Шрифт:
Глава 1
Моросил надоедливый мелкий осенний дождь. Катя Фролова с большим пестрым зонтиком в руках спешила по улице. Она хотела как можно скорее попасть к ресторану «Валдай». Вчера ей не повезло, а вот сегодня она надеялась, что все сложится как обычно. Ее кто-нибудь снимет, и она заработает. Подруга, на которую она рассчитывала, сослалась на насморк и отказалась идти.
Сегодня была суббота, занятия закончились раньше, что было на руку Кате. Родители уехали на дачу копать картошку и снимать яблоки, так что Катя Фролова, ученица восьмого класса гимназии с английским уклоном, была предоставлена сама себе.
Она бросила портфель и долго, как опытная женщина, прихорашивалась перед зеркалом, выставив на полочку всю косметику матери. В душе она проклинала свою подругу, высоченную Зойку, обзывала ее всякими словами. Для верности она перезвонила ей.
– Так ты идешь или нет? – строго спросила Катя.
– Я не могу. Ты же понимаешь… Слышишь, как я разговариваю?
Действительно, Зойка разговаривала гнусаво.
– А тебя там никто и не просит говорить.
– Знаешь, Катька, я боюсь заболеть. Да меня и мать не пускает.
– А ты скажи, что идешь ко мне слушать музыку и заниматься английским.
– Она не поверит и уж точно не отпустит.
– А ты что, забыла, что должна мне полтинник?
– Да помню, Катька, помню. Вот оклемаюсь, насморк пройдет, заработаю и отдам.
– Смотри, подруга, счетчик включен, – по-взрослому сказала Катя и добавила:
– Слышишь, он уже начинает щелкать? – она постучала ногтем по микрофону трубки.
Зойка захихикала.
– Досмеешься у меня, дылда. Это тебе не в подъездах с азербайджанцами трахаться. Полтинник – деньги немалые. Так что в среду чтобы приготовила!
– Ладно, ладно, Катька, не нервничай. Ты же знаешь, я всегда отдаю. А куда ты пойдешь? – на всякий случай спросила Зойка.
– А ты что, собираешься прийти?
– Не знаю, может… – замялась Зойка.
– Я буду возле «Валдая». Подскакивай, вдвоем сподручнее ведь работать.
– Ладно, видно будет, – прогнусавила Зойка и повесила трубку.
«Вот сучка! Грудь третьего размера, а она работать не хочет. Ну ладно, я с ней разберусь!»
Катя натянула на майку кожаную косуху, одернула. коротенькую юбочку, сунула ноги в ботинки, выбежала на кухню и глянула в окно. По стеклу струились капли дождя, перечеркивая пейзаж.
– Только этого мне не хватало, – буркнула Катя, – еще простыну – буду гнусавить, как Зойка.
Она открыла свою сумку, слишком большую для ее маленькой хрупкой фигурки, заглянула внутрь. Салфетки, косметика, несколько пестрых пачек презервативов и газовый баллончик, который она вытащила у своей матери из плаща…
Полностью экипировавшись, взглянув перед выходом в зеркало, Катя осталась вполне довольна своим видом. Единственное, чего у нее не было, это денег. А она любила, несмотря на свои тринадцать с половиной лет, чтобы у нее в кармане всегда были деньги.
И вот сейчас, когда она аккуратно обходила лужи, единственным утешением для нее было то, что насморк – не сифилис. В свои тринадцать лет Катя Фролова умела делать очень многое, и в классе она слыла едва ли не самой крутой. Вот уже год, как у нее почти всегда водились деньги. Ей не повезло: в одиннадцать лет ее изнасиловали на чердаке два старшеклассника – Витька и Колька. К тому же сделали это неумело… Но все обошлось.
А затем Катя поняла, что это ей нравится. А потом она поняла и другое: мужчинам это тоже нравится и они готовы платить за это деньги, и деньги немалые, по ее понятиям.
И Катя Фролова, почти отличница, занялась выгодным промыслом. Она пополнила ряды представительниц древнейшей профессии, хотя себя проституткой Катя не считала. Зарабатывала она себе не на жизнь, а на удовольствия. Мать, наверное, кое о чем догадывалась, но Катя умело врала. Она говорила, что занимается переводами, репетиторством и иногда водит туристов по Москве, показывая достопримечательности.
– Чертова погода! – бормотала Катя, пока шла до ресторана.
К сожалению, у нее не было денег даже на чашку кофе, и поэтому пришлось торчать у входа. Дождь все накрапывал. Становилось прохладно. Катя поеживалась.
Даже сигарет не на что купить!
И тут она увидела высокого парня в длинном светлом плаще, вышедшего на крыльцо и пытающегося закурить. Огонек от зажигалки все время задувало ветром.
Катя подошла к нему и приподняла свой пестрый зонт. Парень взглянул на нее и подмигнул. Катя подмигнула в ответ.
– Что, крошка, закурить хочешь?
– Не отказалась бы, – во весь рот улыбнулась Катя, показывая ровные белые зубы.
Парень протянул ей пачку «Мальборо». Катя вытащила одну сигарету и помедлила.
– Да бери еще. Вдруг, тебе долго придется торчать. Твой парень не пришел на свидание?
– Нет у меня никакого парня, – буркнула в ответ Катя и вытащила три сигареты.
Парень щелкнул зажигалкой, Катя затянулась.
– Ну ладно, крошка, мне пора, – парень взглянул на часы и, увидев медленно движущееся такси, махнул рукой.
«Вот черт, не повезло! Неплохой парень и, наверное, не жадный».
Такси приостановилось, парень открыл дверцу, придержал полу плаща, сел и через опущенное стекло помахал Кате. Девочка тоже махнула ему в ответ.
«А может, он еще вернется? Наверное, я ему понравилась. Интересный парень, но сильно смахивает на голубого».
Голубых Катя не любила. Они вызывали у нее холодное отвращение, как лягушки, змеи и пиявки. Но разговаривать с гомиками было интересно. Они, как правило, были образованными и остроумными, чего не скажешь о представителях солнечного Кавказа. Все их комплименты Катя знала наперед: «Дэвочка, повернись так», «стань так», «твоя попка как пэрсик». С представителями Кавказа Катя по возможности старалась не иметь дел. Но довольно часто на нее наезжали то осетины, то чеченцы,. пытаясь взять в оборот и получать с нее деньги. Поэтому Катя старалась менять места своей работы.