Сказки Шарлотты

Непросто быть отцом взрослой наследной принцессы. У короля не было сыновей, и была единственная дочь, которая хотела в жизни только рисовать. Он рисовала вдохновенно и радостно, когда была маленькой. Она прилежно училась рисованию, когда начала постигать науки, и вот теперь, когда ей следовало начать приобщаться к государственным делам – она сказала, что государство не интересует ее вовсе, а интересует рисование.

Было много сказано слов в тронном зале. Было много сказано слов в королевском кабинете. Принцесса не хотела думать о королевстве, а хотела лишь следовать своему призванию. Королевский дворец пропитался запахом масляной краски, история искусств была любимой наукой принцессы.

– Что ж, – сказал однажды король, – я принял решение, и мы поступим так. Я дам тебе год и трех учителей. И через год ты докажешь мне, что твое мастерство превыше нашего государства. Ты будешь идти к цели ровно год, чтобы доказать мне, что талант художника может стоить целой страны!

Король был очень опечален. Он был хорошим королем.

– Если же ты не сможешь рисовать так, чтобы замолкал каждый, кто проходит мимо твоих работ – мы никогда больше не будем обсуждать этот вопрос. Ты станешь той, кем была рождена – королевской дочерью, и возьмешь на себя заботу о своей стране!

Казалось, что король ставит принцессе невозможное условие – но оно ее не испугало. И король знал, чего требует. Принцесса была искусна и рисовала так ярко и жизненно, что ее рисунки любили все в королевстве.

Принцесса согласилась. Она была уверена в том, что выбрала. Начался отмерянный год.

К принцессе пришли два учителя – те, которых пригласил король. Два почтенных старика стали учить девушку.

– Я научу тебя выражать чувства, – сказал один, – Если ты будешь прилежна, ты сможешь рисовать так, что люди смогут чувствовать то, что ты изобразила.

– Я покажу тебе, как рисовать правду, – пообещал второй, – и твои картины будут нести истину, если ты будешь внимательно учиться.

Принцесса была прилежна. Много часов проводила она в мастерской. И она узнала, что мастерство художника не в кисти, и не в цвете.

Она научилась не лгать на холсте и не бояться чувств. Она стала мудрее. Но ей не пришло в голову усомниться в том, хорошо ли она поступает, отказываясь от королевства.

Наступил день, когда к королю пришли два старых учителя:

– Больше нам нечему учить принцессу. Она может то, чего не мог ни один из наших учеников. – улыбнулись они.

Пришла пора третьего учителя.

Не молодой, но и не старый, человек в потрепанном сюртуке занял место в мастерской.

– Я научу тебя нести благо своим трудом. Ты научишься радоваться тем картинам, которые принесут пользу или счастье людям. Чувствовать еще до первого штриха, как написать картину, которая сделает счастливым других. И отказываться от тех, которые будет лишь тешить людское самолюбие. Или твое тщеславие.

Я научу тебя честно смотреть на свою работу.

Принцесса с новой силой принялась за дело. Год близился к концу, а она даже не задумывалась, что она должна представить отцу. Ее увлекло новое – откровенная правдивая живопись принцессы должна была стать великой. Она перестала ценить свой талант.

В один прекрасный день принцесса проснулась с идеей. Она помчалась к королю.

– Я знаю, что я сделаю, чтобы доказать тебе, что мне стоит рисовать! – закричала она с порога, – Я раскрашу старую крепость!

Город хранил в себе, как историю, старую крепость. В самом центре, рядом с городской площадью стояли каменные стены, внутри которых обветшалая штукатурка напоминала о том, как беспощадно время к героям давних времен. Когда-то это было место пиров доблестных рыцарей и принятия государственных решений, балов и трубадуров, а теперь ее наряжали в праздники и пили горячий пунш под ее стенами.

– Мы починим ее, и я распишу стены старого замка! И все жители королевства смогут приходить туда, а бродячим музыкантам не придется мокнуть под дождем.

– Что ж, это хорошая затея. – отвечал король, и уже к вечеру в распоряжении принцессы были штукатуры и каменщики.

Много денег пришлось потратить на краску. Принцессе не хватило бы времени самой ее смешивать, и она приняла помощь городских ребятишек.

Вся страна наблюдала за тем, как принцесса ради своей свободы строит для народа дворец из старого замка. Это было нетрудно – страна была небольшой, всего несколько городов. Многие приходили посмотреть и восхищались – но принцесса запретила хвалить ее. Она уже расписала уцелевшие своды замка и украсила все окна. Потолок украшали сцены из прошлого, стены – герои страны, а таковых нашлось в королевских летописях немало, когда принцесса искала образы для своих картин. Фрески высыхали быстро. Затирающие стены помощники парили вместе с принцессой под самой крышей, привязанные к трем веревкам сразу – король строго-настрого приказал гвардейцам принять все самые жесткие меры безопасности. Мальчишки внизу, перемазавшись краской, походили на живые цветы. Принцесса торопилась успеть к сроку. Но несмотря на все ее усилия, время окончания работ наступило раньше.

– Я не могу закончить работу в срок, – грустно сказала она однажды отцу. – Наш договор подошел к концу.

Король ответил, что иногда искусство само назначает сроки и дал принцессе еще две недели на окончание всех работ.

За два дня до нового срока дворец был готов.

– Здесь можно ставить представления и устраивать празднества! – сказала принцесса.

Целая страна пришла восхититься ее работой. Вся история государства была нарисована на стенах. Каждый находил здесь своего предка – ведь королевство как мы уже сказали, было очень маленькое. Первый этаж здания изображал то, чем королевство живет сегодня. Чем гордится. Никогда со времен великих завоеваний люди не чувствовали себя такими сплоченными.

Король молчал.

– Ну, что же ты молчишь? – крикнул кто-то из толпы, – ты не можешь не признать, что принцесса создала то, что стоит дороже государства?

Принцесса тоже молчала. Она не знала, что теперь будет делать со своим умением, когда созданное ею творение просило ее участия. Она вдруг поняла, что государство – это не долгие государственные советы, а люди, которых она рисовала. Заботы и радости тех маленьких помощников, которые разводили для нее краску. Память о тех героях, которых она изобразила. И этот дворец, который она спасла от разрушения благодаря своей прихоти.