Чтение онлайн

– Ты слышишь эти звуки, Рама? Что случилось? – спросил Сердар.

– Это рычание, Сахиб, походит на рычание пантеры, когда она в хорошем настроении духа играет со своими детенышами. Слушайте… Это более нежное мяуканье издают ее детеныши, отвечая матери.

– Все это происходит в нашей внутренней долине?

– Да, крик оттуда.

– Странно! – прошептал Сердар.

– Пантеры очень ловки, и им ничего не стоит спуститься вниз, цепляясь за кусты. Я же сделал это, когда открыл эти пещеры.

– Да, но детеныши?

– Они последовали за матерью.

– Удивительно! Сколько месяцев мы уже здесь, и в первый раз дикие звери осмеливаются проникнуть в эту долину.

– Верно, Сахиб! Но в первый раз также в долине спит человеческое существо – добыча для хищников.

– Ты прав, но в таком случае, если животные эти привлечены запахом Ури, они съедят его.

Заклинатель пантер кивнул в знак согласия.

– О, нет, этого не будет… Идем к нему на помощь! Нашего присутствия достаточно, чтобы обратить их в бегство.

– Благоразумнее посмотреть сначала, что там происходит. Это будет легко потому, что луна освещает теперь всю внутреннюю долину, и слишком веселое настроение пантер показывает, что они оставили добычу без внимания.

– Ты уверен в этом?

– Вам известно, Сахиб, что я всю свою молодость посвятил изучению повадок пантер и могу уверить вас, что те, которые находятся теперь в долине, думают только об игре, а не об удовлетворении своего голода. Когда пантера преследует или подстерегает добычу, она молчит, и вот почему она так опасна для охотника.

– Полагаюсь на тебя, Рама! Нужно действовать осторожно и захватить на всякий случай карабины. Мы должны быть наготове, чтобы помочь бедному Ури.

Они дошли до конца узкого туннеля, толкнули осторожно камень, служивший дверью, как у входа со стороны озера, но лишь приоткрыли его, чтобы в случае чего сразу закрыть.

Стараясь не шуметь, чтобы не потревожить пантер, они встали на пороге, задерживая даже дыхание. Перед ними открылось необыкновенное зрелище. На некотором расстоянии от того места, где они стояли, Ури спокойно играл с двумя молодыми пантерами. Он то катался с ними по земле так, что все превращались в клубок тел, напоминающий фантастическое животное, то, разделившись, они принимались бегать друг за другом, грациозно перепрыгивая один через другого.

Зрители той трогательной сцены сразу поняли значение криков, заинтересовавших их. Пантеры, играя со своим другом, ворчали самым нежным и шаловливым тоном, а Тота подражал им с таким совершенством, что даже Рама-Модели ошибся, приняв его голос за крики детенышей пантеры.

– Я никогда не видел ничего более удивительного, – шепнул Сердар на ухо Раме.

– Это случается не так редко, как думают, – отвечал Рама тоже шепотом. – Тота-Ведды берут пантер еще детенышами, кормят, постепенно приручают их и так привязывают к себе, что те никогда не расстаются с ними и ведут вместе один и тот же образ жизни. Когда Тота поймает лань или дикую козу, он дает пантере часть добычи. Если, наоборот, пантера задушит теленка буйвола, то она предоставляет дележку своему хозяину и получает кусок, какой ему вздумается ей дать. Тота-Ведда старается приучить пантеру всегда брать пищу только из его рук, чтобы ей и в голову не приходило, что она может сама распоряжаться ею. Большую часть животных, которых мы обучали, продали нам жители леса. И всегда это были детеныши, взятые в логовище во время отсутствия матери, но никогда ни один Тота не соглашался отдать нам пантеры, спутницы своей жизни.

Пока они шепотом разговаривали между собой, Ури и пантеры, все еще продолжая играть, удалились на другую сторону долины.

Наши зрители, не видя их больше, машинально последовали за ними, совершенно забыв, что оставили свои ружья у входа в пещеру. Вдруг одна из пантер, заметив их, остановилась и, положив морду на передние лапы, стала похожа на кошку, собирающуюся броситься на добычу, и громко зарычала. Сердар и Рама хотели бежать, но было уже поздно… Вторая пантера в четыре, пять громадных прыжков присоединилась к первой и приняла выжидательную позу.

Сердар и Рама уже прощались с жизнью, когда подбежал Тота. Не понимая опасности, которой подвергаются люди, он остановился около животных и скорее с любопытством, чем со страхом, наблюдал за происходящим. Прошло несколько секунд самого невероятного напряжения.

«Неужели это дикое создание допустит, чтобы нас разорвали на куски?» – подумал Сердар.

И в ту же минуту в его голове мелькнула мысль, заставившая его похолодеть от ужаса. Что, если Тота думает, что и они так же будут играть с пантерами? Тогда они действительно погибли. И он с отчаянием крикнул:

– Ури!

Слово это было произнесено с таким ужасным отчаянием, что в неподвижном мозгу дикаря что-то шевельнулось… У него, без сомнения, мелькнула вдруг мысль об опасности, угрожавшей его другу… тому, кого он два раза признавал своим господином, падая к его ногам…

Он схватил склонившуюся над ним ветку дерева, сломал ее, проявив такую силу, какую у него и заподозрить было нельзя, и, бросившись на пантер, принялся бить их как попало и с выражением необычайного гнева издавать по их адресу целый ряд междометий и странных криков.

И удивительная вещь! Пантеры, вместо того, чтобы разозлиться на такое обращение, сразу успокоились, подползли к ногам хозяина, прося у него прощения, как это делают молодые щенята, когда их наказывают. Но дикарь не ограничился этим. Он погнал их вперед, как бы приказывая отдать должную дань и его новым друзьям. Затем передал ветку Сердару и сделал ему знак, чтобы и он, в свою очередь, хорошенько наказал пантер. Когда тот отрицательно покачал головой, Ури с необыкновенным жаром принялся жестикулировать, то показывая ему на животных, то на свои зубы, и для ясности открывал и закрывал рот, делая вид, что хочет укусить или разорвать что-нибудь.

– Повинуйтесь ему, Сахиб! – сказал Рама-Модели. – Тота хочет сказать, если вы не желаете, чтобы эти животные съели когда-нибудь вас, вы сегодня же должны дать им почувствовать свою силу… Он прав, поверьте моей опытности и бейте посильнее!

Сердар больше не колебался, и пантеры покорно приняли от него наказание. Он протянул затем ветку Раме, чтобы тот тоже исполнил экзекуцию, но индиец тихонько отстранил его руку.

– Нет, – сказал он, – я не пользуюсь такими средствами. Но так как животные теперь успокоились, то хочу посмотреть, не забыл ли я своего прежнего ремесла… Оставьте меня одного с ними на четверть часа.