Чтение онлайн

Пока она мечтала, как отомстить, Хавьер свернул на сравнительно спокойную улицу, застроенную складами.

Жара все усиливалась, так же как и чувство обиды. Кэти едва удостоила его взглядом, когда он провел ее в арку посреди длинной белой стены. Она еще не успела рассмотреть огромный двор, в котором они очутились, заметила только бросавшиеся в глаза алые цветы бугенвиллей, увивших еще одну внутреннюю стену, а Хавьер уже потянул ее за собой в новую арку, поменьше.

Кэти сразу почувствовала, что здесь намного прохладнее, а контраст между прямо-таки вибрирующим солнечным светом снаружи и полумраком внутри дезориентировал ее, и она чуть не врезалась сослепу в группу людей.

Судя по всему, они успели вовремя, чтобы присоединиться к очередной экскурсии по bodega, и Хавьер тотчас передал ее с рук на руки экскурсоводу, стремясь поскорее избавиться от обременительного груза. Понятно, почему он так ужасно торопился! — злилась Кэти. Если б он опоздал к началу экскурсии, ему пришлось бы водить меня здесь самому.

И это после всех его вкрадчивых обещаний показать мне здесь все и объяснить процесс изготовления хереса!

Ее глаза привыкли к полумраку как раз в тот момент, когда Хавьер отходил от группы туристов. Она долго смотрела ему вслед, отмечая его уверенные, крупные шаги, широкий размах плеч, и ее глаза горели негодованием. Он обещал провести с ней весь день, а когда она отказалась стать его женой, то при первой же возможности постарался избавиться от нее. Теперь она вполне отчетливо могла представить себе, на что была бы похожа семейная жизнь с ним: делай, что тебе говорят, не то хуже будет!

Но ведь я согласилась провести с ним этот день вовсе не из желания побыть в его очаровательной компании, напомнила она себе. Просто я увидела возможность высказать, что я думаю о его оскорбительном предложении и о том, как это подло — обманывать собственную мать.

Обиженная и на него, и на себя, она едва слышала, что говорит гид, хотя, судя по ее спутникам, это было что-то интересное. Если б у нее был выбор, она предпочла бы побродить здесь в одиночестве, наслаждаясь особой атмосферой, которую можно встретить еще разве только в кафедральном соборе, и пытаясь привести в порядок свои смятенные чувства.

Прохладная, полутемная тишина, запахи дерева, вина и сырости были как бальзам для ее взвинченных нервов.

Вдоль стен возвышались огромные дубовые бочки, составленные ярусами чуть ли не до высокого сводчатого потолка, а толщина стен помогала поддерживать относительно низкую температуру. Она вдруг поймала себя на том, что представляет, будто рядом с ней идет Хавьер, они одни в этом прохладном, полном воздуха помещении и он сам ей все объясняет.

Это было бы ужасно! — резко одернула она себя. Он не стал бы объяснять ничего, только то, как именно он отберет у меня ребенка, если я не сделаю все, что он велит.

— Херес никогда не имеет какого-то определенного возраста, — говорил между тем экскурсовод. — Применение системы solera обеспечивает его неизменно высокое качество, основанное на том, что в старое вино добавляют молодое, которое в свою очередь приобретает все характеристики старого. Это наш традиционный прием смешения вин.

Усилием воли Кэти заставила себя выкинуть из головы все многочисленные проблемы, навязанные ей владельцем этой bodega, и предприняла попытку сосредоточиться, следуя за гидом из одного огромного прохладного винного погреба в другой и пытаясь запомнить все, что он говорит. Наконец их ввели в огромный зал, полный разнообразных машин, и, перекрывая грохот, гид прокричал, что это разливочный цех.

Они взобрались по железным ступенькам на некое подобие смотровой площадки.

— А потом пойдем в дегустационный зал! — крикнул один из экскурсантов другому. Все голоса заглушались непрерывным шипением, лязгом и звоном бутылок на огромном ленточном конвейере. Кэти улыбнулась, решив, что не пойдет, она и так уже пьяна от винных паров. И тут ее сердце остановилось: в цеху, что лежал у ее ног, появился Хавьер и вступил в оживленный разговор с одним из рабочих.

Как ни трудно было в это поверить, но она поймала себя на том, что обрадовалась, ей нестерпимо захотелось броситься вниз по лестнице навстречу ему. Ей было одиноко без него, она скучала по теплу его тела, по излучаемой им силе и мужественности. И даже по его суровому взгляду.

Потрясенная неподконтрольными ей мыслями, Кэти закрыла глаза, запрещая себе смотреть на эти мускулистые, обтянутые белой рубашкой плечи, на эту прекрасно вылепленную черноволосую голову, чтобы не давать больше пищи своим глупым фантазиям.

Да что же это со мной такое? Почему меня тянет к такому ужасному человеку, как Хавьер Кампусано? Он же мой враг: он безжалостен, хитер и жесток. Надо быть сумасшедшей, чтобы влюбиться в такого. Особенно, напомнила она себе, если учесть, что брак, который он предлагает, будет чисто формальным. Авансы, которые он делал раньше, были всего лишь попыткой соблазнить меня, а потом с видом победителя утверждать, что такая развратная женщина никак не может быть достойной матерью для наследника семьи Кампусано. Это должно было стать весомым дополнением к оскорбительным лоскуткам информации, которую он собрал, копаясь в прошлом Корди…

— С вами все в порядке? — пожилая женщина осторожно коснулась ее плеча, и Кэти, вздрогнув, открыла глаза, чувствуя себя полной дурой.

— Да, да, все хорошо, благодарю вас, — поспешила она заверить. — Просто здесь ужасно шумно.

Посмотрев вниз, она увидела, что Хавьера нет. Она закрыла глаза, чтобы не видеть его, а сейчас, когда он исчез, чувствовала себя опустошенной, как будто у нее отобрали что-то важное и дорогое.

— Время обедать.

Ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто к ней обращается. Она узнала бы этот голос где угодно, а легкое прикосновение к ее руке — по всей видимости, чтобы привлечь внимание — на несколько мгновений послало ее сердце вскачь, и от облегчения закружилась голова.

Значит, он не бросил меня здесь, предоставляя самой искать дорогу домой? Но он не должен даже догадываться о подобных мыслях, решила она, стыдясь своих эмоций. И потому, обернувшись, приятным, но холодным тоном возразила:

— Наша экскурсия не закончилась. Нам еще предстоит посетить дегустационный зал. И потом, тут есть какие-то особые бочки, посвященные различным знаменитостям, с их автографами, и…

— Я проведу с вами отдельную экскурсию по всем этапам приготовления вина как-нибудь в следующий раз, — прервал он ее. — У меня сейчас были долгие и утомительные переговоры с нашими поставщиками в Кадисе. Мне нужно подкрепиться.

Вокруг его глаз и рта залегли усталые морщинки, вдруг заметила Кэти. Да, ему и правда досталось. Спускаясь за Хавьером вниз по ступеням, она неожиданно спросила себя: откуда вдруг эта легкость, почему так приятно было увидеть предательские морщинки, выдававшие его внутреннее напряжение? Ведь со мной это никак не связано. Его, как жеребца после скачек, тянет к кормушке, вот и все. У него рабочий день, а я тут в роли бесплатного приложения.

Выйти на узкие улочки из прохлады bodega было все равно что броситься в раскаленное жерло печи. Но даже здесь запах живого, дышащего хереса был по-прежнему силен. Видимо, он вошел во все поры этого неповторимого и щедрого уголка Андалузии.