Руку мне дай...
Шрифт:
Он решил, что за день ничего не случится – память ей он подкорректирует, когда получит на руки диплом. И зелье оставшееся отдаст тогда же – она честно все заработала.
На том они с прекрасной Долорес и договорились.
И Северус тут же отправился по выданным Амбридж координатам – в дом к Гризельде Марчбенкс…
========== Глава 17 ==========
Аппарация по заданным координатам вынесла Снейпа на тихую улочку какого-то заштатного городка, похожего на его Галифакс почти один в один.
Гризельда Марчбенкс, бессменная глава-председатель Волшебной экзаменационной комиссии обитала в скромном одноэтажном строении под красной черепичной крышей, густо увитом плющом и диким виноградом. Перед домом были разбиты цветочные клумбы с веселыми магловскими гномами и поливальной вертушкой в середине, разбрызгивавшей сейчас воду.
Северус немного удивился – он ожидал увидеть более респектабельное здание в классическом стиле, подходящее одной из старейших колдуний, проживавшей на свете около двухсот лет. Она ведь, по слухам, принимала экзамены у самого Дамблдора, да и у Темного Лорда, наверное, тоже.
Он робко потянул невысокую, потемневшую от времени и некрашеную калитку на себя. Звякнул колокольчик.
Из открытого окна, в котором виднелись кипенно-белые занавески, гаркнули, чтобы посетитель входил.
Северус облегченно вздохнул: он помнил, что крошечная сутулая Марчбенкс обладала отнюдь не женским голосом – она разговаривала густым басом, как пожилой дородной гном. Аккуратно притворив калитку, он быстро пошел по выложенной круглыми красными камушками дорожке к древнему крыльцу.
Входная дверь неслышно растворилась перед ним, обдавая упругой волной магии – в этом доме знали толк в Охранных чарах. Да оно и неудивительно – учитывая захолустье района, старые люди могли быть легкой добычей грабителей-домушников, которые не брезговали и двадцатью фунтами.
Из крошечной прихожей вели две двери – одна на маленькую чистенькую кухню, другая – в гостиную. Северус крикнул:
— Доброе утро, миссис Марчбенкс! Я по поводу экстерната… вас извеща…
Хозяйка скромного домика тут же материализовалась перед ним.
Морщинистое лицо, похожее на печеное яблочко, светилось предвкушением, и она потирала руки точно как ее сова-Патронус.
— Ну-с, это вы и есть тот самый вундеркинд? Постойте-ка, молодой человек, да мы знакомы! Помню-помню нашу незабываемую беседу!
Северус смутился.
— Да, вы принимали у меня СОВы…
Гризельда повнимательнее присмотрелась к нему.
— Мистер… Снейп, припоминаю. Или точнее – мистер Принц?
— А… откуда вы знаете? – испугался Снейп.
— Вы похожи на вашу мать – Эйлин Принц, — огорошила старушонка. – Я талантливых студентов всех запоминаю, ибо они заслуживают того. В отличие от серой массы бездарей, которые ничем не примечательны. В школу люди приходят учиться, а не протирать мантии задницами! – она грозно потрясла корявым узловатым пальцем.
Северус зацепился взглядом за ее руки – хм… артрит, несомненно. Видимо, предрасположенность…
— Кстати, что поделывает сейчас эта способная девочка? – поинтересовалась Гризельда, приглашая Северуса в комнату.
— Она умерла, — автоматически ответил Снейп, с любопытством оглядывая гостиную. Все стены оказались заставлены книжными шкафами – от пола до потолка. А стоящие на полках фолианты так и манили к себе – тем более, там были и совсем древние на вид – в кожаных старинных переплетах. Отчетливо видно было, что книги весьма ценные – нестандартного формата и многие довольно потрепанные от частого использования. Понятно, почему у Марчбенкс такой убогий домишко…
Он завистливо вздохнул. Сам бы не прочь так жить. Собственно, парень никогда не заморачивался материальными вещами вроде дома или обстановки. До тех пор, пока Петунья не ткнула его носом в дохлый быт, он считал, что неважно чем питаться, на чем спать и сидеть, ведь главное — это чтобы была пища мозгу. А уж его мозг всегда был жадным до новых знаний.
— Ох-ох-ох, какое несчастье, умереть в столь молодом возрасте… такой потенциал, и все понапрасну… — огорченно кудахтала Марчбенкс, виртуозно дирижируя палочкой и сервируя круглый стол для чаепития. Глиняный коричневый пузатый чайник, такие же большие чашки, блюдо с горячими румяными ячменными лепешками, масленка, вазочки со свежим янтарным медом и клубничным и малиновым джемом… Северус почувствовал, как заурчал давно переваривший завтрак желудок.
— Садись, бедная деточка, сначала попьем чайку, поговорим, а экзамены никуда не убегут, — ворковала старушонка. – Сейчас еще и Тофти с профессором Бройлем подойдут, мы все вместе и обсудим, как нам лучше проверить твои знания.
Северус плюхнулся на мягкий стул. Вообще-то он не ожидал такого теплого приема, и это ввергло его в некоторое смущение. Все равно, что он ввалился бы зачем-то в кабинет к самому Дамблдору, а тот принялся потчевать его горячим чаем с мармеладками… Странно и смешно. Он нервно хихикнул.
Опять звякнул колокольчик, и Марчбенкс посеменила в прихожую встречать гостей: прибыли почтенные ученые старцы. Вот у них голоса оказались, как положено – старческие, дребезжащие и слабенькие, в отличие от миссис Гризельды.
В гостиную вошли два почтенных седых джентльмена, сопровождаемые хозяйкой дома.
Профессора Тофти Северус помнил – он ему сдавал Астрономию, Защиту и Заклинания. Старичок был просто сущий ангел – все время улыбался и подбадривал, когда студенты сдавали практическую часть. Правда, от этого они терялись и часто рассредотачивались, и Северус, понаблюдав за экзаменующимися, пришел к выводу, что Тофти делает это специально – проверить, насколько ученик владеет собой, так как Заклинания, конечно, были такой дисциплиной, при которой отвлекаться не следовало. Неверный взмах палочкой или неправильно выговоренное слово — и последствия могут быть самыми непредсказуемыми. А уж сколько обломов было при проверке Левитирующих заклятий…
Так что некоторое коварство в профессорах явно присутствовало. Впрочем, Северус был полностью за такую оригинальную методику. В экстренных ситуациях действительно некогда долго и мучительно раздумывать – надо действовать уверенно, жестко и целенаправленно. И не обращать внимания на отвлекающие факторы. То есть, вернее, нужно держать их постоянно под контролем периферийным зрением и уметь молниеносно отвлечься и ликвидировать помехи, но так, чтобы не подвергнуться нападению с фасада. Так что профессора на экзаменах как могли, приближали ситуацию к самой реалистичной, жизненной.