, ну, и зашла… А че? Жалко что ли?
– Нет, – отвечаю приободрившись. – С чего ты взяла? Проходи. Чай будешь пить?
Она смущенно так плечиком пожимает. Стесняется. Села все-таки на краешек стула. А я – за чаем. Вскипятить ведь надо. И сахару положить. Не без сахара же в самом деле…
Возвращаюсь в комнату – Смерть у компа сидит и пальцами по клавиатуре перебирает. Медленно. Сразу видно – редко общается с компом.
– Чего, – спрашиваю – делаешь?
– Чатюсь… – отвечает такая довольная. Ну и хрен. Пусть чатиться. Че, жалко что ли? Я не жмот.
Сел рядом, смотрю на экран. Смерть чатится от имени Nasty. Пишет всякую фигню. Здоровается. «Смайлы» кидает. В общем, освоилась.
Ну, потом попили мы чаю. С пряниками между прочим. Я же не жмот. Не жалко для Смерти. Пусть кушает. Вот… Попили чаю, она и засобиралась.
– Пойду, – говорит – Дела у меня. Сам понимаешь.
– А то ж, – соглашаюсь – Дела так дела. Заходи еще.
– Обязательно!
И улыбается. Понравился я ей, видно. Я вообще добрый парень. Нравлюсь людям.
Ушла она. А я – в чат. Заждались, поди. Захожу – а там нет никого. То есть, есть. Но видно, что давнишние сообщения. Не обновляются… Самое последнее такое: «Ну че, придурки, допрыгались?». От имени Nasty. Где-то я уже этот ник видел… Ну да ладно. Пойду мыло проверю.