Чтение онлайн

– Да, это наиболее яркий пример, но, к сожалению, не единственный, – ответил Монтес с грустью.

– Честно говоря, отказ от генетического конструирования меня лично нисколько не огорчает. С самого начала и до конца это была цепь срывов и неудач.

– Человечество утратило шанс на развитие интуитивизма.

– Но ведь так и осталось неясным, насколько интуитивизм был бы полезен, а вот его возможные минусы были более чем очевидны… Кстати, а как же Луна? Какие еще нам нужны доказательства, что Земля вовсе не погрузилась в апатию?

– Наоборот! – вскричал Монтес. – Лунная колония – это наследие эпохи, предшествовавшей перелому, последний бросок человечества вперед, а затем началось отступление.

– Вы преувеличиваете, Монтес.

– Не думаю. Земля отступила, человечество отступило повсюду, кроме Луны. Луна олицетворяет замечательнейшее завоевание человека не только физически, но и психологически. Это мир, где нет живой и уязвимой природы, где можно не опасаться нарушить хрупкое равновесие сложной среды обитания. На Луне все, что необходимо человеку, создано самим человеком. Луна – мир, сотворенный человеком с начала и до конца. У него нет прошлого.

– Ну и что же?

– На Земле нам мешает тоска по пасторальному единению с природой, которого никогда в действительности и не было. Но даже существуй оно когда-то, возродить его все равно было бы невозможно. А у Луны нет прошлого, о котором можно мечтать или тосковать. Тут есть только одна дорога – вперед. – Монтес, казалось, загорался от собственных слов все больше и больше. – Готтштейн, я наблюдал эти два года. Вам предстоит наблюдать тоже два года, если не больше. Луна охвачена огнем – огнем деятельности. Причем поле этой деятельности все время расширяется. И физически – каждый месяц бурятся все новые коридоры, оборудуются все новые жилые комплексы, обеспечивая дальнейший рост населения. И в смысле ресурсов – все время открываются новые строительные материалы, новые источники воды, новые залежи полезных ископаемых. Расширяются поля солнечных аккумуляторов, растут электронные заводы… Полагаю, вам известно, что эти десять тысяч человек здесь, на Луне, обеспечивают всю Землю миниэлектронными приборами и прекрасными биохимическими препаратами?

– Да, я знаю, что это довольно важный их источник.

– Земля предается приятному самообману. Луна – основной ее источник. А в недалеком будущем может стать и единственным. Они здесь, на Луне, растут и интеллектуально. Готтштейн, я убежден, что на Земле не найдется ни одного начинающего молодого ученого, который иногда – а может быть, и далеко не иногда – не мечтал бы со временем уехать на Луну. Ведь во многих областях техники Луна начинает занимать ведущие позиции.

– Вероятно, вы имеете в виду синхрофазотрон?

– И его тоже. Когда был построен на Земле последний синхрофазотрон? И это лишь наиболее яркий пример, но отнюдь не единственно важный. И даже не самый важный. Если хотите знать, то решающий фактор в области науки на Луне – это…

– Нечто столь секретное, что мне о нем не сообщили?

– Нет. Нечто столь очевидное, что его просто не замечают. Я имею в виду десять тысяч интеллектов, отборных человеческих интеллектов, которые и по убеждению, и по необходимости посвятили себя служению науке.

Готтштейн беспокойно заерзал и хотел подвинуть стул. Но стул был привинчен к полу, и Готтштейн едва не соскользнул на ковер. Монтес удержал его за локоть.

– Простите! – досадливо покраснев, пробормотал Готтштейн.

– Ничего, вы скоро освоитесь со здешней силой тяжести.

Но Готтштейн не слушал.

– Согласитесь все-таки, что вы сильно преувеличиваете, Монтес. Ведь Земля – это вовсе не такая уж отсталая планета. Например, Электронный Насос. Он создан Землей. Не один лунянин не принимал участия в работе над ним.

Монтес покачал головой и пробормотал что-то по-испански – на своем родном языке. Суля по всему, что-то очень энергичное. Потом он спросил на эсперанто:

– Вам доводилось встречаться с Фредериком Хэллемом?

Готтштейн улыбнулся.

– А как же. Отец Электронного Насоса! По-моему, он вытатуировал этот титул у себя на груди.

– Ваша улыбка и ваши слова – уже аргумент в мою пользу. Спросите себя: а мог ли человек вроде Хэллема действительно создать Электронный Насос? Тем, кто предпочитает не размышлять над такими вопросами, это представляется само собой разумеющимся. Но стоит задуматься, и сразу становится ясно, что у Насоса вообще не было отца. Его изобрели паралюди, обитатели паравселенной, каковы бы они ни были и какой бы ни была она. Хэллему же случайно досталась роль их орудия. Да и вся Земля для них – всего лишь средство, помогающее достижению какой-то их цели.

– Но мы сумели извлечь пользу из их инициативы.

– Да, как коровы умеют извлечь пользу из сена, которым мы их снабжаем. Насос – вовсе не доказательство прогресса человечества. Скорее, наоборот.

– Ну если Насос, по-вашему, символизирует шаг назад, то подобный шаг назад можно только приветствовать. Мне не хотелось бы остаться без него.

– Мне тоже! Но речь идет о другом. Насос удивительно хорошо отвечает нынешнему настроению Земли. Неисчерпаемый источник энергии, абсолютно даровой, если не считать расходов на оборудование и содержание станции, и никакого загрязнения среды обитания! Но на Луне нет Электронных Насосов.

– Так ведь они тут и не нужны, – заметил Готтштейн. – Солнечные аккумуляторы, насколько мне известно, с избытком обеспечивают Луну необходимой энергией, тоже абсолютно даровой, если не считать расходов на оборудование и обслуживание, и тоже не загрязняющей среду обитания… Я верно запомнил заклинание?

– О да, вполне. Но ведь солнечные аккумуляторы созданы человеком. Вот о чем я говорю. Кстати, на Луне собирались установить Электронный Насос, и такая попытка была сделана.

– И что же?

– Ничего не вышло. Паралюди не забрали вольфрам. Не произошло ровно ничего.

– Я этого не знал. А почему?

Монтес выразительно поднял брови и развел руками.

– Кто может знать? Отчего не предположить, например, что паралюди живут на планете, не имеющей спутника, и не в состоянии представить себе второй обитаемый мир в близком соседстве с первым? Или же, отыскав то, что им было нужно, они попросту прекратили дальнейшие поиски? Как знать? Важно другое: они не забрали вольфрама, а сами мы без них ничего сделать не смогли.