Шрифт:
Ат-Тахир ВАТТАР /Алжир/
Рыбак и дворец
Перевод с арабского О. Власовой
Посвящается каждому Али-Рыбаку
всех времен и народов...
I.
– Да, лихая ночка выпала на долю Его Величества. Ничего страшнее и не может быть для короля, - так рассуждал один рыбак, стоя с удочкой на плоском камне и обращаясь к своим собратьям, которые длинной цепочкой растянулись вдоль берега реки.
– Повезло Его Величеству, ничего не скажешь!
– подхватил кто-то.
– А ты почем знаешь?
– вмешался в разговор третий.
– Давай сначала дослушаем, чем там дело кончилось.
– Одни говорят, что разбойники на него напали, - продолжал рассказчик, - другие - что враги.
– Не все ли равно: разбойники, враги?..
– опять перебили его.
– Конечно, разницы почти никакой, - раздался чей-то голос, - разве лишь в том, чего хотят те и другие.
– Значит, согласны со мной: в том-то и соль!
– снова вступил рассказчик.
– Ну хорошо, разбойники - одно, враги - другое, но все же при чем здесь Его Величество?
– нетерпеливо спросил кто-то.
Рассказчик, наклонившись вперед, бросил в воду горсть протухших отрубей для приманки рыбы и прибавил:
– Разбойникам нужна казна, сокровища, а врагам - сам правитель. Им не терпится расправиться с Его Величеством и посадить на его место другого, а то и изменить все государство, или даже передать все королевство вместе с подданными в руки какого-нибудь иноземного правителя.
– Тяни, тяни скорей!
– закричали вдруг Али-Рыбаку, который живо прислушивался к разговору о короле и его ужасной ночи, о разбойниках и сторонниках короля.
Взглянув на поплавок, раскачивавшийся на воде, то погружаясь, то снова выныривая, он небрежно махнул рукой:
– Чего тянуть? Мелюзга!
– и опять обернулся к рассказчику.
– Как бы то ни было, - продолжал тот, - а ведь в жизни случается, что враги становятся разбойниками, а те - врагами. И цели их могут совпадать... На самом деле, вражда относительна, а вот разбой и грабеж - это уже нечто абсолютное.
– Сказал же тебе: тяни удочку, клюет!
– настойчиво твердил Али-Рыбаку все тот же голос.
Али поспешил дернуть удочку, не очень-то веря в удачу. И увидев мелкую рыбешку, трепыхавшуюся на крючке, буркнул себе под нос:
– Говорил же: мелюзга! Хотя лучше, чем ничего. Одной рыбкой больше.
А про себя подумал: "Если бы не эта история про короля, все тут же бы раскричались: "Али-Рыбак вечно первый, всегда у него улов больше всех!"
А рассказчик тем временем продолжал:
– Семь дней .. . длилась королевская охота на диких козлов, а на восьмой день...
– Интересно, а какого мнения Его Величество о рыбалке?
– опять перебили его.
– Это одному богу известно! Король никогда не спускается сюда, в долину нашей реки, - заметил кто-то из рыбаков.
– Отношение королей, принцев и вообще всех правителей к охоте - дело ясное, - тут же подхватил другой, - самой природой в них заложена страсть гоняться за чем-нибудь, а не противостоять проблемам, как это делаем мы, а потом они стараются все себе подчинить.
– Это политическое толкование.
– Конечно, - усмехнулся рыбак, стоявший рядом с Али, -охота за политической добычей тоже своего рода скачки, спорт, а рыбалка - это ремесло, работа руками, она требует особой сноровки, и это - дело подданных. Какие тут еще могут быть толкования!
Тут уж Али-Рыбак не выдержал:
– Дайте же Буджеме поподробнее рассказать нам о той ночи, - сказал он.
– Ну вот видишь, Али, опять мне слова не дают сказать,
– посетовал рассказчик, - Его Величество чуть было не расстался с жизнью, а их это совершенно не волнует?
– Ты пытаешься в чем-то обвинить нас, Буджема?
– спросил его один из рыбаков.
– Я хочу, чтоб вы поняли, что случай тут совершенно особый, откликнулся тот, - покушение на жизнь Его Величества!
– А говорят, что его убили, - перебил его один из рыбаков.
– Быть того не может, - вмешался другой.
– Его Величество не может пасть от рук врагов или разбойников: ему же покровительствует сам Всевышний.
– Дайте мне рассказать, как все было на самом деле, -взмолился Буджема, - да будет вам известно, что дядя моего соседа - молочный брат королевского садовника, от своего соседа я и слышал эту историю.
– Да, Буджема, продолжай ты, - сказал Али-Рыбак и заставил остальных замолчать.
– Итак, говорят, что на восьмой день королевской охоты какие-то неизвестные устроили засаду на пути Его Величества. Вроде бы напали они на его лагерь с восходом солнца, перебили множество его телохранителей, кое-кого из свиты, а среди них - камергера, главу королевской стражи и первого советника. Говорят, что нападавшие приблизились к королевскому шатру с криками: "Долой короля!", "Смерть королю!" Когда им оставалось всего несколько метров, неожиданно, откуда ни возьмись, появились три всадника в масках, кричавших: "Да здравствует король!", "Долой врагов короля!" Ударами сабель они заставили нападавших обратиться в бегство. И в тот же миг были назначены на посты камергера, главы королевской стражи и первого советника. А королевская свита продолжила свой путь ко Дворцу.
– Значит, король все же уцелел?
– Но кто же были эти всадники в масках?
– А вот я слышал совсем другое: говорят, что эти трое выступили из рядов нападавших, проникли в королевский шатер, а выйдя оттуда, объявили о своем назначении; и никто не ведает, что стало с Его Величеством.
– Даю обет в честь спасения Его Величества поймать и вручить ему самую прекрасную рыбу, какую только доведется мне поймать на этой неделе, - сказал Али-Рыбак.
Все замолчали, а Али, насадив наживку на крючок, спокойно забросил удочку в самую глубь речных вод.