Чтение онлайн

Повернулась, застучала каблучками. А мне что делать? Идти в кильватерном строю? Да какая разница!

У распахнутой белой двери оглянулся. Нет, не совсем галерея. Художественный салон — как в фильме про Нью-Йорк.

Альды нет? Альды нет.

[…………………………..]

— У меня мало времени, Эрлих. Садитесь за стол — и записывайте. Да не за этот, за мой, у окна!..

Оказывается, к пигалице прилагался целый стол. Неужели ее кабинет? Или она просто секретарша?

— Пишите! Ручка там, на пачке бумаг.

Дернула носиком, пристукнула каблучком о паркет.

— Первое… Сегодня же вам надо поехать к господину Немерсу и договориться по поводу оркестра. Слышите, Эрлих? Оркестра, а не вашей дурацкой рок-группы! На моей свадьбе…

«На моей»? Хорошо формулирует!

— …все должно быть пристойно. Сколько раз я вам говорила: вы входите в наш круг, поэтому должны забыть о своих привычках!.. Записали?

Ручку даже не стал брать. Как там говорила Альда? «Вы — жених Дайзы, у вас с нею все расписано на сто лет вперед»? Выходит, не только рас-писано, но и за-писано. Кому все-таки понадобился такой файл?

— Записали?

Пигалица уже рядом. Сколько ей лет? Восемнадцать? Едва ли больше.

— Что случилось, Эрлих? Вы сегодня какой-то… Вы что, обижаетесь на меня? Не смейте обижаться!..

А забавное зрелище, если подумать. Пигалица во гневе.

— Я еще не ваша жена и не желаю выслушивать…

Правильная тактика — держать паузу. Давно понял.

— Не вздумайте ревновать, Эрлих! У меня много друзей, у меня много обязанностей, я не бездельница… Не бездельник, как вы! Если я вам вчера вечером не позвонила… Да не смейте так смотреть!..

Сейчас прыгать начнет — как на батуте. Или зашипит. Все мне сегодня дают ценные указания!

— Эрлих, вы забываетесь!

Не прошипела — железом отчеканила. Теперь, вероятно, я должен встать, опустить руки по швам. Или в поклоне согнуться.

Чего я над девочкой издеваюсь? Компьютерная пигалица честно пытается действовать согласно программе — бракованной, неудачной программе. Неудачная бракованная пигалица…

Встал, одернул нелепый редингот.

— Не обижайся, малышка.

Кажется, такой реплики программа не предусматривала.

[…………………………..]

Странное дело, салон почти опустел. Оно и к лучшему. Интересно, а как тут рисуют?

…КТО тут рисует?

А пигалица тоже почувствовала! Или не она? Программа пытается осмыслить, понять, адаптировать — меня, своего гостя. Но Джимми-Джон сказал, что программа — это Альда! Самостоятельная программа? Что он имел в виду? Что только она здесь ЛИЧНОСТЬ? И все тут — не просто сон, а ЕЕ сон?

Значит, там, в темных Туннелях и потом, среди звездного неба, Альда не спала? Не видела сон, не была призраком. Она стала… настоящей?

А это что?

Вместо золоченой рамы — грубо сбитые обгоревшие доски. Холст в серых пятнах, нет даже грунта, пространство картины словно разорвалось, пошло клочьями. Там же, где осталась краска…

А ведь улицу я узнаю! Только что мы по ней ехали, но на картине не Новый Берлин, мечта сумасшедших архитекторов. Это Старый Берлин — тот, в который мой дед ворвался 2 мая в авангарде Четвертой Гвардейской танковой.

…Мертвые дома, пустые глазницы окон, черные квадраты разбитых витрин, развороченный асфальт. И небо темное — без солнца, без звезд.

Убитый город.

Я искал на небе радугу — привычную радугу с черной каймой. Подумалось, что тут ей самое место.

На холсте не было даже радуги.

[…………………………..]

«…Батока, как и другие племена, признают испытание ядом муаве, но место предполагаемого колдуна занимает петух. Недалеко от впадения Кафу к нам, на место нашей ночевки, явился мамбо, или вождь, с несколькими старейшинами. Лбы у них всех были вымазаны мукой, и они держались с необычной серьезностью. Незадолго до нашего прихода они были обвинены в колдовстве…»

— Не скучаете, Том Тим?

Скучаю? В сонном городке и положено скучать. Тем более на пляже стало неуютно, задул ветер, волну нагнал, небо тучами затянуло. Что с моим любимым mo8.jpg?

— Я скоро. Немного осталось.

Джимми-Джон скучать явно не собирался. И не скучал — сразу, как мы тут появились, взялся за «Гипнономикон». Думалось, что он приволочет с собою фотоаппарат, а то и (с него станется!) целый ксерокс, но акула явилась налегке. Явилась, села за стол, открыла книгу.

…Чью все-таки? Акула этой книги не писала. Иначе зачем все игры? Не он, не я… Кто же?

«…Они совершили паломничество к священной горе Нчомокела, где покоятся останки их предков. Они торжественно обратились к невидимым духам, моля их засвидетельствовать невиновность своих детей, и проглотили муаве. Очевидно, они верят, что жизнь души продолжается после смерти, что души умерших знают все о делах тех, кого они оставили на земле, и бывают довольны или недовольны в зависимости от того…»

Перед сном пришлось смотреть целых три картинки: бабочку-выручалочку (без нее никак), mo8.jpg, которая с морским берегом — и нечто непонятное, выложенное Джиммом-Джоном на страницу. Совсем непонятное — то ли карта, то ли схема, то ли даже листик из детской книжки-раскраски. Но сработало, в домике мы очутились вместе!

А что дальше? Сегодня встретились в искусственном сне, завтра встретимся… В настоящем? В моем городе? Альда там уже была…

Была? Или мы оба видели сон? Скажи мне, Акула, любимец богов!..