Сфера
Шрифт:
«Контакт с новой формой жизни может иметь самые непредсказуемые последствия, но наиболее вероятно состояние полного ужаса» — в голове проносились формулировки его собственного рапорта. Почему он вспомнил это именно сейчас? С тех пор прошли долгие годы.
«В состоянии страха люди часто принимают неудачные решения»
Но он ничего не боялся, был уверен в своих силах и действовал по заранее составленному плану. Почему он вдруг вспомнил тот рапорт? В свое время, он долго мучился над его формулировками, обдумывал каждое предложение. Почему это пришло в голову?
— Пожалуйста, внимание! Осталось шестнадцать минут!
Он осмотрел показания приборов. 900 футов. Субмарина поднимается, теперь ее уже не повернуть назад.
Почему он подумал о повороте назад?
Бесшумно всплывая в черной воде, он чувствовал как внутри него расширяется какая-то трещина. Почти шизофреническое разделение личности.
Он чувствовал что поступил неправильно Что-то он не учел.
Но что он мог упустить? Ничего, решил он… Поскольку, в отличие от Гарри и Бет, я в здравом рассудке и сознаю, что делаю. Но он уже в это не верил. Совершенное сознание может быть целью философии, но не реальным достижением. Сознание похоже на гальку, лежащую в ручье неосознанного. Оно непостижимо, даже для психолога.
У тебя всегда есть тень, — говорил профессор Стейн.
Что делала сейчас его теневая сторона? Что происходило в подсознании, в отколотых частях его мозга? Ничего.
Он беспокойно заерзал в кресле… Он так стремится к поверхности, чувствует такую уверенность…
Я ненавижу Бет! Ненавижу Гарри! Я не хочу о них думать и не несу никакой ответственности! Я хочу спастись и ненавижу их, ненавижу!
Он был потрясен этим открытием.
Я должен вернуться… Если я вернусь, я погибну!
Бет правильно напомнила его слова — они должны держаться вместе! Имел ли он право бросать их в беде? Нет.
Он должен повернуть обратно… Я боюсь!
Наконец-то. Вот оно! Страх, и настолько сильный, что заставляет предавать друзей.
Норман остановил субмарину и начал погружение… Заметил как сильно задрожали его руки.
Глава 59
ОСТАЛСЯ 1 ЧАС 30 МИНУТ
«Глубинная Звезда» мягко опустилась на дно около станции ГД-8.
Норман залез в шлюз субмарины, затопил бокс, а через пару секунд вышел наружу и направился к станции. Конусы взрывчатки «Тевак» мерцали красными огоньками, точно на странном празднике.
— Пожалуйста, внимание! Четырнадцать минут!
Он прикинул, сколько ему понадобится. Минута чтобы войти внутрь.
Пять-шесть чтобы одеть Гарри и Бет в скафандры. Четыре чтобы дойти до субмарины и залезть внутрь. Две-три минуты займет всплытие. О'кэй, все в порядке.
— Ты вернулся, — послышался в шлеме голос Бет, когда он достиг опор станции.
— Да, Бет.
— Спасибо… Господи… — она заплакала.
Слушая ее рыдания он добрался до цилиндра А. Нашел люк и повернул колесо шлюза. Оно заклинилось.
— Открой люк, Бет… — она не отзывалась. — Бет, ты слышишь меня?
Открой люк!
— Норман, пожалуйста! Спаси меня! — она всхлипывала и плакала как ребенок.
— Я пытаюсь тебе помочь. Открой люк!
— Не могу.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Из этого не выйдет ничего хорошего.
— Выходи, Бет, — сказал он.
— Я не могу это сделать.
— Можешь. Открой люк, Бет!
— Тебе не стоило возвращаться…
— Соберись с силами и открой люк, — времени было в обрез.
— Нет, Норман, не могу, — она снова заплакала.
Один за другим, он перепробовал все люки. Цилиндр В, закрыто. Цилиндр С, закрыто. Цилиндр D, закрыто…
— Пожалуйста, внимание! Тринадцать минут!
Норман остановился у затопленного при нападении кальмара цилиндра Е.
На поверхности зиял неровный разрыв — дыра была достаточно большой, чтобы попытаться пролезть внутрь. Но он рисковал порвать свой скафандр.
Нет, решил он. Это очень рискованно!
Он прошел под днище цилиндра и увидел люк. Попытался повернуть колесо, и то поддалось без особых усилий… Толкнул люк и услышал как тот лязгнул о внутреннюю стену.
— Это ты, Норман?
Он подтянулся и вплыл внутрь. Задыхаясь от усилий, опустился на четвереньки и перевел дыхание.
— Пожалуйста, внимание! Двенадцать минут!
Господи, — подумал он. — Уже двенадцать?
Что-то белое пронеслось мимо шлема… Сердце ушло в пятки. Но это оказалось коробкой с кукурузными хлопьями. Когда он коснулся ее рукой, она рассыпалась, и хлопья разлетелись в разные стороны, точно желтый снег.
Он был в камбузе. За печкой располагался другой люк, ведущий в цилиндр D которому удалось избежать затопления. Значит, надо как-то загерметизировать Е.
Он поднял глаза и, увидев над головой проходной люк, ведущий в отсек с пробоиной, быстро вкарабкался наверх. Нужно найти сжатый газ, что-нибудь вроде цистерны!
Наверху было темно. Лишь слабый рассеянный свет потускневших прожекторов просачивался сквозь дыру. В воде плавали по душки и клочья мягкой обивки. Вдруг его что-то задело сзади Он обернулся и увидел черные волосы, закрывающие чье-то лицо. Часть черепа была снесена начисто. Тина.
Он вздрогнул и инстинктивно оттолкнул ее тело. Оно поднялось вверх.
— Пожалуйста, внимание! Одиннадцать минут!
Время бежит слишком быстро, подумал он. Едва хватит чтобы унести ноги!
Не обнаружив никаких баллонов, он спустился обратно и за драил за собой люк. Оглядел печь. Открыл дверцу духовки. От туда поднялось несколько пузырей задержавшегося воздуха.